Ее глаза скользнули по лицу Кемпбелла. Он в это время сосредоточенно обрабатывал ссадину, губы плотно сжаты. Можно ли назвать его солидным и хорошим? Нет, пожалуй. Нужны были другие слова, чтобы описать это грубоватое лицо с квадратной челюстью и пронзительными глазами, которые едва ли свидетельствовали о доброте.
– …выглядит. Все в порядке?
Виктория вздрогнула. Она взглянула вверх, и их глаза встретились.
– Извините, - быстро сказала она. - Но вы… вы что-то сказали?
– Я сказал, что у вас на виске опухоль. Вам больно, когда я трогаю?
Его пальцы слегка прошлись по коже. Прикосновение их было холодным, но успокаивающим боль. Она кивнула и отдернулась.
– Больно… Немного.
Он нахмурился.
– Вы должны показаться врачу, когда вернетесь в Сан-Хуан.
– Я… я не думаю, что останется шрам.
– Я тоже не думаю. - Его взгляд скользнул по ее лицу, задержавшись на дрожащих полураскрытых губах. - Будет жаль, если что-то хоть немного испортит такое… - Он не договорил и, нахмурившись, отступил на шаг назад. - Ну вот, - сказал он, - с этим мы управились. Теперь займемся телефоном. Скажите мне, где вы брали напрокат машину, и я сообщу им о вас.
Виктория кивнула. Он так легко все решал и брался за ответственные дела, словно занимался этим всю свою жизнь. Ну а как же иначе? Разумеется, он занимался этим всю свою жизнь. Ведь он был главой компании, которая носила его имя. Он был Л. Р. Кемпбелл.
Ей казалось, что здесь, в каюте, не хватает воздуха, никак не удавалось вздохнуть полной грудью. Виктория повернулась и осторожно поднялась по ступенькам, ведущим на кокпит. Воздух стал чуть прохладнее, и ветерок, дующий с моря, приятно освежал. Она откинула назад волосы, оперлась на поручень и принялась смотреть на воду.
Здесь было так умиротворяюще тихо, ни одного звука, кроме плеска волн о борта и скрипа снастей, но Виктория предпочла бы сейчас тесноту своего дешевого гостиничного номера в Сан-Хуане. Ей нужно было многое обдумать, проанализировать, но она не могла сделать это здесь, в каюте рядом с Рорком. Даже просто смотреть на него ей было нелегко, а представить в роли приемного отца своего ребенка - совершенно невозможно.
Тем более… Тем более что он им не был. Виктория немного успокоилась. Кемпбелл - довольно распространенная фамилия. Возможно, детектив нашел ей совсем не того человека. Да, так оно и есть. Разве может быть иначе? Доктор Рональд не стал бы обманывать ее. Он был с ней рядом в те, самые мрачные дни ее жизни, и он бы не предал ее. Она помнила свой разговор с ним в то страшное последнее утро, когда решимость почти покинула ее. Она лежала на кровати и безутешно рыдала в подушку, когда он вошел в палату.
– Виктория, - сказал он, голос его подействовал успокаивающе. - Что с тобой, дорогая? Ну же, скажи мне.
Виктория замотала головой.
– Я не могу… я не… я не отдам своего ребенка, - всхлипывая, шептала она. - Я этого не переживу.
– Посмотри на меня, дорогая.
Она медленно подняла залитые слезами глаза на доктора.
– Ты не можешь оставить себе этого ребенка. Ты же знаешь, как больна твоя мать. Известие, что ты родила внебрачного ребенка, просто убьет ее.
Слова жестокие, но возразить было нечего. Бесс Винтерс, ее мать, перенесла три инфаркта за два года, и последний случился всего пять месяцев назад. Это-то и заставило Викторию принять то ужасное решение, хотя, конечно, существовала и масса других причин. Даже если бы мать была здорова, что Виктория могла предложить своему ребенку? Ту же судьбу, что у нее самой? Чтобы девочка росла без отца?
– Я знаю, - сказала она наконец сквозь слезы. - Но отдать так, даже не посмотрев на нее, не приласкав, не поцеловав ее пальчики…
Доктор взял ее руки в свои.
– Поверь мне, Виктория. Твоя девочка здорова и очень красива.
Молодая женщина умоляюще посмотрела на него.
– А она… она похожа на меня?
Его лицо немного смягчилось.
– Полагаю, что да. - Глаза Виктории снова наполнились слезами, и доктор смущенно прокашлялся. - Если увидишь ребенка, тебе будет еще тяжелее его отдать. Поверь мне, дорогая. Люди, которые собираются удочерить девочку, будут очень любить ее.
– Вы встречались с ними?
Доктор отвел глаза в сторону.
– Конечно. Это ведь очень важно, Виктория. Нужно сделать выбор, лучший из всех возможных…
Виктория судорожно вздохнула, глядя, как ночной ветер рябит воду Карибского моря. Да. Так доктор и сказал. Конечно же, он был прав. Он знал ее с самого детства и представлял, каких родителей она хотела бы для своей девочки: мать и отца, которые будут любить ребенка так же сильно, как любят друг друга. Она даже нарисовала мысленно их образы - вот почему ей показалось почти знакомым лицо человека на фото, которое частный сыщик ошибочно представил ей как Кемпбелла.
И видеть, как все это рассыпается в один миг, было невыносимо. Это было…
– Плохие новости.
Она повернулась к каюте. От неожиданного движения резкая боль пронзила висок.
– В чем дело? - спросила она, слегка касаясь рукой головы.
Лицо Рорка было мрачнее тучи. Он поднялся к Виктории и прислонился к поручням.
– Нет такси.
Она удивленно вскинула брови.
– Как это нет такси?
– Разве я неясно выразился? - Голос его был холоден. - Я звонил в три компании, но ответ был один: свободных машин нет. Только в последней сказали, что пришлют машину через пару часов.
– Но уже больше восьми.
– Совершенно верно.
Виктория помолчала. Его поведение снова изменилось. Рорк был настроен враждебно и неприязненно, как в тот момент, когда произошла авария, вот только непонятно, почему.
– Я не знаю, отчего вы говорите так раздраженно, - резко сказала она. - Ведь это мне, а не вам придется торчать тут целых два часа.
– Но если бы вы с самого начала не оставили машину посреди дороги…
– О, пожалуйста. Не будем снова начинать этот спор.
Он взглянул на нее и шумно вздохнул.
– Вы правы, - пробормотал он, хотя выражение его лица ясно говорило, что он совсем так не думает. - Что сделано, то сделано. Придется мириться с тем, что есть.
Морской бриз подхватил волосы Виктории и бросил локоны ей на лицо. Она подняла руку и убрала их за ухо.
– А как насчет машины из проката? Возможно, они согласятся доставить ее сюда?
Рорк резко засмеялся, и она обиженно вздернула подбородок.
– Я сказала что-то смешное?
– Это Пуэрто-Рико, мисс Гамильтон, а не Чикаго. Здесь прокат не работает в такой час.
– Вы могли бы попробовать.
– Я уже попробовал.
Оба замолчали. Виктория порывисто вздохнула.
– Ну, тогда, полагаю, мне придется сесть в свою машину и ждать, пока…
– Не "пока", а "если". Они, конечно, пообещали, что пришлют машину, но я бы не поручился за это.
