— Как ты себя чувствуешь? — спросил Джек, когда они остались одни. Его рука была в лубке, испорченную блузку Эбби сменила аккуратная повязка. На Эбби набросили одеяло, но одна из бретелек шелковой комбинации по-прежнему выбивалась наружу.
Эбби не могла на него наглядеться. Лицо Джека было грязным, в волосах застряла паутина. Просто удивительно, что еще пять дней назад она не знала этого человека.
— Нормально, — ответила она. — А ты, Джек?
Бернс думал о том, что из Эбби получится замечательная хозяйка винодельни «Хрустальный ручей». Но требовалось еще кое-что выяснить.
— Эбби, в твоем бунгало я видел чемодан. На нем лежали пальто и сумочка. И я видел билет на самолет.
— Да, — сказала она. — Я улетаю. Он ждал продолжения.
— Джек, вчера вечером я не успела закончить рассказ. Меня не освобождали из тюрьмы. Я бежала оттуда. Меня до сих пор разыскивает ФБР. За мою голову назначена награда. Вот почему я пряталась здесь.
— А сейчас хочешь снова пуститься в бега?
— Нет. Когда меня несправедливо осудили, я хотела добиться пересмотра приговора. Но не могла взяться за это, пока не найду свою дочь. Это было для меня главным. Я должна была найти ее и убедиться, что она счастлива. После этого я собиралась сама пойти в полицию и бороться за свое оправдание. Когда частный сыщик сообщил, что нашел моего ребенка, которого похитили торговцы детьми, я связалась с хьюстонским адвокатом по уголовным делам. Он согласился защищать меня. Его помощники стали изучать судебные протоколы и искать свидетелей.
Адвокаты Эбби уже нашли людей, которые сидели в придорожной закусочной во время убийства Эйвис Йокум. Это были туристы, которых назначенный судом прокурор не удосужился найти. Они хорошо помнили закусочную, потому что это был День труда и девушка с золотисто-рыжими волосами сфотографировала их перед огромным кактусом сагуаро по имени «Рогатый Сэм».
Кроме того, они отыскали водителя автобуса компании «Грейхаунд». Тот давно ушел на пенсию, но помнил то утро, когда на пустынном перекрестке в Нью-Мексико в автобус села девушка, потому что он в первый раз увидел на остановке пассажира. Это снимало с Эбби подозрение в налете на винный магазин и двух убийствах. Когда ее спросили, что случилось с чернокожей девушкой по имени Мерси, она ответила, что не имеет об этом представления.
— Джек, Эбби Тайлер покидает «Рощу» и никогда не вернется. Вместо нее вернется Эмили-Луиза Паган.
Джек восхищался ее мужеством. Эбби могла взять себе другое имя и исчезнуть снова. Но она собиралась бороться за свою невиновность.
Он вынул плакат с заголовком «Разыскивается», порвал на мелкие кусочки и вложил их в руку Эбби.
— Все равно я не сумел бы тебя арестовать. Особенно после того, что мне довелось узнать за последние дни. И самое главное открытие заключается в том, что нельзя хорошо соображать, когда у тебя стиснуты кулаки.
Ее глаза наполнились слезами.
— А я сделала другое открытие. Сердце не имеет границ. Я много лет думала, что в моем сердце есть место только для дочери. Но оказалось, что оно намного просторнее.
Джек поправил ей прядь волос.
— Эбби, мы с тобой жили не в настоящем, а в странной смеси прошлого и будущего. Мы откладывали жизнь на завтра. И поступали так всегда. Знаешь, нам придется научиться жить сегодняшним днем. А завтрашний пусть сам позаботится о себе.
Он обнял ее и поцеловал под палящим пустынным солнцем, на глазах у Зеба, Ванессы, Ури Эделстейна, Франчески и помощников шерифа.
Эбби посмотрела на пещеры, из которых выходили усталые люди с пыльными лицами.
— Как ты думаешь, его когда-нибудь найдут?
Джек покачал головой.
— Его забрала пустыня. — Бернс был уверен, что убийство Нины организовал именно Майкл Фоллон. Теперь, когда у него есть подозреваемый, он сможет добыть улики и доказательства. Недаром в заметках Нины была нерасшифрованная пометка «МФ». Все нити ведут к Фоллону. После этого дело Нины можно будет закрыть, а самой Нине дать упокоиться с миром.
Джек перевел взгляд на Франческу, лоб которой был обмотан бинтом. Он предвкушал долгую и счастливую жизнь с ней и с Эбби.
Поблагодарив медсестру, Франческа повернулась к давнему другу ее отца и спросила:
— Дядя Ури, ты знал? — Но при этом она не сводила глаз с Эбби, а Эбби не сводила глаз с нее. Обе думали об одном и том же: как сократить разделявшее их расстояние.
Ури Эделстейн пытался сражаться с бурей, но был вынужден отступить и просидел в укрытии, пока все не кончилось. Он был измучен, покрыт пылью и к тому же потерял лучшего друга.
— Что ты не его дочь? Нет. Он никому не говорил об этом. Но несколько месяцев назад у меня возникли подозрения. Это случилось, когда нам по секрету сообщили, что прошлым Майкла интересуется женщина по имени Эбби Тайлер. Мы раздобыли ее старую фотографию. Я заметил сходство, но никому ничего не сказал. А когда мы прилетели сюда и я увидел Эбби лично, то сразу понял, в чем дело. И понял, почему существование Эбби Тайлер угрожало планам Майкла.
Джек и Эбби подошли к нему.
— Мисс Тайлер, — промолвил Ури, — в «Атлантисе» у Майкла есть особый сейф. Не знаю, что в нем лежит; Майкл никогда мне не показывал. Он называл это страховкой и велел мне в случае его смерти сжечь содержимое сейфа, чтобы эти сведения не попали в руки других людей. Мисс Тайлер, я чувствую, что это те самые записи об усыновлениях, которые вы ищете. Я немедленно перешлю их вам.
— Спасибо, мистер Эделстейн.
Эбби повернулась к Франческе. Боже, какая красавица!
— Как ты себя чувствуешь?
— Спасибо, уже лучше. Медсестра мне что-то дала. — Она не сводила с Эбби зеленых глаз. — Не могу поверить, что вы — моя мать…
— А если я покажу портрет, на котором тебе шестнадцать лет, поверишь?
Франческа посмотрела на нее с удивлением.
Эбби подняла волосы, сняла с шеи золотую цепочку с кулоном и положила ее на ладонь. Она открыла кулон и показала портрет смеющейся девушки. У Франчески округлились глаза.
— Где вы это взяли?
— Это ведь ты, правда?
— Да. У меня был такой. Но как-то летом он утонул в озере Мид…
Эбби покачала головой.
— Это не ты, Франческа, а моя мама. Твоя бабушка, которая умерла, когда я была совсем маленькой.
Франческа не сводила глаз с портрета.
— Прости, — прошептала Эбби. — Тебя украли, но я все это время искала. — Она протянула руку и прикоснулась к золотисто-рыжим волосам Франчески. — Под черной краской мои волосы остались такими же, как твои. Только с сединой, — улыбнувшись, добавила она.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
