— Не говори глупости! — резко осадил я, время уходило, а еще получасовая ссора в мои планы никак не входила, — не доверял бы, не сказал бы.
— Тогда почему?
— Шпионы во дворце могли бы заметить изменения в твоем поведении.
— Шпионы? Во дворце? — не поняла Рабера, — что ты имеешь в виду?
— Мой враг очень могущественен, — произнес я, — я практически уверен, что во дворце твоего отца присутствует не один разумный, который с радостью расскажет о твоем поведении. Или о твоих оговорках.
— Всё настолько серьезно? Кто он?
— Более чем. Я не стану отвечать на второй вопрос. Не обижайся. Я понимаю, что виноват и заставляю тебя волноваться. Но прости и пойми. Пожалуйста! Я всё расскажу… когда закончу…
— Ты справишься? — дрогнувшим голосом спросила Рабера.
— Конечно!
«Мне бы такую уверенность!»
— Честно?
— Да. Я же вырвался из ада, а это невозможно. Так что, конечно, я справлюсь! Только, пожалуйста, очень прошу, никому не слова. И ни единого жеста, по которому могут что‑нибудь понять.
— Я понимаю, любимый! — ответила моя эльфийка, — я справлюсь!
— Когда я закончу с этим делом, то сразу же тебе позвоню на амулет! А сейчас мне пора бежать.
— Я люблю тебя, Сен! Я буду молиться всем богам!
— Спасибо. Я тоже тебя люблю, моя снежинка.
Поворковав пять минут, мы разорвали связь, и я погулял по собственному кабинету, успокаивая нервы. Конечно, можно было сбросить гормоны и выровнять сознание биохимическим способом, но почему‑то сейчас мне это показалось вульгарным и бесстыдным.
Сен не видел, как в это время Рабера сидела у своего зеркала и пыталась унять нервную дрожь своих пальцев. Наконец ей это удалось, и она примерила на себя вежливую полуулыбку, после чего покинула свои покои. И никто, даже самый внимательный эльф не смог бы заметить страх за любимого, спрятанного глубоко в глазах цвета морского шторма.
Несмотря на свой уверенный тон в разговоре с Раберой, сам я не испытывал не малейшей уверенности в успешном исходе дела. Слишком много тонких моментов, так что сегодня ночью придется импровизировать, а это риск. И если я погибну, то все моё имущество в пространственном кармане канет в лету. А мне не хотелось бы оставить свою семью и свой клан без средств к существованию.
«Тут миллион золотом лежит в сокровищнице!»
Я успокоил нервы и приступил к разбору вещей. Для начала цепь ненависти получила приказ забраться в специальный стальной ящик, та видимо что‑то почувствовав, отказывалась, пришлось повторить приказ и шугануть это безумное порождение демонологии. Наконец, она оказалась внутри, и я захлопнул ящик, после чего активировал заклинание стазиса. Область вокруг ящика на несколько секунд замерцала, потом резко погасла, и я почувствовал, что потерял контакт с цепью — сейчас она, скажем так, уснула. Тащить её с собой на схватку с эльфом — вверх глупости, помощи от неё в схватке с архимагом не предвидится, а вот потерять можно. Чего мне, как рачительному хозяину, совсем не хотелось.
Разобравшись с фамильяром, пришла пора пространственного кармана. Я выгреб всё из него: Иглы Света, накопители маны, золото, драгоценные камни и драгметаллы, семь камней с Искрой безумца Щерекоржа, а также кучу всякой мелочи, которую я по привычке нахватал в ходе своих путешествий: какие‑то артефакты, суть действия которых я без мыслеинтерфейса даже не вспомню, ценные ингредиенты, которые давно пора отправить на склад. Мой рабочий стол просто скрылся под всей этой кучей, так и хочется сказать барахла, вот только некоторые вещички тут стоят, как годовой бюджет небольшого королевства!
В дверь, постучали. Я знал, кто меня побеспокоил в столь поздний час — Первый. Во–первых, он как раз должен подойти, а во–вторых, вокруг меня роилась целая армада мельчайших демонов–разведчиков, насколько ловких, что, не обладая глубочайшими познаниями в демонологии, их просто невозможно заметить. На их призыв и координацию работы я потратил почти три дня, но результат того стоил, сомневаюсь, что эльфийскому архимагу хватит способностей и знаний, чтобы увидеть их. Даже мне — обладателю тайных знаний их мира Дшехеронж — приходилось строить сложные конструкты, чтобы засечь хотя бы след этих разведчиков. Был, конечно, и минус: чудовищный расход маны, но вот в чем я не испытывал сложностей, так это в количестве накопителей маны. Постоянно такую разведку держать не получится, но как говорится «нам бы ночь простоять да день продержаться».
— Входи.
Первый проскользнул внутрь хищной тенью, и я в очередной раз восхитился собственной прозорливостью и умением делать долгосрочные инвестиции.
«Потом себя похвалишь! Ближе к делу!»
И то верно!
— Когда я уйду. Разбери тут всё. Иглы света и вот эти семь камней передай моему учителю на хранение. Все остальное в сокровищницу или на склад.
— Господин, вы ничего с собой не возьмете? — мне показалось или голос моего невозмутимого помощника слегка дрогнул.
— Возьму. Шесть накопителей, больше одеть не получится, начнут конфликтовать и немного золота.
— Господин, вы не верите в исход битвы?! — я даже не понял, что это утверждение или вопрос.
— Верю, — я отошел к окну, — но я реалист. Многое может пойти не так, а фортуна ветреная дама. Не может же мне всегда везти!
— Это плохой настрой, господин!
— Нормальный у меня настрой, — я отошел от окна и похлопал юношу по плечу, — справлюсь. Не первый же раз. Пошли!
Я, с помощью разведчиков, убедился, что дорога наружу чиста от членов семейства, особенно от Джулы, которая не всегда могла удержать язык за зубами, и мы быстрым шагом прошли к воротам внешнего периметра.
— Открывай, — мрачно приказал я полуорку.
— Господин… — произнес Первый, — вы уверены, что стоит идти одному?
— Да. Меньше внимания, легче проскользнуть.
Предатель уже приоткрыл створку, и я выскользнул наружу. Ворота почти сразу захлопнулись за моей спиной.
Ну что же. Игра началась. Я прикурил сигариллу и бодро пошел в сторону Рекера.
{Дорога на Рекер, несколькими часами позже}На уютной полянке в глубине леса, выросшие прямо из земли корни деревьев образовывали предметы обихода: широкое кресло, в котором сидел Светлоликий Тиаларикаел, что‑то напоминающее софу, на которой в позе правителя Суримского Халифата возлежал мужчина с волевым лицом и в дорогом камзоле, а между ними примостился стол, заставленный блюдами с фруктами.
— И зачем я тебе понадобился? — спросил человек, отрывая от грозди виноградинки и закидывая их в рот.
— На всякий случай, — ответил эльф, — или тебе в тягость?
— Нас слишком многое связывает, — равнодушно произнес человек, — поэтому мне не составит труда помочь своему давнему партнеру в его затруднениях.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
