Прошла еще одна рабочая неделя. В предвкушении хорошего субботнего ужина с бутылочкой вина я вышел из лифта, одной рукой держа пакет с продуктами, а второй нащупывая карточку-ключ, и тут мне навстречу метнулась тень. Отшатнувшись, я поспешил принять оборонительную стойку, но не преуспел в этом, получив сильный, рубящий удар сзади, по шее. Перед глазами поплыло. Открыл рот, чтобы позвать на помощь, – тут последовал новый удар, в солнечное сплетение. После чего меня, хватающего ртом воздух, затащили в мою же квартиру. Отставив в сторону стол, бандиты бросили меня на освободившееся место у стены, сами сели напротив. Некоторое время я приходил в себя и одновременно рассматривал своих похитителей. Грубые, жестокие лица. По широким, сильным запястьям, высовывающимся из рукавов курток, можно было судить об их мощной мускулатуре, которую скрывала бесформенная одежда. Своим внешним видом они старались походить на жителей трущоб, но их поведение не напоминало повадки местных хищников.
«Обычные грабители уже требовали бы у меня денег, а эти сидят и ждут. Чего ждут? Может, это люди нашего „крестного отца“ Папаши Дугласа? Но наши дорожки никогда не пересекались. Да они бы об этом сразу сказали. Им-то чего бояться? Скорее всего, это ошибка. Меня приняли за кого-то другого. Сейчас придет их босс, и все прояснится. Скорей бы, а то от этих морд…»
Мои мысли прервались, потому что открылась дверь, пропустив человека с чемоданчиком в руке. Вид вошедшего был необычен: длинный, почти до щиколоток плащ, низко надвинутая на глаза шляпа. На руках перчатки. И все – черного цвета. Не обращая ни на кого внимания, он подошел к столу и положил на него чемоданчик. После чего нажал что-то на его поверхности. С каким-то отстраненным любопытством я наблюдал за происходящим. Несколько секунд спустя началась трансформация того, что представлялось мне чемоданчиком, а еще через минуту я понял, что на столе разворачивается переносной медицинский диагностический аппарат. Нечто подобное я видел раньше, когда попал на медицинскую выставку, в той своей, прежней жизни.
«Какая-то совершенная модель, – возникла мысль, тем самым прервав хоровод вопросов в моей голове. – А это, очевидно, их главарь. Чего он молчит? Спрошу сам. Что я теряю?»
Только я собрался подать голос, как главарь наемников повернулся ко мне лицом. Глаза – зеркало души. Эту истину я сумел понять, только очутившись на «дне». Лицо человека может лгать, но не глаза. В них, при наличии определенных навыков, можно прочесть многое, чего индивид не желает говорить или показывать. Когда люди общаются и чего-то хотят друг от друга, глаза отражают массу эмоций, меняющихся в зависимости от результатов общения: удовольствие, презрение, гнев. А в этом замороженном взгляде ничего не менялось и не читалось. Холод и пустота. И еще… смерть. Мне хотелось закричать: «Пожалуйста, не убивайте меня!» – но взгляд живого мертвеца парализовал меня. Я даже не заметил, как встали со своих мест наемники, только почувствовал их руки, сдирающие с меня одежду. Исследования начались с подключения датчиков-присосок, после чего один из похитителей надел мне на голову повязку из металлизированной ткани. В последнюю очередь была взята проба крови и исследована структура волос и кожи. Эти процедуры потребовали непосредственного участия «черного человека» на диагносте, и я на время был избавлен от его гипнотического взгляда. Пока он изучал и анализировал данные, я пришел в себя настолько, что начал прикидывать, как мне лучше сбить с ног охранника, стоящего на пути к двери.
«Только бы добраться до коридора…»
Я понимал: минута-две – и этот страшный человек оторвет взгляд от монитора, а там… Я уже приготовился прыгнуть на бандита, но тут дверь снова открылась и в комнату вошел… сосед. Главарь никак не отреагировал на его появление, а наемники синхронно сунули руки под куртки. Я замер в ожидании развязки, но ничего не произошло. Не понимая, что происходит, я посмотрел на соседа. На его лице играла глумливая улыбка. Все сразу стало ясно.
«Он! Он их привел! Решил отомстить! Гад!!»
На миг я позабыл о себе, об опасности, о страшном мертвом взгляде. Мне хотелось только одного – сомкнуть пальцы на грязном тощем горле ублюдка.
«Убить!!!»
Сознание напрочь смела дикая и неистовая ярость. Захлебываясь в беззвучном вопле, я вскинул руки и в безумном порыве бросился с места… и оказался в полной темноте. Мрак отрезал меня не только от окружающего мира, но и от ощущений и чувств, словно мое сознание вырвали из телесной оболочки и поместили в черный непроницаемый ящик.
Глава 4
Не успел я что-либо понять, как меня снова выбросило в реальный мир. Но в каком состоянии! В ушах звенело. Тело сотрясала крупная дрожь. Мне пришлось ухватиться за край стола, чтобы не упасть. Простояв так пару минут, я наконец почувствовал, как меня начало отпускать. Взгляд, до этого бессмысленно шаривший по затянутому мутной пеленой пространству, в котором с трудом угадывались знакомые очертания обстановки, постепенно стал проясняться. Прошла секунда, а может, минута, и окружающий мир начал приобретать четкость и ясность. А вместе с тем пришло осознание, что я один нахожусь в квартире. Почему один и куда делись мои враги? Этот вопрос и воспоминания, предшествующие ему, меня почему-то совершенно не волновали. Нет, я все помнил, но мои чувства, ощущения, эмоции словно сгорели в неведомом огне. Сейчас я являл собой не человека, а его оболочку. Воспоминания, вялые и равнодушные, текли сквозь меня, совершенно не задевая моих чувств. Время исчезло. Вдруг в тишине раздался звук. Взгляд, до этого тупо упиравшийся в пространство, упал на его источник. Им оказался работающий диагност. На индикаторе, часть которого я мог видеть со своего места, в этот момент начала разворачиваться цветная диаграмма. Взгляд задержался на ней на секунду, затем скользнул дальше, пока не наткнулся… Меня не вырвало только потому, что я все еще находился в заторможенном состоянии, к тому же был буквально выпотрошен физически и морально «своим провалом памяти».
Рядом со мной на полу лежало нечто настолько омерзительное и противное, что я в первое мгновение даже не понял, что это, а когда осознал, у меня уже вовсю бежали мурашки по коже наперегонки со струйками холодного пота. Страх прополз по позвоночнику, добрался до желудка и превратил его в ледяной шар. Я видел и не верил. Наверно, сознание, подойдя к пределу восприятия, просто постаралось абстрагироваться от страшной картины, поставив ее за грань реальности. Скорее всего, так оно и было. На полу лежала серая, вся перекрученная фигура с оскаленными зубами, отдаленно напоминающая человеческое тело и одновременно мумию, старую, иссохшую, в полуистлевших бинтах. Взгляд, почти независимо от меня, зафиксировал вывернутые и застывшие в самых неестественных позах конечности. Но весь ужас в полном объеме дошел до меня лишь тогда, когда я рассмотрел во впавших глазницах черепа, обтянутого кожей, нечто похожее на сморщенные маленькие шарики неприятного белесого цвета. С трудом я оторвал взгляд от кошмарного зрелища и посмотрел вокруг. Лучше мне от этого не стало. Вокруг лежали такие же мумии жуткого серого цвета с оскаленными зубами. Не знаю, сколько времени я так простоял, если бы взгляд, бессмысленно шаривший по комнате, не остановился на черной широкополой шляпе, лежащей на полу. Мозг, до этого находившийся в замороженном состоянии, наконец начал работать, после чего сразу связал два понятия: тип с глазами мертвеца и широкополая шляпа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
