На пороге появился мужчина примерно сорока лет, не слишком высокий, но стройный и довольно изящный. У него было важное выражение лица, тонкие усики и прекрасные голубые глаза, красоту которых подчеркивал огромный парик из светло-русых завитых волос. В сущности, в его внешности не было ничего экстраординарного – за исключением чего-то невыразимого, что внушало невольное почтение… Быть может, причиной тому было выражение глаз.
Мужчины застыли в поклоне, дамы присели в реверансе. И только зачарованная юная провинциалка сделала это с таким заметным опозданием, что взгляд короля обратился на нее. Это лицо было для Людовика XIV незнакомым, и он с удовольствием оглядел девушку, которая мгновенно покраснела от стыда и очень низко опустила голову. Король улыбнулся, заметив, что у нее от волнения подкашиваются ноги.
Разумеется, эта улыбка не ускользнула от внимательного взора мадам де Монтеспан. Однако, ко всеобщему удивлению, она также одарила улыбкой бедную Анжелику, а на возможную соперницу – маркизу де Ментенон – взглянула с вызовом. Фаворитка надеялась, что, если король заинтересуется маленькой дурочкой и почувствует столь привычное для него влечение, красота этой провинциалки отвратит его от гувернантки, чье растущее влияние становилось угрожающим. Девчонка же настолько глупа, что управлять ею будет легко. К тому же она сочтет себя обязанной и никогда не осмелится выступить против своей покровительницы, как сделала эта лицемерная вдова Скаррона!
Пока прекрасная фаворитка размышляла над своими хитроумными планами, пораженная Анжелика не сводила глаз с Людовика XIV. Король! Сам король ей улыбнулся! Вернувшись в покои герцогини Орлеанской, она думала только об этом, и ее наивное сердечко трепетало. Девушке не приходило в голову, что этот сорокалетний мужчина по возрасту годился ей в отцы. Ведь он был королем! – воплощением бога на земле…
Ей очень понравилась и маркиза: она была так очаровательна, так любезна и мила!
– Мы непременно встретимся еще раз, – сказала мадам де Монтеспан Анжелике на прощание. – Мне было приятно видеть вас у себя.
Это говорила могущественная фаворитка! Даже в самых смелых мечтах девушка не могла грезить о подобной удаче!
И, само собой разумеется, Анжелика не заставила себя дважды просить, когда мадам де Монтеспан вновь пригласила ее на вечер. Она устремилась туда с радостью и в смутной надежде увидеть короля. Но она не только увидела его – Людовик XIV снизошел до того, чтобы ласково заговорить с ней, и она едва не сошла с ума от счастья.
Мадам де Монтеспан была в полном восторге. Ее план удался! В последнее время король заходил к ней не слишком часто, как если бы исполнял неприятный долг, зато теперь он вновь полюбил бывать у нее. Маркиза прекрасно знала, что притягательным магнитом является светловолосая девушка с серыми глазами, но это ее нисколько не раздражало, что приятно удивляло монарха. Анжелика была ей полностью предана – а разве можно считать опасной любовь, все нити которой держишь в руках? Самым важным для маркизы де Монтеспан было то, что король постоянно посещал ее салон: в сущности, она любила его только из тщеславия, и ее вполне устраивали эти внешние знаки внимания. Кроме того, нужно было преградить путь честолюбивым устремлениям других – и прежде всего мадам де Ментенон.
Между тем новоявленная маркиза наблюдала за маневрами короля вокруг юной дурочки из Оверни с возрастающей тревогой.
Когда же она тревожилась, то обычно искала утешения в боге и взывала о помощи к небесам. Поэтому мадам де Ментенон обратилась к своему исповеднику отцу Гоблену и заказала мессу. Почтенный священник и весь его монастырь должны были молиться за короля, которому угрожала великая опасность… в лице Анжелики де Скорай.
Наступило Рождество. Мадам де Монтеспан решила устроить в Кланьи пышное празднество, куда пригласила цвет знати и, разумеется, герцогиню Орлеанскую.
Это стало главным событием зимнего сезона, и гостеприимный дом фаворитки был переполнен блестящими гостями. Анжелика совсем по-детски радовалась музыке и танцам, ибо еще не знала, какую западню ей приготовили…
В какой-то момент юной провинциалке захотелось выйти на воздух, и ее не остановило даже то, что парк утопал в снегу. В гостиных было невыносимо душно от бесчисленных свечей, кроме того, толпа приглашенных источала слишком сильный запах духов, к которому примешивались ароматы праздничного стола. Накинув на обнаженные плечи тяжелый меховой палантин и сунув ноги в деревянные башмаки, Анжелика спустилась в пустынный сад.
Этот чересчур ухоженный парк с мраморными статуями, словно заледеневшими от мороза, никогда особенно не нравился ей, но все-таки это была природа, и она испытывала давно забытое удовольствие, когда ноги ее погружались в снег. Как и в лесах Кропьера, кругом царило белое безмолвие – лишь изредка слышался хруст ветки и потревоженный зверек мгновенно скрывался из виду. Ночью здесь все казалось нереальным и призрачным, но выросшая в деревне Анжелика не боялась темноты.
Она уверенно шла вперед, не замечая, что следом за ней крадутся двое мужчин. На перекрестке аллей один из них последовал за девушкой, а второй свернул на тропу, которая чуть дальше вновь выходила на выбранную Анжеликой аллею. Увидев прямо перед собой темный силуэт, девушка вскрикнула от неожиданности, а незнакомец снял шляпу, поклонился и спросил очень ласковым голосом:
– Неужели я испугал вас, мадемуазель? Поверьте, я чрезвычайно огорчен этим.
Ошеломленная Анжелика узнала короля и поняла, что они одни, совсем одни в этом пустынном парке. Это ее настолько потрясло, что она пошатнулась, и Людовик XIV мгновенно поддержал ее.
– В этих гостиных можно задохнуться, не правда ли? Мне, как и вам, захотелось подышать свежим воздухом. Хотите, мы немного прогуляемся вдвоем?
Анжелика лишь захлопала ресницами, слишком взволнованная, чтобы отвечать. Король воспринял ее молчание как знак согласия и предложил ей руку, сделав вид, что не замечает, как дрожат ее пальцы. Второй любитель свежего воздуха – а это был не кто иной, как герцог де Ларошфуко, отец принца де Марсийака, – следовал за ними на почтительном расстоянии, безупречно исполняя роль королевского конфидента.
Вскоре за деревьями показался очаровательный сельский домик с гостеприимно освещенными окнами.
– Становится все холоднее, а вы слишком бледны, – вкрадчиво произнес король. – Пойдемте к этому домику. Там вы сможете согреться у огня, немного отдохнуть и поболтать со мной. Там нас никто не потревожит.
– Ваше величество желает… поболтать со мной? – пролепетала девушка. – Но о чем говорить величайшему королю мира с такой жалкой девушкой, как я, которая лишь недавно покинула родную провинцию?
