Около 1985 г., оценив размах сопротивления и осознав, что противостояние выходит за рамки конфликта между оккупантами и их жертвами и принимает планетарный масштаб, непосредственно вовлекая страны Варшавского договора и НАТО, Усама бен Ладен начинает искать подходы к другим радикальным исламистским организациям за границей, желая заручиться их поддержкой. Он устанавливает регулярные контакты с египетскими и алжирскими мусульманскими фундаменталистами и создает собственную организацию «Аль-Кайеда» («Основа») — исламское движение, поддерживаемое главным образом египетскими экстремистами и занимающееся, в числе прочего, вербовкой и переброской боевиков. Эта организация, на старте выглядевшая весьма скромно, со временем стала передовым отрядом Братства бен Ладена, но после ухода Москвы из Афганистана, как кажется, превратилась в пустую скорлупу.
В тот же период Усама бен Ладен открыто, решительно и бесповоротно вступает в ряды сопротивления; он покидает тыловые базы в Пакистане и прочно обосновывается в восточной части Афганистана, в провинции Нангархар. Он стремится сблизится с антисоветским фронтом и присоединяется к людям из движения «Хезб-и-ислами» («Партия Ислама»), возглавляемого Гульбеддином Хекматияром[37], — мятежной группировки, пользующейся поддержкой пакистанской секретной службы ИСИ[38]. Согласно западным источникам, бен Ладен тогда согласился взять на себя расходы по содержанию нескольких учебных лагерей Хекматияра, в частности в Хосте. В этих подпольных лагерях прошли военное обучение около семисот «арабских афганцев», а также несколько тысяч пакистанцев, отобранных для ведения подрывной деятельности в Кашмире, которые впоследствии будут использованы и для других тайных миссий в Индии.
Годы, проведенные среди боевиков, создали Усаме бен Ладену репутацию в арабском мире, где он известен — и признан — как несгибаемый борец и лишь во вторую очередь саудовский миллиардер. Один из его подручных, палестинец Хамза Мохаммед в беседе, запись которой была предоставлена американскому еженедельнику «Тайм»[39], поведал, какое восхищение вызывал в то время бен Ладен у других бойцов джихада:
«Для нас он был героем, потому что всегда шел впереди. Он всегда ухитрялся занять место в первых рядах... Он не только давал деньги на дело, он отдавал ему всего себя... Он пришел сюда, чтобы жить вместе с афганскими крестьянами и арабскими бойцами. Он стряпал с ними, ел с ними, рыл траншеи, как они. Таков был образ и стиль жизни бен Ладена...»
В течение всех этих лет «священной» афганской войны Усама бен Ладен, находясь на вершине славы, налаживает сеть контактов, которая хорошо послужит ему в будущем и поможет вдохнуть жизнь в его Братство; вместе с тем в Саудовской Аравии под руководством его братьев процветает «Бен Ладен бразерс фор контрактинг энд индастри». В 1983 г. концерн получает контракт на реставрацию Святых мест Мекки и Медины стоимостью три миллиарда долларов. Сделка заключена новым королем Фахдом. Усама, чей героический образ сыграл свою роль, обеспечив семье бен Ладенов этот контракт, получил 13 млн долларов комиссионных, переведенных на номерные счета в Швейцарию, Дубаи и Люксембург.
13 февраля 1989 г. последние советские солдаты покидают Афганистан, но в Кабуле по-прежнему прочно держится коммунистический режим нового «сильного человека» Наджибуллы. Для афганских муджахидов война не кончена, отнюдь! Тем не менее, в 1990 г. Саудовская Аравия по требованию американцев прекращает субсидии и материально-техническую помощь «арабским афганцам». Тем самым официальной миссии Усамы бен Ладена положен конец.
Бен Ладен не собирается отказываться от своих идеалов. Он убежден в справедливости и законности борьбы афганских повстанцев, он сам положил на нее немало сил и не желает отступаться. Он возвращается в Саудовскую Аравию, где соотечественники встречают его, как героя. Он красноречиво отстаивает дело своих товарищей по оружию перед королем, его семьей, его советниками, улемами и высшей знатью королевства, но речи в защиту боевиков не прельщают и не убеждают власти, которые уже приняли решение уйти из Афганистана. Это решение политическое и обжалованию не подлежит. У Усамы бен Ладена возникает чувство, что он впустую потратил десять лет жизни и что его предали.
Он почти сразу встает в оппозицию властям, не в силах примириться с их равнодушием к афганскому делу; в кругу близких он начинает открыто говорить о предательстве. Разочарованный, Усама тайно. вступает в союз с противниками эр-риядского режима в Иране и Сирии. Ваххабитский королевский дом через посредство всех членов и друзей семьи бен Ладенов пытается его урезонить, но Усама непоколебим: борьба афганских муджахидов стала его личной борьбой, и с этого пути его не свернуть. Впрочем, бен Ладена начинают одолевать соображения более глубокого, политического характера: он не верит больше в легитимность королевской семьи и не согласен мириться с тем, что королевство до такой степени порабощено Соединенными Штатами. Прекращение помощи муджахидам, по-видимому, лишь предлог для его перехода в оппозицию режиму.
Начинается пора диссидентства Усамы бен Ладена.
Мятежник принял решение: он будет продолжать джихад по собственной инициативе, по-своему и на свои деньги. Благодаря доходам от различных фирм своего личного концерна, существующего отдельно от семейного, Усама бен Ладен, презрев распоряжения королевского дома и американские директивы, по-прежнему обеспечивает, теперь уже на свой страх и риск, переброску муджахидов из египетских организаций «Джихад» и «Джамаа Исламия»[40] в Пакистан.[41] Чтобы боевиков легче было переправлять, он принимает их на работу на свои предприятия по фальшивым контрактам и снабжает их поддельными документами.
В то же время, поскольку он уже позволил себе впервые ослушаться приказов короля, Усама бен Ладен больше не считает нужным скрывать свои диссидентские настроения; на его взгляд, ваххабитский режим вконец коррумпирован и, хуже того, отступнический в теологическом плане. Бен Ладен все более и более открыто критикует власти, отчасти будучи убежден, что происхождение послужит ему защитой: сын горячо любимого королем Мохаммеда бен Ладена, по его мнению, должен пользоваться своего рода иммунитетом.
Статус «героя» и имя действительно защищают его некоторое время, но режиму надоедают его нападки, и он начинает относиться к Усаме так же, как к другим оппозиционерам, в зависимости от их ранга становящимся жертвами более или менее жестких репрессий. Сын слишком далеко отошел от семьи. Правда, в начале войны в Персидском заливе бен Ладен предложил своему правительству военную и материально-техническую помощь, но она была отвергнута. Бен Ладен затаил горечь и позже не препятствовал своим помощникам контактировать с Багдадом. Вскоре ему, сознательно решившемуся не служить больше королю и превратившемуся в одного из самых опасных противников ваххабитской монархии, не остается ничего другого, как отправиться в изгнание. Он должен покинуть Саудовскую Аравию. Убежище бен Ладен находит неподалеку — на другом берегу Красного моря, в Судане, где военный государственный переворот в 1989 г. привел к власти офицера, слывущего человеком набожным и глубоко почитающим ислам, — Омара Хасана аль-Бешира.
Глава 5
Изгнанник в Судане
Отъезд в Судан в 1991 г. стал лишь началом долгих странствий Усамы бен Ладена... Он полагал, что в этой африканской, но при этом арабской и арабоязычной стране сможет жить согласно своим привычкам и убеждениям, и рассчитывал встретить там доброжелательное отношение. Судан — одна из немногих стран, поддержавших Ирак во время войны в Персидском Заливе, выступив, таким образом, против саудовской и кувейтской монархий. В результате он заслужил стойкую неприязнь американцев и оказался в весьма натянутых отношениях с Эр-Риядом. Такое положение дел как нельзя лучше устраивало Усаму бен Ладена. Вдобавок он уже побывал в Судане в 1983 г., и на него произвели большое впечатление существующие там в сфере сельского хозяйства огромные возможности для инвестиций и развития. Несомненно, он не только обретет в Судане мирную гавань, но и сможет делать дела.
Первые месяцы суданского изгнания Усама бен Ладен ютился в пристройке к заброшенной казарме на севере Хартума, на берегу Голубого Нила, затем переехал в собственный дом в богатом квартале Рияд, по другую сторону от аэропорта, где живут деловые люди и влиятельные политики, такие, например, как шейх Хасан аль-Тураби, вдохновитель переворота 1989 г. Дома в Рияде импозантные, часто просто роскошные, не меньше чем в три-пять этажей, украшенные висячими садами и обнесенные высокими стенами. Перед каждым домом ночью дежурит гафир[42], хотя преступность в Хартуме не так уж велика, а перед домом бен Ладена стража бдит круглосуточно. Саудовский миллиардер перегородил оба конца своей улицы и поставил там посты своей личной милиции, состоящей из былых соратников по Афганистану, которые проверяют все машины.
