— Мария! Мария, где ты?! — во двор вошел человек с огромным букетом самых разных цветов. Они завораживали взгляд уже издалека своими яркими красками на фоне побелевшего пейзажа. — Вот видишь, дорогая, этот букет цветов я дарю тебе день в рождения. Обычно я приношу изысканные, но простые цветы. Я очень люблю каждый из них, а ты… Ты — не простой цветок, ты — целый букет самых невероятных соцветий. Посмотри, желтые — их лепестки опадут первыми. И это то, от чего я тебе желаю отказаться. То, что тебе мешает в жизни. Пусть оно уйдет от тебя вместе с тем, как быстро будут опадать лепестки с этого цветка. А знаешь что, загадывай желание, все сбудется! Обязательно. Прощай, Мария, очень рад, что ты оказалась дома, и у тебя гости. Я не рассчитывал, что ты сегодня будешь гостеприимна, ведь в свой день рождения ты предпочитаешь быть одна, поэтому не имею в запасе времени, чтобы остаться. Прощай. И хорошо подумай над каждым цветком! Загадай желание!
— О, какой интересный мужчина, — раздался голос Насти. — Это еще одна жертва твоих цепких коготков?
— Не волнуйся, у него точно нет ни жены, ни детей. И ко мне он приходит только по праздникам.
— Ну да, ну да, бывают же и те, кто ничего не требует взамен. Просто пришел, просто букет подарил. И снова тебе. За что? Просто так!
— Да день рождения у меня, что тут особенного? От вас, конечно, поздравлений я не жду. Да и не важно.
Ее больше не интересовали гости и их проблемы. Она смотрела на цветы и пыталась понять то, что сказал этот человек. «Что все это значит? Почему цветы должны погибать? Хотя все погибает. И я сама объявила сегодня день моей маленькой смерти. А этот белый, совсем прекрасный, но его название я тоже не знаю. Но мне дано право придумать каждому свое название. А что, если этот букет отдать на растерзание гостям? Они лучше меня, кажется, знают, от чего мне стоило бы избавиться!»
— Друзья! Можно я в честь дня рождения так вас назову? Потом забудем об этом.
— Вот видишь, Мария, ты даже сейчас пользуешься нами, ты всегда так цинична, так жестока. Ты живешь с закрытыми глазами! Не будем мы ничего тебе говорить. Это тебе притащили цветы, вот и разбирайся с ними сама.
— А что значит то, что у меня закрыты глаза? Я все прекрасно вижу и всех вас понимаю. Я знаю, где мое место и придерживаюсь его так, как считаю нужным. А вот вы, позволю себе заметить, до сих пор на моей территории.
— Ну, все, с меня хватит. Что я тут, действительно, делаю? — Настя незамедлительно пошла к выходу. За ней пошел человек с маской волка в руках.
Неторопливо к выходу потянулись все невольные участники происходящего.
— Не зря сегодня день всех святых. Хотела бы я знать, с какой целью мужчина может приносить «просто так» цветы женщине, но он, видимо, один из тех святых духов, которые сегодня приходят к людям. И хорошо, что вы все уходите, очень хорошо.
— Ну уж нет, Мария. Я остаюсь. Я не вернусь к мужу. Я останусь у тебя. Позволь мне остаться здесь.
Анита говорила прерывисто, ей было страшно от той мысли, что кто-то из этих незнакомых людей может знать Алекса и расскажет ему все, что она рассказала ночью.
— Не надо было ничего тебе рассказывать. Я раскаиваюсь и разочарована. Я не знаю, что делать, но к мужу не пойду. Пока не пойду.
— Но ведь и меня ты ненавидишь.
— Я не знаю, как быть. Я привыкла к тебе, твоему дому.
— И я не знаю, что дальше…
Глава 5. Вопросы
Подозрений у человека тем больше, чем меньше он знает.
Фрэнсис Бэкон
Больше в субботний день никто не побеспокоил Марию. Все, кто ее знал, были уверенны, что она не ждет гостей и в воскресение. Поэтому Анита и Мария спокойно занимались уборкой дома. Атмосфера была достаточно легкой. Но иногда Анита останавливалась и озадаченно вздыхала, глядя в окно. Мария была довольно спокойной, но ее лицо тяготила грусть.
— Анита, что ты хочешь увидеть за окном? Ты кого-то ждешь?
Этот вопрос растворился тут же. Никто сегодня никого не ждал. Но девушка повернулась к Марии. Осторожно повернула голову в сторону голоса Марии. Остановилась. Видно было, как ее плечо слегка дернулось от того, что тело было в замешательстве: повернуться к Марии? Или остаться в прежнем положении? Анита сама не знала, стоит ли теперь вообще разговаривать, и так наговорила лишнего. Она переживала свою беду, Мария переживала свою, но, тем временем, продолжала свои попытки тихим голосом проникнуть в душу Аниты.
— Ты ведь знаешь, я люблю осень. Насколько я знаю, и тебе она нравится. Наверное, мы действительно в чем-то похожи.
Она убрала вымытые стаканы в шкаф и, сама того не желая, очень громко захлопнула его. От неожиданности обе вздрогнули. Мария смотрела на свою помощницу так, словно перед ней был ребус, который надо разгадать сею секунду. Анита молчала и продолжала делать вид, что она вытирает пыль с лакированного столика, в центре которого была зеркальная округлая поверхность. Но она смотрела в свое отражение на столе. Она пыталась понять, как жить дальше. Потом снова посмотрела в окно. Настенные часы пробили 12 часов дня. Мария подошла ближе и увидела, как из глаз Аниты на ее же лицо в отражении падают слезы. Мария не выносила слез и решила оборвать это скучное занятие девушки.
— Послушай, ты ведь знаешь это древнее гадание на зеркалах, когда вызывают своего суженого? Интересно, глядя в этот стол, — получится увидеть будущего жениха?
— Что за бред!? У тебя в голове кроме чужих суженых нет никого?
— Спасибо, заговорила. Я уже стала чувствовать себя виноватой…
— Тебе разве знакомо такое чувство? — Анита пыталась повысить голос, но не могла. Ее беспокоил только Алекс. Она боялась, хотя еще вчера была настроена решительно не возвращаться домой.
— Да что ты от меня хочешь? Анита! Что ты от меня хочешь?!
— Верни мне моего мужа.
— Я у тебя никого не забирала. Он пришел ко мне точно так же, как и ты — через входную дверь. Пришел однажды, а потом стал приходить постоянно. Ты действительно хочешь с ним жить дальше? Зачем?
— Когда я выходила за него замуж, думала, что люблю.
— А знаешь, когда он пришел сюда, я была уверена, что он не женат. О том, что он твой муж, я узнала совсем недавно, из твоих рассказов о нем. Да и какая разница?
— Действительно, никакой. Теперь никакой. Только хочется с камнем на шее кинуться в холодное море. Мария, тебе знакомо такое чувство как «боль»? Ты когда-нибудь хотела умереть? Да так сильно, что тебе самой бы стало страшно от этого желания?
— Не уверена. Я считаю, что человек — сам виновник всех своих бед. Я родилась — я в этом виновата! Но видишь, как удачно я умела выкручиваться с первого дня своей жизни!
