и шлепанцах, Яна направлялась к местному сетевому супермаркету. Не успела она перевести детей через дорогу, как из супермаркета внезапно вышел Андрей, а вместе с ним девушка. Молодая, ухоженная брюнетка, одетая по последней моде. Ее длинные блестящие волосы были прекрасно уложены. На вид Яна дала бы ей лет двадцать. Миниатюрная, грациозная и стройная, она стучала по асфальту своими каблуками — шпильками.
Яна остановилась как вкопанная. Она вросла в землю словно вековое дерево. Степа не сразу сообразил, что нужно остановиться, и продолжал идти, но женщина продолжала удерживать его за капюшон. Он начал тихонько подвывать. Почуяв скорую истерику, Вадик подбежал к брату и начал его отвлекать. В отличие от Степы, старший сын заметил отца и сходу понял, что происходит.
Андрей открыл дверцу машины перед девушкой, и она нырнула внутрь.
«Передо мной он уже больше семи лет не открывал дверей», — подумала Яна. Ее сердце бешено отбивало ритм.
Андрей не видел ни ее, ни детей, он вообще больше не принадлежал их семье. Теперь весь он целиком был отдал лишь этой молоденькой брюнетке.
Яна подумала, что ведь раньше, когда — то давно, она тоже была миниатюрная и стройная, с модной прической, на каблуках… Ей стало интересно, существует ли та самая «прежняя Яна», или все уже ушло и возврату не подлежит.
Она не помнила, как пришла домой. Разбирая сумки, поняла, что забыла подсолнечное масло. Зато зачем — то купила никому не нужные пельмени, на которые не было лишних денег. Хорошо хоть дети не набрали всяких сладостей у кассы — вероятно, все благодаря Вадику, который отлично считывал настроение матери и всегда старался войти в положение.
Вечер Яна вновь провела за вязанием и потихоньку завершила открытую накануне бутылку вина. В час ночи в голову ударила мысль, что обязательно нужно поискать любовницу Андрея в социальных сетях. Начать было решено с его страницы. Открыв список его друзей, Яна начала сканировать их аватарки. Пролистав всех друзей, она не нашла ни одной девушки, похожей ну ту брюнетку, но алкоголь в крови подстегивал женщину продолжать поиски.
Спустя час или полтора, Яне удалось найти некую Алену Войниц, которая была в друзьях у нескольких коллег Андрея. Это была та самая девушка. У нее было около семи тысяч подписчиков и куча сногсшибательных фотографий. На стене профиля она разместила изображение себя вместе с мужчиной, чье лицо было прикрыто сердечком. «Моя новая тайна» — гласила подпись под фото. Очевидно, тайной был Андрей — Яна сразу узнала его.
«Вообще то эту куртку покупала ему я», — подумала женщина, тряся бутылку над стаканом в попытках выудить оттуда остатки вина. Она ненавидела себя, свою внешность и всю свою жизнь. Руки сами потянулись к телефону.
— Мам, сможешь хотя бы три дня в неделю по вечерам сидеть с детьми? — выпалила она без приветствия.
— Ты сошла с ума? Третий час ночи уже!
— Я решила пойти в спортзал. В ночные часы. Буду укладывать детей спать, а ты присмотришь за ними, пока я занимаюсь. Это всего на часик — два, не больше. Пожалуйста, мам.
Мать еле слышно выдохнула. Вероятно, обрадовалась, что просьба не касается выхода дочери на работу.
— Ну раз такое дело, то, конечно, посижу. Только откуда у тебя деньги на этот зал? Уж не у меня ли одолжить планируешь?
— Нет, мам, не у тебя. Ко мне тут на днях Лерка заезжала. У нее коллега по работе ходит в круглосуточный зал. И там акция: если привести двух друзей, то всем троим будет большая скидка на годовой абонемент. Лерка меня весь вечер уговаривала быть третьей. Я, дура, отказалась сначала, думала, что это мне ни к чему. Но завтра я ей наберу — вдруг еще не поздно?
— Это правильно. Давай, доча, приведи себя в порядок! Не повторяй моих ошибок. Это я полжизни ждала подходящего момента заняться собой, пока не вышла на пенсию. Сейчас — то, конечно, пытаюсь наверстать, да упущенное время не вернешь. Жить нужно сейчас!
После звонка матери Яна еще больше укрепилась в мысли, что приняла верное решение. Ей срочно нужно меняться. Только в этом случае у нее есть шанс вернуть любовь Андрея.
На утро, несясь с младшим сыном на уроки развития речи, Яна позвонила Лере, а та — своей коллеге. Оказалось, что предложение все еще в силе. Однако лишних на покупку абонемента — пусть даже со скидкой — у Яны не было, а просить Андрея или свою мать ей было стыдно. Поэтому вечером того же дня женщина до глубокой ночи фотографировала и публиковала свои вязаные работы в интернете, на всех возможных платформах, которые она знала. А еще она вплотную занялась своей страницей в Инстаграм: оформила шапку профиля, придумала разные конкурсы и систему скидок, добавила недостающие описания и хештеги к каждому посту. Яна понимала, что сразу заказов не прибавится, но тут главное — терпение и труд.
А пока заказы постепенно прибавляются, можно немного рискнуть и позволить себе взять деньги из тех, что она уже успела накопить. И, если будет нужно, она еще сильнее урежет свой сон, лишь бы в кратчайшие сроки «отбить» этот долг, взятый у самой себя. В данном случае цель оправдывала средства, и медлить было нельзя.
Глава 8
Шли дни, а Андрей, вопреки ожиданиям своей матери и матери Яны, даже не думал возвращаться обратно. Периодически он звонил, спрашивал, как дела, и, убедившись, что ничего экстраординарного не случилось, с чистой совестью заканчивал разговор. Дома она появлялся лишь затем, чтобы забрать кое — какие вещи. После каждого его ухода Яне хотелось лезть на стенку. Он был таким родным, таким любимым… Ей хотелось кинуться ему в объятья, целовать, кричать о своих чувствах и о том, как сильно она ждет его возвращения. Но она сохраняла молчание, ведь он даже не смотрел на нее. Было очевидно, что все его существо сосредоточено на Алене Войниц, и он не хочет видеть никого, кроме нее. После того, как Андрей, захватив с собой все необходимое, говорил ей «пока», она медленно брела в ванну, закрывалась на замок, садилась на коврик и горько — горько плакала. Она бы могла так сидеть несколько часов кряду, но дети начинали беспокоиться и стучались в дверь, чтобы узнать, когда она выйдет. Приходилось наскоро умываться, натягивать улыбку и вновь становиться лучшей мамой на свете. Мамой, которой все нипочем.
Боль после ухода Андрея из семьи не утихала ни на секунду.
