добычи мне понадобятся.
Взрослых мужчин я отпустил, а вот в угол загнал молодого паренька, совсем юнца. Молодость отважна, но в то же время достаточно податлива, чтобы дрогнуть от настоящего давления.
Давить на людей я умел. Чем больше времени я проводил за пределами своей спокойной долины, тем сильнее на свет выходил старый «Я», Владыка Демонов, от имени которого начинал содрогаться мир.
Допрос малолетнего бандита прошел быстро и без особых проблем. Парнишка указал мне на несколько заведений, где появляются высокопоставленные воры, и где я могу разместить алтари. Выведав все, что меня интересовало, я дал парню оплеуху и пинком отправил прочь. Сам же развернулся и зашагал дальше по переулку, к бойцовской яме Юсуфа.
Южанин, который не пойми зачем перебрался в Западные земли. Выходцы из Даркана редко покидают родные края, они имеют крепкую связь со своей землей и единственное, что может заставить дарканца покинуть родные края — тяжкое преступление. Юсуф же, по словам мальчишки, душегубом не был. Наоборот, в Черной Кости его знали как опытного кулачного бойца, который, по слухам, выступал на арене дарканского царя и даже был чемпионом. Почему же такой успешный на родине человек решил пуститься в бега и перебрался в край, где вовсе нет никакой власти, остается только догадываться. Я, пока шел к бойцовской яме, сам для себя поставил на то, что Юсуф все же кого-то убил. Не с целью ограбить или отнять жизнь по заказу, а по случайности, как часто случается с теми, кто обладает чрезмерной силой и мастерством. Пьяная драка, просто потасовка или трагическое стечение обстоятельств — не суть важно, ведь он все равно оказался в Мибензите.
Бойцовская яма скрывалась во внутреннем дворе нескольких косых домов и была на самом деле банальной тесной ямой двенадцать на двенадцать футов. Совершенно недостаточно для использования оружия, но в самый раз для того, чтобы пара человек сцепилась в кулачном бою. Сегодня тут было довольно тихо. Погода не располагала к проведению боев, так что я просто прошелся по краю пустой ямы, рассматривая гнилые бревна, вбитые вдоль стен, чтобы не допустить обвала грунта.
— Господин бургомистр, — говоривший скрывался в тени одного из домов, но я сразу понял, что это Юсуф. Годы в Мибензите не могли скрыть характерный южный говор.
— Я надеялся увидеть бой, — сказал я, продолжая прохаживаться перед хлипкой оградкой из старых веревок, которая отделяла зрителей от края ямы.
— Вы и сами понимаете, что погода не лучшая, — ответил южанин, выходя с другой стороны ямы. — Зачем вы пришли сюда?
Рослый, крепкий мужчина лет пятидесяти. Годы пытались согнуть Юсуфа, но южанин еще держался. Брови Юсуфа были столь велики, что, казалось, нависали над глазами, словно полы шляпы, за густой бородой скрывалась короткая мощная шея. У него были длинные руки с мощными тяжелыми ладонями и при этом характерные для южан, короткие относительно длины туловища ноги. Ростом он был даже немного выше меня, всего на пару дюймов, но это делало Юсуфа среди прочих южан настоящим гигантом.
— Мне нужно надежное место, — ответил я. — Такое, где я смогу поставить алтарь Нильф и при этом никто из местных не посмеет его тронуть. Паренек, который направил меня сюда, отзывался о вас, как об уважаемом в Кости человеке.
Юсуф на мгновение нахмурился, а после усмехнулся и покачал косматой головой.
— Я не молюсь темным богам, господин бургомистр, и не стану защищать алтарь колдуна. В вашем ремесле нет чести и правды, любая магия, будь она от Тройки или бога Света мне глубоко противна. Вы зря сюда пришли.
Я еще раз посмотрел на огромного южанина. Уверенный взгляд, такая же уверенная поза. Этот человек был глубоко убежден в том, что говорил, и не чувствовал для себя никакой угрозы. Ведь и мои сторонники, и мои противники в городе сходились к тому, что Владыка отличается здравомыслием. А значит, расправа за дерзкие речи Юсуфу не грозила.
Конечно, будь я глупцом, я бы предложил Юсуфу проверить мои навыки прямо в яме. Доказать, что он ошибается, унизить и подчинить себе — так бы на моем месте поступили, наверное, многие. Южанин был одарен физически и имел талант к кулачному бою, но на моей стороне были сотни лет опыта и ежедневные тренировки с мечом. Но избиением я ничего не добьюсь, только идиот может считать, что поверженный и униженный противник внезапно воспылает к тебе любовью и станет твоим соратником. Мой опыт говорил об обратном.
Как и в случае с Трондом, я не собирался заводить союзников силой, а алтарю Нильф нужен был надежный присмотр. Так что я просто кивнул Юсуфу и сказал:
— Я уважаю ваши взгляды, но дам вам время. Пара дней, обдумайте мое предложение, потому что установка алтаря Нильф не моя прихоть, а необходимость. Это будет ваш вклад в защиту города, который столь любезно дал вам приют. Может быть, после вам не придется более жить в трущобах, и вы сможете перебраться в более благополучный район или заниматься более уважаемым делом, чем содержание ямы, в которой пьяницы колотят друг друга за горсть меди. Думайте, Юсуф. Нильф мудра, и всегда одаряет соизмеримо тех, кто этого достоин.
Южанин ничего не ответил, только вздернул подбородок и замер на месте, провожая меня взглядом. Я обошел еще несколько мест, на которые указал мне малец, но так ничего путного и не нашел. Все же, придется опять наведаться в бордель госпожи Циркон и решать этот вопрос не «снизу вверх», как я планировал это сделать, а «сверху вниз», через гильдию Теней.
Это решение мне не нравилось, просто потому что я не доверял тем, кто сделал своим ремеслом слежку, воровство, убийства и вообще все то, за что отправляют в камеру или на плаху. Я не мог быть уверен в том, что Владыка Фангороса уже не подкупил высокопоставленных воров. Конечно же, они согласятся установить алтари, но вот не ударят ли эти люди мне в спину в самый ответственный момент? Три первых алтаря я полностью контролировал, защиту оставшихся двух мог бы организовать, если бы сам выбирал место. Но можно ли довериться Гильдии Теней?
Через два дня в Мибензит прибыл Эрегор
