30 декабря 1885 года в битве при Гиннисе (Судан) против суданских мусульман-повстанцев. В 1902 году цветом боевой формы британской армии стал хаки, хотя пешие гвардейцы и лейб-гвардия по-прежнему носят красную униформу на торжественных церемониях, таких как Trooping the Colour — торжественный развод караулов с выносом знамени в честь празднования официального дня рождения монарха. Современные версии красных мундиров британской армии используются в армиях бывших колоний: военнослужащие Австралии, Фиджи, Ганы, Ямайки, Новой Зеландии, Сингапура и Шри-Ланки выходят в такой форме на парадные церемонии. Эта же форма послужила прототипом для красных саржевых курток, в которых щеголяет Королевская горная полиция в Канаде.
Последний бой красных мундиров при Гиннисе
Знаменитые британские красные почтовые ящики были введены в 1874 году по той причине, что люди постоянно натыкались на выкрашенные в зеленый цвет стоячие почтовые ящики. Красные почтовые ящики до сих пор широко распространены в Австралии, Белизе, Канаде, на Кипре, в Индии, Новой Зеландии, Пакистане и ЮАР. Красные телефонные будки, появившиеся в Великобритании в 1924 году, и сейчас встречаются в Австралии, на Антигуа, Барбадосе, Кипре и Мальте.
Колониальный подтекст британского имперского красного цвета прекрасно осознавало китайское правительство. Как только Китай в 1997 году восстановил контроль над Гонконгом, почтовые ящики тут же перекрасили в зеленый цвет — такой же, как и на материковом Китае, — хотя на некоторых ящиках королевские знаки отличия сохранялись до 2015 года. Яростные протесты местных защитников исторических памятников китайское правительство, по словам одного высокопоставленного чиновника из Пекина, восприняло как доказательство «провала деколонизации Гонконга».
Прообразом знаменитого красного колпака французских революционеров, символа свободы и равенства, стал фригийский колпак — головной убор конической формы из мягкого войлока или шерсти, который носили фригийцы, населявшие большую часть территории современной Турции в период с XII по VII век до н. э. Ассоциация этого головного убора со свободой уходит корнями в Древний Рим, где шапка под названием пилеус (pileus) являлась символом Либертас, богини свободы, и играла ключевую роль в церемонии, посвященной освобождению раба. Синергия колпака и свободы укрепилась после смерти Нерона в 68 году н. э., когда, согласно историку Светонию, «народ так возрадовался, что все надели колпаки свободы и бегали по городу».
Красные колпаки как символ освобождения впервые в истории Франции возникли в 1675 году, когда бретонские крестьяне подняли восстание против Людовика XIV. Восставшие выбрали красные шапочки (хотя могли бы надеть и синие), создав таким образом прецедент для появления красных колпаков, в которых французские революционеры свергали абсолютную монархию. К тому же на якобинцев наверняка повлияли американцы, носившие красные шапки как символ борьбы во время Войны за независимость, в которой и победили в 1783 году благодаря существенной помощи французов. Газета Révolutions de Paris назвала эти шапочки «символом освобождения от всякого рабства и знаком сплоченности всех врагов деспотизма». В период Директории (1795–1799) красные колпаки носили реже, а после реставрации Бурбонов их и вовсе запретили. Однако запрет продлился недолго, и в наши дни Марианна — символ Французской Республики — обычно изображается во фригийском колпаке.
17 июля 1791 года 50 тысяч парижан собрались на Марсовом поле и потребовали отречения короля Людовика XVI. Когда митинг уже грозил перерасти в массовые беспорядки, мэр Парижа Жан Сильвен Байи приказал поднять красный флаг, чтобы призвать толпу разойтись. Прежде чем люди успели отреагировать, Национальная гвардия под командованием маркиза де Лафайета открыла по ним огонь. Около 50 человек было убито. Мертвых поминали как «мучеников революции», а красный флаг, символизировавший их кровь, был принят якобинцами как знамя революции.
Шесть лет спустя, в мае 1797 года, когда революционная Франция вступила в войну с «коварным Альбионом», уставшие от тяжелой работы и оскорбленные недоплатами британские моряки подняли «кровавый флаг» у Нора в устье Темзы. Мятежники захватили несколько кораблей и устроили частичную блокаду Лондона, требуя от короля Георга III заключить мир с Францией. Это первый в истории случай, когда во время трудового спора был поднят красный флаг. Как и в случае с якобинцами, красный цвет стал символом крови мучеников: 29 моряков из числа повстанцев были повешены.
Первым вождем, который размахивал красным флагом как символом свободы, вероятно, был вовсе не Робеспьер, не Карл Маркс и не Ленин. В 1347 году итальянский нотариус Никола Габрини, более известный как Кола ди Риенцо, совершил государственный переворот и стал «трибуном Рима». Этот триумф произошел благодаря массовому шествию, в котором, как пишет Луиджи Барзини, «первый флаг, посвященный свободе, был красным». Историки до сих пор спорят, был ли Кола ди Риенцо популистом, протофашистом или героем-освободителем, но, насколько мы знаем, он был первым человеком, сделавшим красный флаг символом народной воли.
«Любимый цвет — красный», — написал Карл Маркс в 1865 году, отвечая на перечень вопросов, известный нам теперь как анкета Пруста (регулярно публикуемая на последней странице американского журнала Vanity Fair). А 19 мая 1849 года, после того как власти Пруссии закрыли марксистскую «Новую Рейнскую газету», ее возмущенный главный редактор напечатал последний номер красными чернилами.
Газета Маркса, напечатанная чернилами его любимого красного цвета
После Франко-прусской войны на муниципальных выборах в Париже в марте 1871 года к власти пришел союз радикалов, социалистов и анархистов, известный как Парижская коммуна. Несмотря на то что под началом коммунаров было 380 тысяч закаленных в боях солдат Национальной гвардии, их социалистическому режиму не позволили просуществовать долго. Во время Кровавой недели (21–28 мая 1871 года) французская армия улица за улицей отвоевала Париж, убив, по некоторым данным, около 20 тысяч человек. А 25 мая 1871 года Луи Шарль Делеклюз, последний лидер Парижской коммуны, надел свой красный кушак, поднялся на ближайшую баррикаду и принял смерть в бою.
Карл Маркс в своей работе «Гражданская война во Франции» восторженно отмечал: «…Старый мир скорчило от бешенства при виде красного знамени — символа Республики Труда, развевающегося над городской ратушей»[14]. Благодаря Парижской коммуне красный цвет окончательно закрепился за левыми. Статья в New York Times о праздновании третьей годовщины Коммуны в Париже вышла под таким заголовком: «Собрание, где можно увидеть все оттенки красного». В статье говорилось: «Дети надели красные пояса, красные платья и красные шляпы, а мужчины украсили себя атласными галстуками утвержденного розоватого оттенка. Многие молодые девушки, которые присутствовали на балу после празднования, воспользовались возможностью продемонстрировать свои симпатии к коммунистам и нанесли этот патриотический цвет себе на лица».
В 1917 году красный
