Читаем без скачивания Толедский собор - Висенте Бласко

Въ семинаріи Габріэль велъ однообразную жизнь, подобающую трудолюбивому студенту; онъ побждалъ своихъ оппонентовъ на богословскихъ диспутахъ, получалъ награды и его ставили въ примръ товарищамъ. Отъ времени до времени кое-кто изъ канониковъ, преподававшихъ въ семинаріи, заходили въ соборный садъ.

– Вашъ сынъ отлично учится, Эстабанъ,- говорили они.- Онъ первый во всемъ, и къ тому же скроменъ и набоженъ, какъ святой. Онъ будетъ утшеніемъ вашей старости.

Садовникъ, который все боле и боле старился и слаблъ, качалъ головой. Успхи своего сына онъ надялся увидть только съ высоты небесъ, если бы Господь вознесъ его къ себ. Онъ зналъ, что умретъ раньше, чмъ его сынъ выйдетъ въ люди. Но это не огорчало его,- останется семья, которая будетъ наслаждаться торжествомъ Габріэля и возблагодаритъ Господа за его милости.

Гуманитарныя науки, богословіе, каноны,- все это Габріэль одолвалъ съ необычайной легкостью, которая удивляла его учителей. Въ семинаріи его сравнивали съ отцами церкви, наиболе прославившимися раннимъ проявленіемъ своихъ дарованій. Когда онъ кончалъ семинарскій курсъ, вс были уврены, что архіепископъ дастъ ему каедру въ семинаріи еще прежде, чмъ онъ начнетъ служить мессы. У него была неутолимая жажда знанія. Библіотека семинаріи стала какъ бы его собственностью. По вечерамъ онъ часто ходилъ въ соборъ, чтобы дополнить свои знанія церковной музыки, бесдуя съ регентомъ и органистомъ. Въ класс церковнаго краснорчія онъ поражалъ профессоровъ и слушателей пламенностью и убжденностью своихъ проповдей.

– Его призваніе – проповдывать,- говорили въ саду.- Въ немъ воскресъ пламенный духъ апостоловъ. Онъ, быть. можетъ, новый святой Бернардъ или Боссюэтъ! Какъ знать, что выйдетъ изъ этого юноши!

Больше всего Габріэль увлекался исторіей собора и архіепископовъ, правившихъ имъ. Въ немъ проснулась наслдственная любовь всхъ Луна къ этой громдд, которая была ихъ вчной матерью. Но онъ не обожалъ ее слпо, какъ вся его семья. Ему хотлось знать, какъ все происходило въ дйствительности, хотлось проврить по книгамъ смутные разсказы отца, походившіе скоре на легенды, чмъ на историческую правду.

Прежде всего его вниманіе было привлечено хронологіей толедскихъ архіепископовъ, этой цпью знаменитыхъ людей, святыхъ, воиновъ писателей, князей, за именами которыхъ стояло число, какъ за именами королей каждой династіи. Было время, когда они были настоящими монархами Испаніи. Готскіе короли со своимъ дворомъ играли чисто декоративную роль; ихъ возводили на престолъ и смщали, смотря по надобности. Испанія была теократической республикой, и дйствительнымъ главой ея былъ толедскій архіепископъ.

Габріэль раздлялъ на группы этотъ нескончаемый списокъ знаменитыхъ прелатовь.

Прежде всего святые, апостолы героической поры христіанства, епископы, которые были такъ же бдны, какъ ихъ прихожане? ходили босикомъ, спасались отъ римскихъ преслдованій и преклоняли, наконецъ, свою голову передъ палачомъ, съ радостной надеждой, чго они возвеличатъ свое ученіе, жертвуя своею жизнью. Таковы были святой Евгеній, Меланціо, Пелагіо, Патруно и другіе, терявшіеся въ туман старинныхъ преданій.

Затмъ шли архіепископы времени готовъ, прелаты-монархи, которые властвовали надъ завоевателями, благодаря своему духовному превосходству надъ побдоносными варварами. Имъ помогала власть чудесъ, которыми они устрашали суровыхъ воиновъ. Архіепископъ Монтано, который жилъ подъ однимъ кровомъ съ своей женой, возмущенный поднявшимся противъ него ропотомъ, положилъ горящіе угли подъ свое священническое платье въ то время какъ служилъ мессу, и не обжегся, доказавъ этимъ чудомъ чистоту своей жизни. Санъ-Идлефонсо, не довольствуясь писаніемъ книтъ противъ еретиковъ, добился того, что ему явилась святая Леокадія и оставила въ его рукахъ кусокъ своего плаща. На его долю выпала потомъ еще большая честь: сама Пресвятая Два спустилась къ нему съ неба, чтобы надть ему на плечи ризу, шитую ея собственными божественными руками. Много лтъ спустя, Сигбертъ имлъ дерзость надть эту ризу, за что лишенъ былъ сана и отлученъ отъ церкви. Единственныя книги, которыя появлялись въ то время, были написаны толедскими прелатами. Они сочиняли законы, они возвели въ короли Вамлу, они устроили заговоръ противъ жизни Эгики, и совщанія, которыя происходили въ базилик святой Леокадіи, были политическими собраніями, на которыхъ тронъ занимала митра, а королевская корона была у ногъ архіепископа.

Мусульманское вторженіе снова обрекло толедскихъ архіепископовъ на смиренную жизнь. To, что было во времена римскаго владычества, конечно, не повторилось боле и прелатамъ не приходилось бояться за свою жизнь: мусульмане не умножали число мучениковъ и не насиловали врованій побжденныхъ. Вс толедскія церкви остались во власти мозарабскихъ христіанъ за исключеніемъ собора, превращеннаго въ главную мечеть. Но католики были бдны и постоянныя войны между сарацинами и христіанами, а также притсненія, которыми мавры отвчали на варварство, сопровождавшее обратное завоевываніе христіанами мавританскихъ земель, затрудняли служеніе церкви. Къ этому времени относятся невдомыя имена Циксила, Элипандо и Вистремиро, того Вистремиро, котораго святой Евлогій называлъ "факеломъ святого духа и свточемъ Испаніи", но о которомъ исторія даже не упоминаетъ. Если самого святого Евлогія предали мученической казни въ Кордов, то этимъ онъ обязанъ неистовству своего религіознаго пыла. Что касается Бенито, француза по происхожденію, его пріемника на архіепископскомъ престол, то онъ не желалъ уступать своимъ предшественникамъ въ святости и поэтому прежде чмъ прибыть въ Толедо, постарался, чтобы въ одной изъ церквей у него на родин сама Пресвятая Два принесла ему новое облаченіе.

Вскор посл того въ XI вк на сцену выступили воинствующіе архіепископы, прелаты въ кольчугахъ, вооруженные топорами о двухъ лезвіяхъ, "конквистадоры", которые, предоставляя служеніе мессъ смиреннымъ каноникамъ, сами садились на боевыхъ коней и считали, что недостаточно служили Господу, если въ теченіе года имъ не удавалось прибавить къ церковному достоянію нсколько деревень и нсколько горъ. Первыми изъ нихъ были французы, монахи знаменитаго монастыря Клюни, посланные въ сагагунскій монастырь аббатомъ Гюго; они первые стали называться "донами" въ знакъ своей сузеренской власти. Благочестивая вротерпимость прежнихъ епископовъ, которые среди полной мозарабской свободы поддерживали дружескія отношенія съ арабами и евреями, смнилась жестокимъ фанатизмомъ побдоносныхъ христіанъ. Какъ только архіепископъ донъ Бернардо занялъ толедскій престолъ, онъ тотчасъ же воспользовался отсутствіемъ Альфонса VI, чтобы нарушить королевскія обязательства. Въ силу торжественнаго договора, подписаннаго королемъ, главная мечеть должна была оставаться во власти мавровъ. Но архіепископъ, подчинивъ своему вліянію королеву, сдлалъ ее своей сообщницей; однажды ночью, въ сопровожденіи клира и рабочихъ, онъ ворвался въ мечеть и освятилъ ее; на слдующій день, когда сарацины пришли молиться, обращая лица къ восходящему солнцу, оказалось, что храмъ превращенъ въ католическій соборъ… Архіепископъ донъ Мартинъ предводительствовалъ войсками въ поход противъ андалузскихъ мавровъ; онъ завоевывалъ земли и участвовалъ, сопровождая Альфонса Ш, въ аларкосской битв… Знаменитый архіепископъ донъ Родриго написалъ хронику Испаніи, наполнивъ ее чудесами, и самъ созидалъ историческія событія, проводя больше времени на кон, чмъ въ собор; въ битв Ласъ Навасъ онъ подалъ примръ храбрости, бросившись первый въ бой. Посл побды король даровалъ ему двадцать деревень и между прочимъ Талаверу де ла Реина. Донъ Санчо, сынъ дона Хайме Арагонскаго и братъ королевы Кастильской больше цнилъ свое званіе войскового начальника, чмъ свою толедскую архіепископскую митру; узнавъ о приближеніи мавровъ, онъ выступилъ навстрчу имъ въ мартосскія равнины, ринулся въ битву и былъ убитъ врагами, которые отрзали ему руки и насадили его голову на пику… Донъ Хиль де Альборнозъ, знаменитый кардиналъ отправился въ Италію, спасаясь отъ дона Педро Жестокаго и, будучи очень умлымъ вождемъ,- вновь завоевалъ земли папъ, убжавшихъ въ Авиньонъ… Донъ Гутьере III воевалъ противъ мавровъ при дон Хуан II. Донъ Альфонсо де Акунія сражался при Энрико IV во время гражданскихъ войнъ. Этотъ рядъ прелатовъ, ставшихъ государственными людьми и воинами, богатыхъ и могущественныхь, какъ монархи, завершился кардиналомъ Мендоцца, который участвовалъ въ битв при Торо, въ завоеваніи Гренады и потомъ правилъ этой страной; такой же воинственностью отличался Хименесъ де Циснеросъ, который, не найдя боле мавровъ на полуостров, переправился черезъ море и двинулся на Оранъ, потрясая крестомъ, превращеннымъ въ оружіе для наступленія.

Орловъ смнили прелаты, напоминавшіе скоре домашнихъ птицъ. Посл архіепископовъ въ желзныхъ кольчугахъ потянулся длинный рядъ архіепископовъ, любившихъ роскошь и богатство; ихъ воинственный духъ проявлялся только въ интригахъ; они вели вчные процессы съ городами, съ корпораціями и съ частными лицами, ограждая огромныя богатства, собранныя ихъ предшественниками. Боле щедрые изъ нихъ, какъ напримръ Тгвера, воздвигали дворцы, покровительствовали художникамъ, Греко, Беругвете и другимъ, и такимъ образомъ положили въ Толедо начало возрожденію, представлявшему какъ бы отголосокъ возрожденія итальянскаго. Скупые, какъ напримръ Квирога, сокращали расходы церкви, привыкшей къ роскоши; они становились банкирами королей, одолживали милліоны дукатовъ австрійскимъ монархамъ, которые хотя и владли огромной имперіей, въ предлахъ которой никогда не заходило солнце, но все же нищенствовали, когда запаздывали суда изъ Америки.