Может быть, ему следовало послушаться Рафа и держаться подальше от Брин Джонс.
– Просто договоритесь о встрече, – кратко отчеканил он. – Я скажу Эрику, чтобы он снова проинструктировал вас в понедельник.
Брин повернулась, чтобы одарить пожилого мужчину улыбкой.
– Было приятно познакомиться, лорд Симмонс. Мистер Д’Анжело. – К нему она обратилась заметно холоднее и без улыбки или какого-либо замечания.
– Хорошенькая девушка, – заметил Дэвид Симмонс, пока они оба наблюдали, как Брин выходила в коридор вслед за Линдой.
– Линда? – Габриэль сделал вид, что не понял.
Дэвид понимающе посмотрел на него.
– Мисс Джонс так же хорошо рисует, как выглядит?
– Верно, – честно ответил Габриэль. Работы Брин действительно были изумительны, и он не сомневался, что Дэвид Симмонс так же безошибочно, как и он, разглядит ее талант и с удовольствием купит одну из ее картин на выставке.
– Интересно… – Старик кивнул, проходя за Габриэлем к креслам у окна.
Уже гораздо позже, после завершения встречи с Дэвидом, Габриэль смог задуматься и мысленно еще раз вернуться к встрече с Брин.
Она не могла скрыть свою колкость и язвительность. Это значит, она совсем не простила его. Настороженная манера общения также указывала на нежелание чувствовать себя хоть немногим обязанной семейству Д’Анжело – было очевидно, что только отчаянные обстоятельства заставили ее принять участие в конкурсе молодых талантов галереи «Архангел». Это было…
Его взгляд привлек какой-то блестящий предмет под одним из кресел. При более подробном осмотре он понял, что эта вещица выпала из сумки Брин.
– Что будете пить сегодня, Габриэль? – Последнее слово было произнесено гораздо громче, чем того хотелось бы Брин. Она увидела, что ее следующим клиентом оказался не кто иной, как Габриэль Д’Анжело. Он оделся гораздо менее официально, чем сегодня утром в офисе: на нем был тонкий кашемировый свитер черного цвета, рукава которого были закатаны по локоть. Свитер подчеркивал красоту его загорелых накачанных рук, широких плеч, могучего торса и пресса. Линялые джинсы облегали упругие бедра. Его длинные темные волосы слегка взъерошивал теплый вечерний ветерок, заставляя их ниспадать на лоб.
Габриэль утверждал, что никогда не посещал придорожные кафе, тогда что же он делает здесь сейчас? Он пришел не в какое-нибудь другое заведение, а именно в то, где работает Брин!
Она нахмурилась, потому что люди в очереди позади Габриэля стали проявлять нетерпение. В шесть часов вечера всегда много посетителей: люди выходят с работы и заходят купить кофе и что-то перекусить по дороге домой или расслабиться в кафе на часок-другой с друзьями. Сегодня пятница, и народу было больше, чем обычно.
– Что желаете сегодня, мистер Д’Анжело? – четко повторила Брин.
Габриэль посмотрел на висевшее за ее спиной меню.
– Просто кофе.
– Просто кофе, – медленно повторила она. В меню был кофе от шести различных производителей. Также имелись ароматизированные чаи, в которые обычно добавляли молоко, взбитые сливки или несколько видов фруктовых специй. Но Габриэль просил просто черный кофе!
Он кивнул.
– Если нетрудно, – насмешливо протянул он.
– Без проблем. – Брин чувствовала внимательный взгляд менеджера, когда открывала кассу и брала у Габриэля деньги. Возможно, Сэлли просто глазела на роскошного высокого мужчину, стоявшего с другой стороны прилавка. Казалось, все женщины в кафе откровенно пожирали Габриэля глазами!
– Можно вас на минуточку? – резко сказала Брин, перемещаясь за прилавком, чтобы выполнить его заказ и одновременно позволяя одной из своих помощниц занять ее место и обслужить следующего посетителя.
– Что вы здесь делаете, мистер Д’Анжело? – тихо пробормотала она, готовя для него поднос.
– Не понял?
– Я…
– Говорите чуть погромче, Брин, – сказал он. – За всем этим шумом я вас не слышу.
Она недовольно взглянула на него и сказала чуть громче:
– Я спросила, что вы здесь делаете?
– А. – Он кивнул. – Вы забыли у меня на полу одну вещицу, и я решил отдать ее вам.
Брин замерла; у нее перехватило дыхание, когда она поняла, что люди в очереди замолкли, услышав эти слова. Они явно терялись в догадках, что же она могла забыть на полу офиса Габриэля Д’Анжело.
– Вы это специально?
Чуть позже Брин подошла, чтобы вытереть стол, за которым Габриэль удобно устроился в кресле, наслаждаясь хорошим колумбийским кофе. Он взглянул на нее:
– Специально что?
Она нахмурилась. Ее кожа казалась еще более бледной на фоне черной майки.
– Вы намеренно несколько минут назад дали понять, что я забыла у вас на полу в офисе что-то из моей одежды.
Он удивленно поднял темные брови:
– Я так сделал?
Брин поджала губы, продолжая делать вид, что вытирает стол.
– Да, вы так сделали.
Да, она говорила правду. Просто Габриэль увидел, как вежливая улыбка Брин, обращенная к посетителям, сменилась недовольной ухмылкой, стоило только ей заметить его в толпе. Это было неприятно, он отомстил своей колкостью. Он зря пришел сюда. Надо было просто передать эту вещь Эрику Сандерсу, чтобы тот отдал ее в понедельник, или упаковать и отправить с курьером.
Габриэль знал, что ему следует держаться подальше от Брин – так будет лучше для них обоих. Было ясно, что она не хочет иметь с ним никаких дел за пределами «Архангела». Просто оказалось, что он не в состоянии отказаться от подвернувшегося повода прийти к ней.
Габриэль напрягся.
– У меня ваша вещь, которая, как я полагаю, может вам понадобиться.
– Неужели? – Брин скептически взглянула на него.
Габриэль откинулся в кресле и посмотрел на нее из-под полуопущенных век.
– Вы знаете, Брин, мне кажется, что вы держитесь со мной… не очень-то вежливо. И это удивительно, учитывая тот факт, что я один из владельцев галереи, где будут выставлены ваши картины. Если проблема во мне или в моей галерее, то, может быть, сейчас самое время, чтобы вы назвали причину.
Она слегка зарделась, покусывая нижнюю губу. Ее амбиции вновь вступили в сражение с неприязнью к семье Д’Анжело. Габриэль понимал эту ненависть и даже сопереживал Брин, но ему было неприятно, что она так откровенно винит его во всем; Габриэль не был виноват в том, что Вильям Харпер пытался сбыть поддельного Тернера через галерею братьев Д’Анжело.
Изначально Брин отдавала свои работы на конкурс молодых дарований в надежде, что ей не придется лично иметь дело с кем-либо из братьев Д’Анжело. И ей очень не нравилось, что уже второй раз за день приходится тратить время на разговоры с Габриэлем!
При этом она понимала, что заслужила критику с его стороны. Он вела себя очевидно неуважительно, руководствуясь давней неприязнью. Казалось, Габриэль видел перед собой только Брин Джонс, начинающего художника, а вовсе не Сабрину Харпер. Если бы Габриэль знал правду, то тогда бы седьмой, запасной художник занял ее место на выставке!
