— Тут никаких сомнений. Могу только надеяться, что он не станет таким, как ты.
Он дернулся при ее замечании, но лицо так и осталось окаменелым.
— Тогда я иду с тобой.
— Знаешь, сейчас я сомневаюсь, что стоило ставить тебя в известность. Лучше бы спустила тебя с лестницы — прочь из моей жизни, когда ты решил, будто я обманываю тебя с кем-то другим. Потому что сейчас мне не хочется иметь с тобой ничего общего. И я определенно не желаю, чтобы ты шел со мной.
— Слишком поздно, — ответил он, таща ее к лифтам. — Если ты собираешься переворачивать мою жизнь вверх дном с помощью подобных новостей, то учти, что впоследствии устранить меня не удастся.
Как только они появились внизу, швейцар вытянулся по стойке смирно.
— Уинстон, — обратился к нему Паоло раньше, чем она успела открыть рот, — нам нужно такси. Мисс Грэйнджер скажет адрес.
Через секунду к обочине подъехало такси.
— Прошу вас, мистер Манчини, мисс Грэйнджер. Присмотрите за моим внучком — однажды он станет отличным юристом.
— Знаю, — сказал Паоло, давая чаевые, явно не первые за сегодня. — Он один из наших самых многообещающих новичков.
В такси он наконец отпустил руку Элен. Она потерла место, где ее сдавливали железные пальцы.
— А я-то удивлялась, как тебе удалось пройти мимо.
Он небрежно кивнул, не отрывая взгляда от пробегающего за окном пейзажа.
Элен нахмурилась. Уже дважды охрана не помешала ему добраться до ее двери. Что делать, если она действительно захочет изгнать его из своей жизни?
За всю дорогу Паоло не проронил ни слова. Она прикусила нижнюю губу. Час назад самой большой ее проблемой было добраться до клиники, не лопнув по дороге. Теперь это отошло на второй план. Гораздо больше ее волновало, как будет реагировать Паоло. Чего он ждет? Чего потребует? Достаточно сложно примириться с тем, что у нее будет ребенок, а тут — дополнительные сложности. Ей прекрасно известно: Паоло хочет семью. Что отнюдь не означает, будто он хочет незаконного ребенка от женщины, с которой на днях развелся.
— Ты можешь подождать меня здесь, — сказала она, неловко выбираясь из такси у дверей клиники.
— И не думай, — огрызнулся он, выпрямляясь и снова завладевая ее рукой. — Я иду с тобой.
Элен вздернула подбородок, взглянула на него. Солнце било сзади, не давая разглядеть его черты, но она была уверена, что он в ярости.
— Я расскажу тебе о результатах, — настаивала она.
— У меня пара вопросов, которые я не против задать сам.
Внутренне застонав, Элен подумала, что первый вопрос будет определенно относительно вероятности его отцовства. И какого черта она попросила Паоло пойти? Что хорошего, если придется впервые увидеть своего ребенка в присутствии того, кто намерен превратить процедуру в поле боя?
Паоло потянул ее за руку, направляя к центральной лестнице, и что-то внутри у нее щелкнуло. Она резко остановилась.
— Не надо меня тащить. Я вполне могу идти сама.
Она ожидала вспышки гнева, но Паоло развернулся и через две ступеньки рванул вверх. Элен шла медленнее, цепляясь за перила. Еще немного, утешала она себя, и можно будет избавиться хотя бы от этих неприятностей.
Добравшись до дверей, она обнаружила ожидающего ее Паоло.
— Что-то не так? — спросил он, впервые проявляя признаки участия. — Тебе вроде нехорошо.
— Мне на самом деле нехорошо!
— Почему? Нужен врач?
Элен заставила себя стоять прямо, мечтая, чтобы он убрался с дороги.
— Если бы тебе пришлось целый час удерживать в себе литр воды, главное место в твоих мыслях занимал бы не врач. — Она двинулась мимо него, тщетно пытаясь не вдыхать запах его одеколона. — Позволь пройти.
Паоло принялся громко требовать немедленного внимания к ней всего имеющегося персонала. И с успехом, поскольку вокруг нее сразу засуетилось несколько человек. Подкатили даже инвалидную коляску.
— Не нужна мне коляска! — заявила она кому-то, но никто не слушал. Все были слишком заняты, выполняя указания Паоло.
Элен втащили в отделение и оставили, позволив мирно переодеваться в халат, пока не появился рентгенолог, чтобы забрать ее. Паоло попытался проникнуть следом.
— Сожалею, но вам нельзя, — сказал рентгенолог, преграждая ему путь. — Я немедленно впущу вас, как только узнаю, что все в порядке.
— Что вы имеете в виду? — возмутился Паоло. — Почему что-то должно быть не в порядке?
Глубоко вздохнув, Элен попыталась успокоиться.
— У меня было кровотечение. Врач проблемы тут не видит, но они хотят удостовериться, что беременность протекает нормально.
— Все верно, — согласился рентгенолог, — и как только мы это увидим, я вас приглашу посмотреть на изображения на экране. А теперь позвольте.
Паоло отошел назад, всем видом показывая возмущение тем, что его отлучили от чего-то, что, по его мнению, касалось его значительно больше, чем человека, шустро направившегося к своим аппаратам.
— Первый ребенок? — спросил рентгенолог. — Отец, похоже, на нервах.
На нервах — слабо сказано для описания теперешнего состояния Паоло. У Элен был день на привыкание, и то она никак не опомнится. У Паоло не оказалось и часа.
Через десять минут рентгенолог открыл дверь. Паоло ворвался в нее, как бешеный бык, накачанный стероидами, мощный, злобный и готовый к любому обороту дела. Несложно было представить дым, идущий из его раздувающихся ноздрей.
— Какие новости?
Рентгенолог повернул экран к ним.
— Смотрите сами. — Снова приложив датчик к ее животу, он заводил им взад-вперед.
Паоло знал: ему следует смотреть на экран, но отчего-то одна только мысль, что кто-то еще может касаться обнаженного живота Элен, пусть и не напрямую, доводила его до точки кипения и не давала оторвать глаз от происходящего.
На ее атласной коже что-то было, какое-то вещество, позволяющее инструменту скользить по поверхности. У Паоло скрутило внутренности при воспоминании. Он чувствовал эту кожу, прижимался к ней, пробовал на вкус каждый квадратный дюйм и каждую ночь с тех пор мечтал о повторении.
— Вот ваш ребенок.
Слова рентгенолога просочились сквозь его мысли и желания, и он наконец обратил внимание на экран. Всмотрелся. Нечто странно расплывчатое лежало со скрещенными ножками, рука под щекой…
— Это невероятно, — прошептала Элен.
— Сколько недель беременности? — спросил Паоло, затаив дыхание.
— Ну, — ответил рентгенолог, манипулируя настройками монитора, чтобы сделать изображение четче, — после я сделаю расчеты, которые будут точнее, но рискну предположить, что этому малому где-то около двенадцати недель. Совпадает?
— Верно. — Паоло увидел, как шевельнулись губы Элен, но не услышал ничего, кроме внезапного гула от прихлынувшей к голове крови.
