Читаем без скачивания Проект Бродяги - Владимир Мясоедов

Ген

Обжиться у джентльменов удачи оказалось не так уж и сложно. Особенно после того, как я по очереди уделал обоих бодигардов капитана на кулачках на спор все в том же баре. Они, правда, пытались бурчать, что в скафандрах порвали бы меня как тряпку, на что я возразил, что без оного тоже выступать не собираюсь. А если кто-то жаждет реванша – то одеваем доспехи и вперед. Проигравший платит полтинник. Ворчание прекратилось. Вот что делает с разумным любовь к своим деньгам! А вот встреча со своим непосредственным начальником…то есть начальницей…

В десантный отсек, где я, пошатываясь после пьняки, осматривал подчиненных, качающихся намного сильнее, вошла Годзилла. То есть ящер. То есть ящера…Короче рептилия. Заранее предупрежденный капитаном я не стал хватать лежащее повсюду оружие и отмахиваться от небольшого тираннозавра, но вот желание было. И не маленькое. Покойный Деншин уступал этой холоднокровной женщине в объеме раз эдак в шесть! А ведь он был примерно моего сложения.

-Значит ты мой новый зам, – утробным голосом пророкотала она, – как зовут?

-Сем Ачиго, – представился я.

-Сам этими олухами командовать хотел?

-Да. – не стал скрывать я.

-А сейчас?

-Не сумасшедший. Мать ожившего гнезда узнаю, а как псион я слаб, мне нечего вам противопоставить. Будь вы обычным киборгом в круг бы мог вызвать, а так…

У почти всех рептилий, кстати, в качестве общественного строя наблюдается матриархат. Просто самки у них больше и агрессивней от природы. Соответственно сильным полом у них считался женский. Смертность была выше, но и на пяток воинственных дамочек приходится всего один мужчина. Почти всегда псионик. Мужчины здесь сумели удержать позиции и остались интеллектуальным двигателем этой расы. Стоящая передо мной особь – исключение. Те из разумных рептилий, что принадлежали к ближайшей с территорией обитания расы мирцех, цивилизации страдали жутким перенаселением и потому часто воевали. Ведь разумное млекопитающее за один раз приносит одного, максимум четыре-пять детенышей. А рептилия – кладку. Максимум которой приближается к сотне, хотя, обычно, меньше. Лишних девочек, что рождались, называли матерями мертвого гнезда, проводили хирургическую операцию, аналогичную кастрации и отправляли в аналог суворовских училищ. Восстановить все как было, стоило больших денег, заработать которые легче всего, как раз наемником. Чешуйчатые амазонки, повинуясь инстинкту размножения и желанию жить хорошо, старались их добыть и либо гибли, либо становились «матерями ожившего гнезда». Такие славились едва ли не на всю галактику как элита воинов этой расы. Очень опасный противник. Слабее ассасина, конечно же, но не сказать, чтобы слишком. Будь таких хотя бы пятеро…

-Умный. Люблю умных. Они дохнут реже. Как узнал кто я?

-Слишком ловко двигаетесь. Либо полный комплект из экзоскелета и сервомыщц, либо помогаете себе с помощью пси. Но если это экзоскелет, то вы гвардеец братства и капитаном бы обычный имперский аристократ не был. А про статус…так кто еще может командовать абордажниками?

-Сила не главное.

-Он и не мастер-псион.

-Говорю же умный. Звать меня Марх-сатой, если тебе еще не сказали, род Хакири. Встречался с кем-нибудь из наших?

-Только с целителем из Хутаго, что у фелов батрачил.

-Да, этот род многих своих потерял в прошлую войну. Часть и пленными. Ну что ж, вижу, ты знакомишься с подчиненными. Молодец. О тебе кеп мне уже чуть рассказал, комплект пилота, это конечно не рукопашник, но тоже очень неплохо по сравнению с большинством. Если можешь двигаться при перегрузках, то любого из обычных завяжешь узлом, а свалить тебя в костюме можно только из чего-нибудь тяжелого.

-Можно и из легкого. Вот только ответить успею. Да, кстати, у меня пустотника своего нет, только абордажник.

-Да и хрен с ним. Если произойдет разгерметизация на этой калоше, значит нас подбили, а если нас подбили, то долго ржавая баржа и не протянет. В общем вот твои ребята, знакомьтесь.

И вышла из отека, продемонстрировав на кончике хвоста вживленный гравикулак….ээээ…то есть гравихвост. Короче сверхпрочную насадку, увеличивающую свой вес при ударе в десяток раз. Предназначение – вскрытие консервных банок, абордажных скафандров, внутрикорабельных переборок и всего другого, что под него попадет. Я осмотрел кривенько стоящую толпу инопланетян и внес рацпредложение.

-Большая часть меня все равно уже знает, так что может пойдем по каютам, а завтра с утра познакомимся как следует? Если будем сегодня знакомиться, то, во-первых, протрезвеем, а во-вторых раздолбаем нафиг всю площадку для занятий. Так что лучше назначим процедуру приглядки друг к другу на утро. Приходить вместе со всей амуницей, надо же мне знать, кто с чем ходит и из каого места у него руки растут.

Пьяные рожи, среди которых виднелось и два вполне симпатичных женских личика подумав, покивали и разошлись.

А теперь найти свою каюту и спать. А завтра будет процедура знакомства. С теми, кого я в ближайшем будущем убью.

Ген. Несколькими днями позже.

Первый раз в первый класс, е-мое! Как мне не нравиться эта идея – штурмовать конвой грузовиков в надежде хапнуть их груз не передать никакими словами. Хорошо хоть что тряска и рев сирен, извещающих о успешных попытках жертвы отстреливаться, уже миновали, а я со своими подчиненными уже внутри вражеского корабля. Таранный удар переходником во вражеский борт – это надо почувствовать. Адреналина столько, что даже мое искусственное тело едва не захлебывается.

Турель плюется огнем. Какая сволочь палит мне через плечо?! Ору, чтобы прекратил и пускаю с левой руки ракету, заставляющую заткнуться чересчур активную систему обороны. Новая очередь дырявит итак нерабочую машину, вслепую бью назад рукой. Попал.

-Ты че творишь?!

-Еще раз собьешь мне настройку визора вообще укокошу.

-Да я тя!

Разворачиваюсь. Надо сразу дать понять распустившимся пиратам кто здесь главный. Думаю это выглядит достаточно внушительно. Не самый маленький я, упакованный в тяжелый абордажный скафандр, больше всего напоминаю располневшего и горбатого робокопа, окруженного переливающейся пленкой защитного поля

-Так. Кто здесь осмелился мне перечить? Сестрички? Нет, не вы, вам до такого голоса еще расти и курить всякую дрянь лет пятьдесят. Птак? Если ты рот откроешь случиться чудо. Неужели ты, Рем? После окончания абордажа я начищу тебе морду и что-нибудь сломаю, можешь вызвать дуэль, если захочешь. А сейчас поднял свою задницу и двинул вперед, а я буду палить над твоей думалкой навесом. Внятно излагаю?!

Стоит. Молчит. Слепому видно, что не согласен. Ладно. Беру его за шлем и поднимаю на вытянутой руке. Он пытается вскинуть оружие. Угу. Просто роняю. Даже если успеет выстрелить, то мне в моем пусть и старом но крайне добротном скафандре бояться нечего. Даже будь я по прежнему просто человеком. Офицерская модель сорокалетней давности на две головы обгонит любой ширпотреб из тех, что надеты на джентльменах удачи. Консервные банки с встроенным вооружением и минимумом искусственных мускулов. Одну такую я обхожу в то время, как ее обитатель пытаеться встать и красивым пинком отправляю катиться по коридору.

-Всем все понятно?! – спрашиваю я оставшихся на ногах пиратов. – Кто со мной в чем-то не согласен пусть попробует мне это предъявить. За мной!

И разворачиваюсь. Блин если получу залп в спину то плаколо мое инкогнито, а возможно и плакал сам я. У сестричек точно были тяжелые плазменные гранаты, ими вполне можно стесать с меня конечности или голову. Нет, идут следом. Признали во мне вожака. Ну уже легче. Потрошение купца идет на раз два три, матросы побывают отстреливаться, но их гасят. Парочке вылетевших прямо на меня даю очередь в ноги. Если они в хороших скафах, то отделаются протезами. Блин! Они вообще без них. Миную головешки, иду дальше. Что? И это все?! Одна турель и пара полудурков?!

Потрошение идет в темпе. Остальные корабли каравана уже наверняка послали сигнал и сюда летит патруль. Помогаю таскать тяжелые контейнеры, ценности у выжившей команды изымает Годзилла лично. Блин, это ж какая-то разгрузка вагонов! Полчаса активного перетаскивания тяжестей до корабля и обратно сменяются зуммером. Трехминутная готовность, через три минуты отчаливаем. Хватаю последний контейнер и бежать. Фу! Успел. Так, снять эту раковину и перейти к воспитанию подчиненных.

-Птак? Ты ничего не забыл. В тренажерный зал. Живо.

-Шеф! Я это…искренне раскаиваюсь и приношу свои извинения.

-Мило. В тренажерный зал. Живо! Стоит. Молчит. Не согласен.

-Мне тебе довести или допинать? Идет. Бурчит.

-Бить будешь? – спросила Марх-сатой. – Сильно не увлекайся, парень не так уж и виноват.

-Нет. Вести воспитательную работу.