Мэдлин понятия не имела, как поступят пираты, когда узнают, что она совсем не та женщина, за которую можно получить выкуп. Вполне возможно, что капитан Ангел убьет ее на месте, если он действительно такой кровожадный, как говорят.
Глава 5
Капитан Ангел перебрался через поручни и спрыгнул на безупречно чистую палубу торгового судна — «Оксфорд» сдался без единого выстрела. Ангел прекрасно знал, что многие считают его самым кровожадным из пиратов, однако ему было наплевать на все слухи и россказни о его жестокости. Верность своей стране — только это имело для него значение, и если в качестве пирата он мог завоевать Америке свободу, то пусть так и будет.
— Эй, Маккинни! — крикнул капитан Ангел. — Возьми десять человек в трюм! — Обращаясь к остальным, он приказал: — Обыщите весь корабль. Проверьте все каюты. Генри и Роли, соберите на палубе всю команду! Пристрелите любого, кто будет сопротивляться. Я хочу, чтобы все английские свиньи были на палубе. Идите же!
Пираты бросились выполнять приказания своего капитана, а некоторые из матросов «Оксфорда», шепотом переговариваясь, уже собирались под мачтой.
— Сэр, это капитан О'Брайан, — заявил один из них, выталкивая вперед высокого мужчину.
— О'Брайан? — с презрительной усмешкой осведомился Ангел. — Так что у вас здесь за груз?
— Дело в том, что «Оксфорд» торговый корабль, — пробормотал О'Брайан. — Поэтому, я полагаю…
— Очень хорошо, — перебил Ангел. — За каждую ложь я потребую определенной платы: за первую — твою правую руку, и левую — за вторую. А потом я перейду к твоим ногам, понятно?
Англичанин побелел как полотно.
— Если я все расскажу, вы пощадите мою команду?
— Не торгуйся со мной, капитан. — Ангел поднес свою саблю к горлу О'Брайана. — Говори быстрее!
— Я везу оружие, — ответил англичанин. — Шесть пушек, запалы… и дюжину бочонков пороха. Вы можете забрать все.
— Разумеется, я могу забрать все, — с усмешкой ответил Ангел. — Что ж, выходит, твое судно перевозит оружие для британцев? Полагаю, мне следовало бы перерезать тебе глотку прямо здесь, на палубе твоего корабля. Проклятые английские свиньи!
— Но вы, жители колоний, не смогли бы прожить без Англии, — возразил капитан. — Без нашей защиты и поддержки все вы еще сто лет назад вымерли бы в этой глуши… Поэтому вы не имеете права так обращаться с нами.
— Замолчите, капитан, пожалуйста! — взмолился один из матросов «Оксфорда».
— Да, капитан, не говорите больше ничего, — поддержал другой.
— Что вы болтаете?! — Ангел громко рассмеялся. — Ходят слухи, что вы, верноподданные, все евнухи, кастрированные лично самим королем. Но не ты, О'Брайан. Ты все еще остаешься мужчиной, не так ли? — Ангел приставил острие сабли к горлу О'Брайана, и тот побагровев, выпучил глаза. — Я думаю, что каждый должен иметь возможность говорить сам за себя, — продолжал Ангел. — Во всяком случае, я всегда поступаю именно так. И я всегда бросаю вызов опасности, потому что верю в свободу моей прекрасной страны. Что скажете на это, капитан О'Брайан?
— Вашей прекрасной страны? — Англичанин презрительно фыркнул. — Да ведь вы не более чем пират. Когда-нибудь вас схватят и повесят.
— Все, довольно! — воскликнул Ангел. — Я устал от ваших речей, а моя сабля жаждет английской крови!
Собравшиеся на палубе матросы замерли в ожидании. Почти все были уверены, что капитан О'Брайан обречен на смерть.
— Капитан Ангел! — раздался внезапно громкий крик.
— Что такое? — Ангел опустил саблю и повернулся к рыжеволосому Маккинни.
Матрос приблизился к нему и прошептал:
— На борту есть женщины, сэр.
Ангел вполголоса выругался. Вот этого он никак не ожидал услышать.
— Две женщины. Внизу, — продолжал матрос. — Одна из них говорит, что она невеста Хью Дэвиса.
— Что ты сказал?.. Невеста Хью Дэвиса?..
— Совершенно верно, Ангел. Что с ними делать?
— Оставь женщин в покое, пират, — проворчал О'Брайан. — Я обещал, что доставлю их домой.
— Похоже, что ты не сдержишь свое обещание, приятель, — ответил Ангел. — Взглянув на Маккинни, он приказал: — Связать его и всех остальных, и пусть кто-нибудь доложит мне, как там дела внизу. Я хочу убраться отсюда через час.
— Да, сэр. А как быть с женщинами? — спросил Маккинни.
— Я сам займусь ими, — ответил Ангел, направляясь к люку.
Мэдлин услышала шаги, доносившиеся из коридора, и, усадив подругу на стул, тихо сказала:
— Кто-то идет. Ты готова?
— Да. А ты? — спросила Оливия.
— Не беспокойся, со мной все будет хорошо. А теперь запомни: ты моя горничная. И постарайся быть кроткой, — добавила Мэдлин, покосившись на дверь.
— Да, конечно, — кивнула Оливия. Окинув подругу взглядом, она пробормотала: — А ты чудесно выглядишь в моем платье. Надо будет обязательно сшить тебе точно такое же, только…
В этот момент дверь с грохотом распахнулась и в проеме появилась высокая фигура в черном. Появившийся перед девушками мужчина пугал уже одним своим ростом, но еще больший страх вызывало его лицо, почти полностью скрытое густой черной бородой, придававшей ему облик демона. Прислонившись плечом к дверному косяку и скрестив на груди руки, он с ухмылкой проговорил:
— Приветствую вас, леди. Капитан Ангел к вашим услугам.
Подруги молчали, не зная, как ответить на это приветствие. Тут пират вдруг повернулся к Мэдлин и пристально посмотрел на нее. Она невольно вздрогнула и отступила на шаг — ей почудилось, что его ярко-голубые глаза прожигают ее насквозь. Наверное, этот человек сразу поймет, что она лжет, но у них с Оливией не было выхода — придется говорить то, что они решили сказать.
Стараясь взять себя в руки, Мэдлин проговорила:
— Забирайте что хотите, капитан Ангел, и оставьте нас в покое. — Подбоченившись, она попыталась изобразить высокомерие, хотя чувствовала, что ноги у нее подгибаются от страха.
Снова ухмыльнувшись, пират окинул ее взглядом, и у Мэдлин перехватило дыхание; теперь ей вдруг подумалось, что она стоит перед ним обнаженная — словно он раздел ее одним лишь взглядом своих сапфировых глаз.
— Если я возьму все, что мне захочется, моя красавица, то вы не будете чувствовать никакого покоя, — заявил капитан Ангел. — Конечно, только в том случае, если вы действительно леди, — добавил он с оскорбительным смешком.
Мэдлин заставила себя гордо вскинуть подбородок. Она знала, что губы у нее дрожат, но надеялась, что пират этого не заметит. К тому же ее ужасно смущали его сверкавшие глаза, но она все же выдержала его взгляд.
