следует больше времени уделять работе и меньше сплетничать. Может быть, тогда бы циркуляция не падала.
Объявление о моей помолвке должно было появиться в желанном онлайновом разделе « Стиль» в Mode de Vie только в середине сентября, но роскошный журнал о моде и стиле жизни был жемчужиной медиаимперии Янгсов. Я бы удивился, если бы Кай не знал о помолвке заранее.
— Никогда не думал, что увижу тот день, когда ты женишься. — Он проигнорировал мое замечание. — На Вивиан Лау, не меньше. Как тебе удавалось так долго держать ее в секрете?
— Мы еще не женаты. — Я заблокировал еще одну попытку удара. — И я не держал ее в секрете. Наша помолвка — это деловая договоренность. Я не потчевал ее вином и обедом, пока мы не заключили сделку.
Слово «помолвка» оставило горький привкус у меня во рту.
Мысль о том, чтобы связать себя с кем-то на всю оставшуюся жизнь, была столь же привлекательна, как и прогулка в океан с бетонными блоками, привязанными к ногам.
Я предпочитал работу, а не людей, многие из которых не ценили, когда контракты и встречи отходили на второй план. Но бизнес был прибыльным, практичным и, по большей части, предсказуемым. Отношения — нет.
— В этом есть смысл, — сказал Кай. — Я должен был догадаться, что слияния и поглощения захватят даже твою личную жизнь.
— Забавно.
Его смех угас, когда я ударил его апперкотом в челюсть, а он ответил ударом, который выбил воздух из моих легких.
Наши разговоры прекратились, сменившись ворчанием и проклятиями, пока мы избивали друг друга до полусмерти.
Кай был самым мягким человеком из всех, кого я знал, но у него была злобная соревновательная жилка. Мы начали заниматься боксом вместе в прошлом году, и он стал моим лучшим партнером для выпускания пара, потому что он никогда не сдерживался.
Кому нужна терапия, если можно каждую неделю бить друга по лицу?
Бить, уворачиваться, уклоняться, бить. Снова и снова, пока мы не закончили вечер вничью и с гораздо большим количеством синяков, чем когда мы вошли в зал.
Но я наконец-то справился с гневом, и когда я встретил Кая в раздевалке после душа, я обрел достаточно ясности, чтобы снова не сорваться на брате.
Я был так близок к тому, чтобы оборвать его после нашего дневного разговора, к черту обещания и условия. Это пошло бы ему на пользу, но сейчас у меня не было сил разбираться с его неизбежной истерикой.
— Чувствуешь себя лучше? — Кай был уже одет, когда я вошёл.
Рубашка на пуговицах, блейзер, тонкие черные очки в проволочной оправе.
Все следы смертоносного бойца с ринга исчезли, сменившись воплощением ученой утонченности.
— Незначительно. — Я оделся и потер рукой больную челюсть. — Ты здорово бьешь.
— Вот почему ты позвонил. Тебе бы не понравилось, если бы я был с тобой помягче.
Я фыркнул. — Так же, как ты ненавидишь проигрывать.
Мы вышли из спортзала и поднялись на лифте на второй этаж. Клуб Вальгалла был эксклюзивным глобальным обществом для людей с определенным уровнем благосостояния, и у него были отделения по всему миру. Однако его штаб—квартира в Нью-Йорке была самой большой и роскошной, занимая четыре этажа и целый квартал в верхней части Манхэттена.
— Я несколько раз встречался с Вивиан, — непринужденно сказал Кай, когда двери лифта с грохотом открылись. — Она красива, умна, очаровательна. Могло быть намного хуже.
Раздражение мелькнуло в моей груди. — Возможно, тебе стоит жениться на ней вместо этого.
Мне было все равно, была ли Вивиан святой супермоделью, которая в свободное время спасала щенков из горящих зданий. Она была просто человеком, которого я должен был терпеть, пока не уничтожу все фотографии.
К сожалению, последние обновления Кристиана подтвердили, что Фрэнсис хранил фотографии как в цифровом, так и в физическом виде.
Кристиан мог легко позаботиться о цифровых доказательствах, но уничтожить физические доказательства было сложнее, поскольку мы не знали, сколько резервных копий было у Фрэнсиса. Я не мог рисковать, пока мы не были на сто процентов уверены, что отследили весь его тайник.
— Если бы я мог, я бы сделал это. — Тени в глазах Кая исчезли так же быстро, как и появились.
Будучи наследником состояния Янга, его будущее было еще более высечено в камне, чем мое.
— Все, что я хочу сказать, это то, что не надо быть засранцем. — Кай кивнул в знак приветствия проходящему мимо члену клуба и, дождавшись, пока они уйдут, добавил: — Не ее вина, что она застряла с таким грубияном, как ты.
Если бы он только знал.
— Меньше беспокойся о моей личной жизни и больше о своей. — Я поднял бровь на его запонки. Золотые львы с аметистовыми глазами — часть семейного герба Янг. — Леонора Янг не будет вечно ждать внука.
— К счастью для нее, у нее уже есть двое, благодаря моей сестре. И не пытайся отмахнуться. — Мы пересекли сверкающий черным мрамором подъезд к выходу. — Я имею в виду то, что сказал о Вивиан. Будь вежлив.
Мои задние зубы сжались.
Нравилась она мне или нет, но Вивиан была моей невестой, и мне чертовски надоело слышать ее имя из его уст.
— Не волнуйся, — сказал я. — Я буду обращаться с ней именно так, как она того заслуживает.
ГЛАВА 5
Вивиан
— В смысле, ты не разговаривала со своим женихом с момента помолвки? — Изабелла скрестила руки и окинула меня укоризненным взглядом. — Что это за нелепые отношения?
— Устроенные. — Бар накренился, прежде чем выровняться. Возможно, мне не следовало пить два с половиной стакана май—тай подряд, но еженедельный счастливый час с Изабеллой и Слоан был единственным временем, когда я могла расслабиться.
Никаких осуждающих взглядов, никакой необходимости быть идеальной и правильной.
И что, если я была немного пьяна? Бар назывался «Подвыпивший козел». Это было ожидаемо.
— Лучше бы мы не разговаривали, — добавила я. — Он не самый приятный собеседник.
Даже сейчас воспоминание о моей первой и пока единственной встрече с Данте вызвало прилив негодования в моем позвоночнике.
Он не проявил никаких угрызений совести, пропустив половину нашего ознакомительного ужина, чтобы покурить сигары в кабинете моего отца, и ушел, не сказав ни
