только Эпирский деспотат, сила которого также нарастала. Достаточно было появиться на Эпирском престоле человеку с далеко идущими намерениями, как неизбежно интересы двух греческих государств должны были столкнуться. Так и случилось.
На службе у Ласкариса находился Феодор, брат деспота Михаила I Ангела Комнина Дуки, которого тот просил отпустить к себе. Наперед взяв клятву с Феодора, что он никогда не будет воевать с ним, Ласкарис выполнил просьбу деспота. Но вскоре Михаила I убили, а Феодор Ангел Комнин Дука (1215–1230) стал его преемником. При помощи братьев Константина и Михаила он значительно расширил границы своих владений, присоединив к деспотату Ахриду, Албану, Прилапу и Диррахий. Под Диррахием он нанес поражение новому Латинскому императору Пьеру II Куртене (1216–1217) — Генрих Фландрский к тому времени скончался, как полагают, от яда. Как рассказывают, после избрания императором Куртене направился в Рим, где папа Гонорий III (1216–1227) венчал его короной, но не в храме Святого Петра, а в другой церкви, наглядно демонстрируя всем, что в его глазах Латинская империя заметно отличается от Западной Римской империи. На обратном пути Куртене остановился в Диррахии, надеясь сухопутной дорогой добраться до Константинополя. Но в горах попал в засаду, устроенную ему новым Эпирским деспотом. Император погиб в плену, а в Константинополе регентом при малолетнем сыне покойного Пьера Роберте Куртене (1221–1228) была объявлена вдова-императрица Иоланта Куртене (1217–1219)[60].
Продемонстрировав свои агрессивные планы, Феодор Эпирский в 1222 г. захватил Фессалонику, после чего откровенно заявил претензии на титул Римского царя, не признав, естественно, таковым Никейского императора. И нашел поддержку на Западе. Соблазнив понтифика обещаниями, Феодор Эпирский добился того, что папа Гонорий III провозгласил его царем греков[61].
Падение Фессалоники первоначально навеяло на латинян жуткий страх, и Гульельмо VI, маркграф Монферратский (1207–1225), отказался от своих прав на город. Всем казалось, что Эпирское царство, врезавшееся клином в латинские владения, может стать непреходящей основой для восстановления византийской государственности. Естественно, за счет Никейской империи, интересы которой Феодор Эпирский ничуть не учитывал[62].
Правда, возник довольно щепетильный вопрос: кто будет венчать Феодора Ангела Комнина Дуку на царство? И здесь ему на помощь пришел знаменитый Болгарский архиепископ Димитрий Хоматин, совершивший это Таинство. В своем послании архиерей ссылался на то, что это событие произошло с согласия всего греческого народа, жившего на Западе, синклита, воинства и епископата. Теперь Феодор Ангел Комнин Дука начал носить пурпурную одежду и сапоги, переименовал Эпирский деспотат в Фессалоникийскую империю, и его война с Никеей стала неизбежной[63].
Для нейтрализации этой угрозы Ласкарис предпринял ответные меры. Став к тому моменту вдовцом, Феодор I женился в 1218 г. на Марии, которая, приходилась сестрой Роберту Куртене. Однако супруга была бесплодна и не оставила наследника; к тому же через 3 года она скончалась[64]. Помимо этого, были налажены добрые отношения и заключены мирные договоры с целым рядом государств, способных при желании объединиться и смести с лица земли молодое Никейское государство. В 1219 г. были подписаны соглашения с Генуей и Венецией, а также с новым Иконийским султаном Кей-Кубадом I (1219–1237). Примечательно, что в тексте договора с турками Ласкарис именуется уже «Феодором, во Христе Боге верным царем и самодержцем римлян и присно Августом Комнином Ласкарисом».
Необычайно вырос и авторитет Никейского патриарха. В 1219 г. сын короля Стефана Немани Савва в обход архиепископа Охридского, которому формально была подчинена Сербская церковь, обратился в Никею для посвящения в сан архиерея, что и произошло[65].
Глава 3. 5-й Крестовый поход
Пока на территории Византийской империи происходили описанные события, Запад мучился в муках рождения нового, уже 5-го Крестового похода. Папа Иннокентий III решительно желал реабилитироваться после позора 4-го Крестового похода и уже нашел, как ему казалось, добросовестного исполнителя своей воли. Им стал некогда малолетний сын короля Генриха VI Фридрих II Гогенштауфен (1194–1250). Пока Филипп Швабский и Оттон IV Брауншвейгский боролись за власть на континенте, Фридрих жил вместе с матерью на Сицилии, находясь под защитой Римского епископа. В скором времени он освободился от могущественных конкурентов: в 1208 г. Филиппа убил безвестный наемный убийца, а Оттон IV, решивший захватить Сицилию, зашел слишком далеко и попутно вторгся в папские владения, в Тоскану. Его немедленно отлучили от Церкви, а совет князей, собравшийся в сентябре 1211 г., объявил короля низложенным[66].
В 1208 г., достигнув совершеннолетия, Фридрих II был увенчан короной Сицилии, а в 1211 г. — короной Германии. Торжественная процедура возведения на престол состоялась в любимом городе Карла Великого Ахене в 1215 г. Взамен юный король дал клятву Иннокентию III возглавить в 1217 г., когда закончится срок перемирия с Иконийским султаном, новый Крестовый поход. Папа умер в 1216 г., даже не подозревая, что именно теперь, как никогда ранее, ошибся в человеке[67].
Пока же на призыв Иннокентия III откликнулись... дети. В мае 1211 г. в Сен-Дени, где пребывал Французский король, появился пастушок по имени Этьен, передавший Филиппу II Августу письмо, написанное, по его словам, Самим Христом. Тот приказал мальчику возвращаться домой, но мальчик не послушался его и начал широкую проповедь Крестового похода у входа в собор. Этьен был на редкость красноречив, и вскоре под его началом собралось до 30 тысяч детей. Они пешком двинулись к Марселю, абсолютно убежденные в том, что при их приближении море расступится велением Христа. Когда же этого не произошло, часть детишек, разочаровавшись в своем вожде, вернулась домой. А оставшихся ребят двое купцов — Гюг Железный и Гийом Свинья (иногда нужно, чтобы история сохраняла не только имена героев, но и мерзавцев тоже) предложили бесплатно перевезти на Святую землю. Участь малышей была печальной: купцы оказались работорговцами и продали детей сарацинам в Багдад и Алжир. Лишь в 1229 г., после заключения мирного договора с сарацинами, часть их была освобождена. А возмездие, хотя и запоздалое, ждало и двух упомянутых выше негодяев — их повесили по приказу короля Фридриха II[68].
Весной 1213 г. папа Иннокентий III вновь разослал письма во все государства Европы, приказав ежедневно совершать специальные молитвы и ежемесячно устраивать особые процессии о даровании Богом победы над неверными. Этот призыв имел большой успех: многотысячные толпы обывателей приносили присягу идти в новый Крестовый поход. А после поражения альбигойцев в сентябре 1213 г. при Мюре от крестоносцев, высвободились силы, которые Запад мог вновь направить для покорения Иерусалима. Короли Иоанн Английский (1199–1216) и
