– Думаю, это главное, что ты от меня хотела, – сказал Стоуни. – Найти что-то шикарное.
– Только шикарные люди смогут позволить себе обращаться за моими услугами. За нашими услугами.
– Все верно. – Стоуни сдвинул брови. – Это твое дело, родная. Я помогу тебе с бумагами.
– Твой энтузиазм не очень-то заметен.
– Да, потому что в этом деле ты меня вроде как задвигаешь. Тебе так не кажется?
– Нет. Но я не могу работать в связке с тобой, если ты все еще занимаешься посредничеством. А работать с тобой я хочу.
Стоуни отложил свою вилку и взял в свою большую ладонь пальцы Саманты.
– Ты – мое дитя, малыш. Я тебя знаю с пяти лет. Я присматривал за тобой, когда твой папа уходил на дело. И я надеюсь, ты действительно хорошенько подумаешь, что все это будет значить.
– Это значит, что я буду вести честную жизнь. И мне не придется озираться через плечо, не обнаружит ли меня Интерпол.
– Не только. Но есть еще и вопрос публичности. Приготовься к размещению объявлений с адресом фирмы. А это означает, что каждый коп в любом уголке мира будет знать, где тебя искать. И то же самое сможет сделать каждый, с кем или на кого ты когда-либо работала. И всем им не будет покоя оттого, что Сэм Джеллико благополучнее их. А если ей перейти дорогу, она может и настучать на них властям.
Саманта задумалась. Все это вызывало у нее огромное беспокойство, но она уже приняла решение и не собиралась отступаться. Она не допустит, чтобы все эти высококлассные домушники, скупщики, ретивые копы или придурки-папарацци определяли ее жизнь.
– Мне нравится напряг. Помнишь?
– Помню. И еще я помню, что ты контуженая.
– Угу. Спасибо, что ты остаешься со мной, Стоуни.
– И так же останусь с тобой, если ты решишь провести уикэнд в Венеции, чтобы выкрасть Микеланджело.
«Черт побери! Это так заманчиво!»
– Слушай, если бы я была алкоголичка, ты предложил бы мне пиво?
– А то пиво стоит миллион баксов?
– Выкинь из головы свою затею, садист.
Сразу после трапезы Стоуни повез ее на Уэрт-авеню. Саманта не преминула отметить, что в его красном пикапе «шеви-93» (Сокращенное от «шевроле») нет мелких аксессуаров и тюнера, но она оставила свои наблюдения при себе. В конце концов, у нее был ярко-синий «Бентли-Континенталь-ГТ», всего в каких-то двух милях отсюда. В огромном поместье Рика, в его гараже размером со стадион. Стоуни об этом не знал. Саманта ясно себе представляла, что он может сказать о таком подарке. Ее бывший опекун и раньше считал, что она ведет опасную игру. Ха!
Здание Доннера, точнее – целый блок, занимаемый штаб-квартирой адвокатской фирмы «Доннер, Роудс и Крисченсон», было сплошь из стекла, сверкающего в отраженном свете. Главное управление, отделение уголовно-правовой защиты, а также персонал вместе с корпоративной собственностью – все это сверхрационально было размещено в одном ультрадорогом комплексе. Менее приметное здание находилось через дорогу. Оно было ниже на два этажа, но в остальном повторяло те же контуры, с тем же блеском стекла и хрома, что и «сосед» напротив.
– Какой этаж? – спросила Саманта, когда они оставили машину в двухъярусном паркинге рядом со зданием.
– Третий, весь северо-западный угол.
– Классно! – Заглядывая вверх на здание, Саманта попыталась представить не только свою резиденцию, но и свое рабочее место.
– Это недешево, малыш. Ты готова выложить из своего миланского фонда за аренду офиса?
– Боже, и как много? – недоверчиво спросила Саманта. Такие деньги, как ее миланский пенсионный фонд – так они со Стоуни его называли, – на дороге не валялись. И потом, она всегда планировала, что в один прекрасный день отойдет от дел. А на эти деньги можно было бы жить более чем комфортно до конца дней. Можно сказать, что ее выход в отставку состоялся, а пополнению миланского фонда на время будет предоставлена хорошая передышка. И если с вхождением в деловой мир ничего не получится, придется вообще отменять свой план и подумать о пансионате для престарелых в Форт-Лодердейл.
– Я попрошу риелтора предоставить тебе цифры. Ее зовут Ким.
Фойе с консьержем, два лифта и узорчатый мраморный пол под цвет пляжного песка производили впечатление. Боже, все это было ей так по вкусу! Это было в точности то, что она просила Стоуни ей подыскать.
Они вышли на третьем этаже, ступив на ковровое покрытие цвета слоновой кости. Ряд садков и пейзажная живопись украшали коридор, ведущий в северную часть здания.
– Моне, – автоматически заметила Саманта. – Копии, но рамы красивые.
– Будь это подлинники, – сказал Стоуни, – я бы тебе заплатил, чтобы ты их украла.
– Замолчи, – пробормотала Саманта, увидев открывшуюся дверь в дальнем конце коридора. Она притворно улыбнулась и запихнула под мышку свой ридикюль от Гуччи. В этот момент к ним подошла маленькая брюнетка с проседью в костюме от «Ниман-Маркус». – Вы, должно быть, Ким. Меня зовут Сэм. Спасибо за встречу и за то, что согласились меня подождать.
Риелтор самодовольно улыбнулась и крепко встряхнула Саманте руку.
– Мы с Уолтером просмотрели семнадцать офисов. Этот ему понравился так, что мы решили вам его показать. Я очень рада.
– Тогда давайте взглянем, хорошо? – Саманта сделала телодвижение в сторону двери. – Семнадцать экскурсий, Уолтер?
– Чтобы с этим определиться, достаточно минимум двух, – буркнул ее опекун. Проходя мимо Саманты, он шлепнул ее по заду. – Ничего не поделаешь, если я ей нравлюсь.
– Ну ты даешь, Стоу… – У Саманты даже пропал голос, когда она вошла в офис. Первое, что она увидела, – это огромную приемную с конторкой для секретаря. На другой стороне она заметила дверь, ведущую внутрь офиса. Пять комфортных кабинетов располагались под прямым углом друг к другу, связанные подковообразным коридором. С одной стороны офиса простиралось окно во всю стену, с видом на пляж и так называемое озеро Уэрт (только самые богатые люди могли назвать бухту «озером»). С другой стороны офис выходил на Уэрт-авеню, где и была адвокатская фирма «Доннер, Роудс и Крисченсон».
Пока Ким перечисляла такие удобства, как центральное кондиционирование и мраморные гостиные (общее место для отдыха сотрудников еще двух фирм), Саманта глядела в окно. Фантастика! Три месяца спустя после знакомства с Ричардом Аддисоном она уже собиралась учреждать собственную фирму в пятидесяти ярдах от адвоката, входящего в его компанию. Доннер наделает в штаны, когда узнает.
– У вас есть ко мне какие-то вопросы? – спросила Ким.
– Сколько стоит? – спросила Саманта, поворачиваясь от окна.
– Одиннадцать тысяч сто двенадцать в месяц. Сюда не входят телефон и электричество, но учтена доля на оплату содержания консьержа, охрану здания, эксплуатацию эскалаторов, воду, обязательное страхование и уборку мест общего пользования.
