Конец. Конец всему этому. Никогда этого не будет!..
Он быстро зашагал на запад, не зная, что это только начало.
2
Полковник Семвол обосновался в старинном замке. Здесь все дышало средневековьем: остроконечные купола башен, серые, поросшие мхом и изъеденные дождями и ветрами каменные стены с едва заметными барельефами геральдических гербов, засыпанный мусором ров, причудливые арочные мосты, которые давным–давно не разводились.
В замке было грязно, пусто и гулко. Но кабинет полковника, расположенный в одной из опочивален бывшего владельца, представлял собой контраст всему, что было вокруг.
На необъятном письменном столе выстроилось несколько телефонов. Они связывали полковника практически с любым значительным местом на земном шаре. Два вентилятора медленно качали прозрачными мордами, направляя шуршащие потоки прохладного воздуха к креслу. Слева от кресла, в футляре из пластической массы, стоял аппарат, при помощи которого полковник мог разговаривать с любым военным — штабом. Здесь же, на стойке, непрерывно щелкал телетайп. Из узкой щели торопливо выползала бесконечная бумажная лента с буквами и цифрами. Буквы и цифры сообщали, что происходит в мире.
Полковник Семвол, высокий худощавый мужчина, с желтоватым, гладко выбритым лицом был одет в светло–серый гражданский костюм. В течение получаса он внимательно читал ленту телетайпа, а затем, перекинув ее на приемный барабан, откинулся в кресле и задумался.
Да, все идет так, как и следовало ожидать. В мире ликуют толпы радостных людей, позавчера был подписан документ об окончании войны, на банкетах все произносили тосты за вечный мир, клялись в вечной дружбе и любви, а сегодня… А сегодня уже началась возня вокруг трофейного оружия, начали поступать приказы и указания о консервации танков, самолетов, артиллерии, о сохранении их в полной боевой готовности. Кто‑то настойчиво требовал технические данные о трофейных самолетах–снарядах, об исследованиях какой‑то тяжелой воды, о научно–исследовательских институтах и лабораториях, где изучают атомы…
Инструкции предписывали собирать и хранить как величайшую ценность книги, рукописи, чертежи, тетради, записные книжки и даже просто бумажки с записями и формулами, найденными в лабораториях.
Но существенно было другое.
“Ученые, — говорилось в одном секретном письме, — являются для нас важным трофеем войны. Этот трофей имеет большее значение для нашего будущего процветания, чем все материальные ценности, на которые мы имеем право”.
Далее в письме подчеркивалось:
“Из ученых нам необходимы прежде всего те, которые работали над исследованием атомного ядра. По имеющимся у нас данным, наиболее далеко идущие результаты в этой области были получены доктором Роберто и его сотрудниками Хейнсом, Мюллером и Родштейном. Все они работали в Отдельной лаборатории в районе Зондерштадта. Эти ученые должны быть интернированы вместе со всеми документами, оборудованием и аппаратурой”.
Вспомнив это предписание, полковник Семвол глубоко вздохнул. Этого‑то как раз и не удалось выполнить… Что он мог сделать?
После консультации с командованием он получил приказ: “Отдельную лабораторию стереть с лица земли… Поиски названных ученых продолжать”.
Полковник открыл ящик стола и извлек несколько аэрофотоснимков с лакированной поверхностью. Он еще раз просмотрел их: вверх, прямо на него, вздымались клубы дыма и языки пламени. Горел лес и упрятанные в нем здания и постройки. Вторая фотография. Пожар утих. Там, где была лаборатория, — рыхлое серое пятно. Вот еще одна. На месте серого пятна — огромные, как кратеры потухших вулканов, воронки.
Нужно разыскивать людей. Конечно, они бежали. Но куда?
Полковник поднялся с кресла и щелкнул кнопкой микрофона.
— Комендатуру в Зондерштадте, — сказал он, и тотчас послышался громкий ответ:
— Комендант Зондерштадта майор Инзер слушает.
— Кто у вас там занимается беженцами? Мне нужны данные о лицах, прибывающих в ваш район…
— Кто конкретно интересует вас, сэр?
— Запишите. Доктор Роберто, доктора Мюллер, Хейнс, Родштейн, вообще все люди, которые работали в Отдельной лаборатории.
— Я наведу справки и сообщу вам.
Семвол переключил аппарат.
— Начальника управления по перемещенным лицам.
— Слушаю вас, — раздался голос.
— Как у тебя обстоит дело по сбору длинноволосых, Сенди?
— Штук семьдесят уже набрал. Большинство из них изучают историю, литературу, искусство, музыку, философию.
— Ну, это не то, Сенди, это нам не годится. Пусть остаются философствовать здесь. Нам нужны физики, математики, химики, инженеры. Собирай этот товар. Запиши такие фамилии: доктор Роберто, доктор Хейнс, доктор Родштейн и доктор Мюллер. Если попадутся, немедленно отправляй ко мне. Не забывай самого главного: нам нужны специалисты по ядерной физике.
— Слушаюсь.
Полковник Семвол вышел из‑за стола и несколько раз прошелся по кабинету. Подойдя к двери, он нажал едва заметную кнопку, и в комнату вошла миловидная девушка. В ней не чувствовалось ничего военного. Слегка накрашенные губы делали ее более взрослой, чем она в действительности была. Ее большие зеленые глаза выражали вопрос.
— Лиз, вам придется переодеться, — сказал полковник, окинув ее добродушно–насмешливым взглядом.
— Как, господин полковник? — удивленно спросила девушка.
— Я надеюсь, вы не забыли захватить с собой гражданское платье? С сегодняшнего дня вам придется с военной формой расстаться. К нам скоро начнут прибывать почтенные ученые мужи, и мы не должны пугать их своим воинским видом. Особенно вы, — добавил он весело.
— Что вы, полковник, какой у меня воинский вид! — воскликнула Лиз. — Но если так нужно, я немедленно переоденусь.
Лиз повернулась и хотела выйти.
— Кстати, вы получаете письма от отца?
— Да, только вчера.
— И что он пишет?
— Он заранее вас и меня поздравляет с окончанием войны. Заранее потому, что когда он писал это письмо, война еще продолжалась. И еще он сообщил интересную новость. Его приглашают куда‑то на работу… Куда — он еще сам не знает. Но приглашение он получил лично от президента фирмы “Сиенция”, от самого господина Саккоро.
— Ого! — воскликнул Семвол, которому давным–давно было известно все, что говорила Лиз. — Саккоро кое‑что да значит.
“Саккоро кое‑что да значит”, — повторил он мысленно. Недаром он, полковник Семвол, и майор Сулло и многие другие офицеры, которых после войны ожидала отставка, позаботились заранее связать свою судьбу с этим могущественным человеком. Саккоро — это куда надежнее, чем официальная военная служба, да еще когда война кончается…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
