— Постараюсь покрутить ей перед кем-нибудь, после того как попрошу вас о чем-нибудь еще.
С этими словами она поднырнула под его рукой и, проскользнув в дом, закрыла дверь. На замок. Вовсе не потому, что боялась, что он догонит и сделает ей что-нибудь. Ей нужно было переодеться, а не выслушивать еще какие-нибудь смехотворные и возмутительные претензии от черт знает кого!
Ей шло это лимонно-жёлтое платье. Она выглядела в нем свежо, ярко и невероятно сексуально. Но первое, о чем он подумал при взгляде на движущуюся под неслышимую ему музыку женщину, что его будет очень удобно снять с нее. Усадить ее к себе на колени, целовать до тех пор пока она ни «сойдет с ума» от его прикосновений, ни взглянет затуманенным взглядом и ни произнесет его имя с томной хрипотцой, развязать этот тоненький поясок, развести по сторонам тонкую ткань, словно упаковочную бумагу дорогого подарка и полюбоваться всем остальным. Он знал, что все будет именно так — он станет любоваться ею до, вовремя и после.
— Олег! — рыжая вернулась, оперевшись на калитку из редких планок.
Солнце дразнило не по-утреннему разгоряченное воображение, просвечивая ткань и обрисовывая соблазнительные формы женщины. Все сбывалось, но только шло в совсем другой последовательности. Она смеялась над ним, веселясь от того, что накормила какой-то гадостью. Ладно, не было в том ее вины. Почти. Но кто же думал…
— Хорошо, что не отравился, — проговорил он, проводя взглядом хохочущую женщину.
Маска для лица, если это и в самом деле была она, уж больно сильно была похожа на соус, вдобавок ко всему он находился в пиале. Он совсем отвык от этого. Уже и забыл, каково это, когда женщина колдует над красотой самостоятельно, а не покупает уже готовые продукты у торговцев молодостью.
— Что тут у нас? — Олег уселся за стол, как раз на то место, где обычно наблюдал Татьяну. — Чем живете, гады?
Пока устанавливались программы и приложения, Олег вспомнил армию и не хитрую науку матери — замочил вещи в тазах, сдобрив воду убойной порцией мыла и отправился выполнять поручение рыжей.
— Антон, Рустам, Марат, Олег — читал он вслух имена всех тех, кто держал оборону до последнего, боролся с захватчиками и общался с клиентами, переключился на другой чат, вчитавшись в сообщения своего зама.
Олег выполнил часть работы, ополоснулся водой из уличной мойки и отправился обратно на кухню к доставшемуся в распоряжение ноутбуку. Техника оказалась не ахти — «железо» едва ворочалось, зависало, белило окна и вкладки, предлагая подождать или закрыть приложения, начав работу заново.
— Что-то не нравишься ты мне, Максимов, — проговорил наконец Олег, откинувшись назад.
Он не обнаружил знакомой упругости высокого кресла и, поднявшись, потопал обратно, натягивая резиновые сапоги и берясь за увесистую лопату. Выглядел он, наверное, потешно — в трусах, резиновых сапогах и со штыковой лопатой, но ему было плевать. Тех, кто мог бы оценить и посмеяться вместе с ним рядом не было, а мнение других его не интересовало. Сейчас, вряд ли найдется тот, кто узнает в заядлом дачнике владельца «Мавет Холд».
— Темнишь!
Тимур Максимов извивался, стараясь угодить и нашим, и вашим. Он всегда был таким. Олег ценил его за это качество. Сам он подобным похвастать не мог, предпочитая говорить прямо или же промолчать, не усугубляя ситуацию. Но сейчас, оказавшись на месте генерального директора, Максимову следовало вести себя иначе, отбросить щупальца и выстроить одну линию поведения — успокоить инвесторов, клиентов и персонал.
— Значит и ты там, — проговорил Олег, загоняя лопату в основательно сбитую землю. — Не ожидал.
Он вернулся в дом спустя несколько минут, чтобы перечитать и проверить еще кое-что, сделал это еще несколько раз, в какой-то момент вспомнив метания Татьяны. Олег усмехнулся, проследив схожесть в поведении, открыл повисшие в панели задач документы, прочитал несколько статей, отметив легкий слог, и вновь задумался.
— Значит, подал заявление о смене генерального директора, — проговорил он сам себе, пробежавшись по старым сообщениям в чате, созданном для девчонок из бухгалтерии и нескольких сотрудников из налоговой службы. — Кого из вас нужно было тр******, чтобы избежать всего этого?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Дело, с которого началась его небольшая, но активно развивающаяся империя оказалось под угрозой. Дата центр, разросшийся и занимающий приличную территорию хорошего торгового центра, заблокировали внезапно взбесившиеся арендодатели. Те перекрыли подступы к зданию, отрезали электричество, потребовали уплаты каких-то вымышленных долгов, прописав в счетах суммы, которые годились бы для выполнения заказов «Роскосмоса». Деньги были, но отдавать их за просто так Олег не торопился. Выброшенные на ветер средства уже не вернутся, ситуация повторится, так что лучше было оставить все в покое, посмотреть откуда на самом деле дует ветер, разобравшись во всем без панического и назойливого трепа нанятых работников.
— А не много ли ты на себя берешь, Юра? — проговорил Олег, мысленно обратившись к одному из главных инвесторов.
Именно его имя числилось в копии заявления в налоговую. Один секрет перестал быть таковым, но Олег не беспокоился на сей счет, сбросив юристу «на удаленке» часть устава, прописывающего процедуру смены главы компании.
— Читай, Володя, читай, мать твою и отрабатывай свой хлеб.
Неожиданно преуспевающая и набирающая обороты компания оказалась в долгах, как в шелках, не только перед третьими лицами, но и перед теми, кто вложил в нее нехилые деньги. Волосы на голове Олега зашевелились вот уже в который раз. Складывалось впечатление, что последние полгода он и нанятые на соответствующие должности помощники ослепли и не делали ничего, не замечая провисов и предбанкротного состояния фирмы. По ощущениям и прочитанному, из всех, кому доверял Березин осталось слишком мало тех, кто не был причастен к происходящему в покинутой им столице.
— Возьми толкового помощника и переводи в ускоренном темпе оборудование на имя этой компании, — написал он в чат Марату, сбросив наспех придуманное название «Tach Ann». — Документы будут готовы в течение трех дней, главное, оставь пустыми графы для дат, пропишем их вручную.
Теперь, когда хозяин самоустранился и скрылся в неизвестном направлении его заместитель лизал зад инвесторам, коммерческий директор Михайлов поддерживал слухи о растрате и не спешил снизить тарифы для тех клиентов, что согласились потерпеть и переждать бурю в отдельно взятом стакане. Сотрудники жаловались на задержки зарплаты, шутя, предлагали устроить забастовку, а кто-то уже поговаривал о том, что пора искать новую работу.
— Михайлов, Максимов и кто-то из бухгалтерии, — выдохнул он, закончив выворачивать и развешивать вещи на самом продуваемом на участке месте. — Кто конкретно?
Олег копал, разбивал корни травы, все думая над тем, что происходило и чувствовал, что упустил еще что-то. Кто-то действовал рядом с ним, но за его спиной. Иначе, как объяснить тот факт, как вовремя все случилось?
Он просто передумал лететь на чертовы Фиджи, развернул авто, припарковался на обочине и ведомый каким-то чутьем, вклинился в чат со смартфона, приняв решение в какие-то считанные секунды. Любовница полетела на курорт в одиночестве, удовлетворившись коротким «прилечу позже».
Тачка, оставленная в болотах, где вечно сбоила электроника и то было в тему. Вскоре (если не уже) придут в себя фсбэшники, заметив, что у них отказало оборудование. Сначала они примутся искать его, а потом обратят свой взор на новоиспеченных директоров. Пусть задают вопросы им, заставят платить и за аренду, и за электричество, и за простой, и за всех не пойманных наркоторговцев вместе взятых. С государством шутки плохи и тут уж неважно сколько лярдов у тебя на счетах.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})* * *
— Ну и где же ты?
К назначенному времени Олег ждал Таню на перроне и чувствовал себя так, как будто вернулся в прошлое. Старенькая платформа, запах шпал, вокзал, лето, уходящий зной и он, в предвкушении встречи с симпатичной ему женщиной. Ему не хватало букета цветов. По пути встретились ромашки, но он предпочел быть без них, чем с этими дурно пахнущими растениями.
