дом. И что в итоге? Работодатель ее обвинил в краже полотенца, подал в суд и уволил. Этот случай имел место на одной известной фабрике папирос».
С началом экономического кризиса капиталистического мира зарплаты стали падать. Например, в фабрике металла И. Вайлокайтиса в 1931 г. рабочие получали 6–7 литов в день, в 1932 г. – 4–5 литов. Рабочие на лесопильнях Каунаса в 1931 г. получали 6–7 литов за день, в 1932 г. – 4–5 литов. В 1933 г. в газете коммунистического подполья «Балсас» № 3 работница фабрики носков «Унион» писала:
«Сначала здесь работали 130 рабочих, а теперь лишь 80. Других уволили… без компенсации. Теперь работаем только 3 дня в неделю. Зарабатываем от 2,50 до 4 литов в день. Значит, за неделю зарабатываем 7,50–12 литов. Но 12 литов получают только специалистки. С такой зарплатой никоим образом прожить нельзя. Нам приходится голодать, а о плате за квартиру не может быть и речи. И если не платить пару месяцев, то просто выбрасывают из квартиры… Но это ещё не все. Несмотря на очень маленькую зарплату, за каждый пустяк нас ещё наказывают денежными штрафами… Кроме этого, фабрикант просто открыто крадет трудовые часы. Если кто-то работает 6 часов, то напишет 5 или 4 часы. Если кто начинает требовать, то отвечает: «как хочешь, не хочешь – не работай».
В целом, в декабре 1931 г. рабочие мужчины в среднем получали 4,05 литов в день, в декабре 1932 г. – 3,25, в декабре 1933 г. – 2,80, в марте 1934 г. – 2,60. Рабочие женщины соответственно – 2,70, 2,10, 1,90 и 1,80 лита. Но, несмотря на экономический кризис, рабочие могли бы получать больше, если капиталисты не присваивали бы себе их деньги. Так, основываясь на данных 1939 г., советский литовский экономист К.Мешкаускас в своей книге «Tarybu Lietuvos industrializavimas» (Индустриализация Советской Литвы) подсчитал, что рабочий в буржуазной Литве, если брать 8 часов, для себя работал только 2 часа и 15 мин., а для капиталиста – 5 часов и 45 мин. Но это ещё не полная картина, так как эти подсчеты основываются на официальных данных, которые нередко не соответствовали действительности. Кандидат права З.Балевичус в своей работе «Darbininku padetis burzuazineje Lietuvoje» (Положение рабочих в буржуазной Литве) писал: «Прибыли акционерных обществ всячески скрывались. Крупнейшие акционеры создавали так называемое управление акционерного общества, которое ничего не делало, поскольку всеми делами занимался нанятый им директор, инженер и другие служащие. Но члены управления за эту «работу» назначали себе зарплаты в несколько тысяч литов в месяц. Эти «зарплаты» списывали на расходы, а не на доход». Как пример он предъявил известного деятеля Христианско-демократической партии, уже упомянутого капиталиста И.Вайлокайтиса, который весь период буржуазной Литвы имел крупную фабрику металла, кирпичную фабрику и другие предприятия, которые официально не только не приносили прибыли, но и были убыточными. Но Вайлокайтис все равно сумел построить себе модерную пятиэтажку и купить большое поместье.
Только с 1937 г. зарплата рабочих начала расти, но и это не улучшило их положения, так как цены росли ещё быстрее. В том году они были уже на 40 % больше по сравнению с 1935 г. Это длилось и в последующие годы. «Рабочим выдвигая требования поднять зарплату, фашистское правительство, испугавшись забастовок, подняло 5—15 %, лживо заявляя, что это соответствует подорожании жизни… Но подорожание составляет более 30–40 %», – писала 5 ноября 1939 г. «Тиеса».
Неудивительно, что в буржуазной Литве забастовки рабочих были постоянным явлением. Например, в 1933 г. из-за постоянного уменьшения зарплат забастовали каунасские строители (каменщики в 1931 г. получали 1,50 лита за час, а в 1932 г. – от 90 центов до 1,20 лита, штукатуры в 1932 г. получали 70–80 центов за час, в 1933 г. имели место попытки уменьшить зарплаты ещё, вследствие чего началась забастовка). С 1928 г. из-за постоянного уменьшения зарплаты ежегодно бастовали рабочие каунасской фабрики мебели «Универсал». Из-за нерегулярной выплаты жалованья летом 1931 г. забастовали ткачихи фабрики Янсона в Биржай. В январе 1932 г. по причине уменьшения зарплат, нерегулярной выплаты, плохих условий труда и невыносимого поведения в отношении работниц забастовали работницы фабрики прядения и ткачества акционерного общества «Кучинскис-Пабиединскай». Всего в период 1930–1940 гг. в Литве произошло 765 забастовок экономического характера, в которых участвовал 96 371 рабочий. В тот же период произошло 145 забастовок политического характера, в которых участвовали 48 152 рабочих. Особенно активный характер забастовочное движение имело в 1930 году и опять сильно активизировалось в 1933–1937 гг.
При всем этом, Литва была аграрным краем с неразвитой промышленностью, 76 % всех жителей жили в деревне. И здесь, в условиях избытка сельскохозяйственных рабочих, эксплуатация была просто дикой. В 1930–1931 гг. сельские рабочие получали 400–500 литов в год. Но вскоре кулаки и дворяне начали выть, что рабочие их «грабят», и уже в 1932 г. издаются «Нормативные условия найма», по которым зарплата батраков становится 350 литов в год, но можно было уменьшить до 245. Батрачкам и батракам-подросткам – 250 литов, которую можно было уменьшить до 175. Наивно было бы считать, что кулаки и дворяне этим не воспользовались.
В 1933 г. принимается новый «Закон о найме сельскохозяйственных рабочих», по которому трудовая зарплата уменьшается до: батраку – 200 литов в год, батрачке и батраку-подростку – 150. Рабочий день устанавливается от рассвета до заката. Разрешаются лишь 6 свободных дней в год и не больше, чем 2 в месяц. В мае, июне, июле и августе свободных дней нет.
Условия, в которых приходилось жить сельским рабочим, напоминали рабские. Даже и газета Союза литовских христианских рабочих «Дарбининкас» 6 марта 1934 г. писала: «По всей Литве жизнь дворянских батраков в большинстве как в пещерах. По-человечески ли это, если по гнилым подоконникам гуляет ветер, окна забиты тряпками, дым идет больше во внутрь, чем через камин, нет никакого пола, только ямы и грязь, в которой ползает грязный маленький дитя».
Анна Луиза Стронг
В 1931 г. «Балсас» № 12 писал: «Из всей Литвы приходят вести, что кулаки и дворяне все чаще и чаще отказываются платить своим рабочим оговоренные зарплаты. Рабочий должен ходить и сняв шапку просить, чтоб заработанные кровные центы кулак вернул. Одни кулаки день за день откладывают, говорит «приди завтра», ждут, пока надоест просить, другие дают несколько литов, а, если прийти просить больше, прогоняют и ещё натравливают собак. Ещё другие, с окончанием года, не желая платить зарплаты, начинают придираться за любой пустяк, например, за отказ работать после заката, увольняют и прогоняют, не заплатив при этом зарплаты. Часто бывает, что кулак пристанет из-за чего-то, изобьет своего рабочего и прогонит. А те, которые получают хоть и нищенскую зарплату, должны работать по 18 часов в день,
