Читаем без скачивания И взошли сорняки - Виталий Каплан

- Так! - я с грохотом отодвинулась от стола. Вместе со стулом. - Вы что же это, родные, на криминал меня толкаете?

Будь я суеверной - обязательно связала бы не поддающиеся стирке кровавые пятна с этим вот эксклюзивным предложением. Но я выше предрассудков.

- В общем, так! - поднявшись, обвела я огненным взглядом своих соучастников. - Или вы забираете это и удаляетесь из моей квартиры и жизни, или я набираю телефон "02".

Откровенно говоря, обе перспективы меня саму не прельщали, но что делать-то?

- Господи, Ольга Николаевна! - промычал Доктор. - Ну это надо же все понять с точностью до наоборот! Я же совсем не то имел в виду! Это не яд, успокойтесь. Алеша, налейте ей водички. Это лекарство. Металакситоамин. Вызывает сильное торможение коры головного мозга, глубокий сон, временное снижение мотивации... Просто чтобы его успокоить, погасить возбуждение...

- Вот, выпейте! - сунулся ко мне Сисадмин с водичкой.

- Не употребляю, - хмуро отклонила я стакан.

- Вы что же, в самом деле вообразили, будто мы толкаем вас на убийство? - грустно поинтересовался Спецназ. - Думаете, только у вас есть моральные принципы? В конце концов, если уж убивать, то это же не так делается...

Опять образовалась тишина, и они молча смотрели на меня - три оскорбленные невинности.

- Ну ладно, давайте этот ваш витамин, - смягчилась я. - И впредь выражайтесь яснее.

5. Таинственный незнакомец

Руководство этой гостиницы я бы расстреляла. Пускай и гнилыми помидорами. Ну ладно, я все могу понять - не пятизвездочный отель, для своих делали. Но уж если один туалет на этаж - наверное, прочистить засоренный унитаз можно? А простыни? Почему они влажные, если не сказать мокрые? Почему не открывается форточка? Где, в конце концов, мыло? Ну хорошо, я на всякий пожарный привезла свое, а если бы?

Олег, в силу своего несознательного возраста, не разделял моего возмущения. Ему все нравилось. Плюхнувшись на застеленную кровать, он задрыгал в воздухе ногами, точно крутил педали велосипеда.

Конечно, высказалась по этому поводу. И по множеству других поводов, столь же мелких, но в сумме составляющих немалую величину.

...Будь я дурой, мы, конечно, не сняли бы номер в третьесортной гостинице, а сразу ринулись в почтовое отделение номер четыре, узнавать об отправителе открытки. Но, к счастью, судьба не обидела меня разумом.

Во-первых, приехать в Суздаль и не побродить по храмам, по монастырю и здешнему кремлю - это верх некультурности. Во-вторых, не было у меня уверенности, что на почте мне сразу на блюдечке поднесут координаты отправителя. Дай Бог, чтобы хоть в лицо его запомнили. А дальше придется искать. И наконец, кто сказал, что уговоры найденного Босса продлятся полчаса? По всему выходило, что не меньше недели нам придется тут просидеть.

- В общем, так! - повернулась я к Олегу. - Первым делом мы отправляемся на экскурсию в суздальский кремль. Потом пообедаем, после чего ты останешься в гостинице, а я наведаюсь на почту.

- А почему не вдвоем? - недовольно протянул Олег.

- Потому. У меня в запасе романтическая легенда, дескать, мчусь по следам сбежавшего любовника. Девочки на почте умрут от восхищения. А ты решительно не вписываешься. С племянником любовника не ищут.

Олег кивнул. Сообразительный, однако.

- Кстати, переоденься. Что это за вид - шорты, майка? В Кремль так не ходят. Даже в суздальский.

- Нафига, - сейчас же заныл он. - Жарко же, двадцать восемь градусов.

- Вот когда будет восемьдесят два, тогда можешь заголяться, - отрезала я. - А пока соответствуй культурным традициям. Не в футбол идешь играть, в самом деле. Хочешь, чтобы все цивилизованные люди на нас с тобой косились?

Ворча и бурча, Олег залез в джинсы и светлую рубашку. Полина, по моему настоянию, экипировала его основательно.

- Галстук не надо, тетя Оля? - съехидничал он напоследок.

- Желательно, - подтвердила я. - Но у тебя все равно его нет.

Люблю музеи - начиная от районных краеведческих и кончая Историческим. Люблю очищенную от паутины пыль веков. Сразу чувствуются корни. И ты уже не песчинка на бархане века, ты сливаешься в некое единство с князьями, монахами, смердами... Ах, все эти кольчуги, прялки и колокола! Вот так же и от нас останутся носовые платки, дискеты и банки из-под пива, и почтительные потомки будут разглядывать все эти защищенные незримой стеной силового поля сокровища.

В Суздале я, конечно, была не впервые, но пятнадцатилетний перерыв сказывался - многое подзабыла, и сейчас, таская Олега из зала в зал, лихорадочно наверстывала упущенное.

- Тетя Оля, ну дайте же мне эти топоры посмотреть по-настоящему, кривился он, когда я устремлялась к вышивкам и глиняным поделкам.

- По-настоящему надо не смотреть, а махать. Раскраивая черепа врагов, - отвечала я и устремлялась к подлинникам боярских духовных завещаний пятнадцатого века.

От коллекции золотых и серебряных монет мальчишку пришлось буквально отдирать клещами. Во всяком случае, недовольству его не было предела. Но не торчать же три часа на одном месте? Почта, как я выяснила, закрывается в шесть, надо еще успеть туда, пообщаться на известный предмет.

- Ну что вы меня все время таскаете, как собака кость? - взвыл он под конец.

- Выбирай выражения, - нахмурилась я. - Мог бы и сказать: "как нитка за иголкой". Интеллигентно и к месту.

- Какая, блин, разница? - сейчас же ощетинился Олег. - Я что, нанялся за вами шляться? Мне тут оружие интересно и монеты, а все остальное фигня. Вам надо, вы и бегайте, восхищайтесь. А меня не трогайте.

- За "блин" ответишь. - Я понемногу начинала закипать. - К твоему сведению, это столь прозрачная замена известной нецензурщины, что и разницы, по сути, нет. Я, во всяком случае, не вижу. Кроме того, ты взгляни на себя объективно и подумай о своем поведении. Мне уже надоело напоминать о послушании, о твоих обещаниях. И потом, что за идиотская брутальность? Оружие ему подавай! Вместо того, чтобы гармонично обогащать душу всей совокупностью сокровищ древнерусской культуры...

- Мне, между прочим, не пять лет, - скулы у Олега заострились. - Что вы все время втираете... Туда нельзя, то не смей... в такую жару как чучело одеться заставляете...

Голос его задрожал, и на нас уже стали оборачиваться. Мне и самой была неприятна эта сцена, но отступать не следовало. Надо показать, кто в нашей стае альфа, она же доминанта.

- Вот сейчас ты ведешь себя ровно на пять лет, - холодно произнесла я, сверля взглядом его переносицу. - Не сотрудник в серьезном деле, а мелкое сопливое существо. И обращения заслуживаешь соответствующего. Ты обещал слушаться меня во всем и не возникать - а в результате не можешь вести себя хотя бы интеллигентно. Тьфу!