бы проще вообще перекусить и отдохнуть здесь в клубе, а потом сразу же идти в магазин. Так она не тратила бы силы и энергию на поездки по городу. Только вот кто утром проконтролирует и разбудит брата? Придётся попросить сиделку мамы, чтобы приходила к ним часам к семи и контролировала Рому. Правда, за это ей придётся доплачивать.
Обслужив столик, вокруг которого столпилось шесть девушек, Надя отошла и только сейчас увидела мужчину, который решительно направился в её сторону.
Быть того не может! У неё, видимо, галлюцинации. Но нет!
В этом мужчине она узнала Дамира Рашидова, своего начальника и хозяина ювелирного магазина в котором лишь недавно стала работать. Судя по небрежно застёгнутой рубашке и осоловелому взгляду, мужчина далеко не трезв, явно выпил лишнего.
Надя повернулась спиной надеясь, что он пройдёт мимо и не обратит на неё внимания. Но молитвы её услышаны не были. Сзади к её спине прижалась горячая мужская грудь, в нос ударил особый мужской запах, с примесью спиртного и сигарет.
Мужчина бесцеремонно прижал её к себе, а потом его руки дерзко опустились вниз, погладили её бёдра и нырнули под юбку. Надя вскрикнула, задёргалась, вырвалась и поражённо уставилась прямо в удивленные глаза Дамира, который с не меньшим изумлением смотрел на девушку, словно глазам своим не верил.
Какого чёрта ему мерещится лицо его уборщицы? Черт знает, что такое! Он же не до такой степени пьян, чтобы ему всякая дичь мерещилась. Да между его уборщицей и этой шикарной девушкой целая пропасть. Дамир пару раз моргнул, не отрывая взгляда от серых глаз Нади. Кажется, что мужчина даже протрезвел.
Дамир вперился изумлённым взглядом в девушку, а она в него. Так и стояли прижатые грудью друг к другу и одновременно хлопали ресницами. Надя просто растворилась в этом тёмном и бездонном омуте его широко распахнутых чёрных глаз, словно к полу приросла, сердце стучало, как сумасшедшее. Меньше всего она хотела встретить здесь Рашидова.
Его рука снова оказалась на её бедре, что сподвигло девушку к решительным действиям.
Пока мужчина, пребывая в полном недоумении, пялился на неё, тараща глаза, словно привидение перед собой увидел, Надя сорвалась с места и поспешно побежала прочь.
Мужчина не стал её преследовать, просто застыл на месте, словно к полу прирос, был в шоке от того, что увидел. Он тупо качал головой, пытаясь начать трезво мыслить.
Нет же, это не могла быть Надежда… Дамир, кажется, даже слегка побледнел, такого помутнения он в жизни никогда не испытывал. Вроде бы не напился до такой степени, чтобы его аж так глючило… Ну просто не может одна и та же женщина так резко меняться.
Эта официантка такая красивая, на ней весьма откровенная соблазнительная одежда, великолепные распущенные волосы, волнами прикрывающие спину, а её фигура… с ума сойти, до чего эта чертовка запала Дамиру в душу.
А что Надя? Одевается как то пугало, вечно зализанные волосы в хвост. Нет, между этими двумя женщинами определённо не может быть ничего общего. Эта — шикарная женщина, а Надя просто банальная серая мышь.
Хотя, нет… всё же есть кое что общее между этими двумя женщинами: эта шикарная девушка сбежала от него, пренебрегла им точно так же, как делала и Надя. Вот на этом сходство между ними, пожалуй, и заканчивается.
Только вот, если на Надю Рашидову глубоко наплевать, как женщина она его не привлекает. Красивая мордашка и только, во всём остальном — словно монашка. Всё, что ему надо от Нади, так это то, чтобы она качественно делала свою работу, да подколоть девчонку иногда, забавляясь, как она сторонится и заливается румянцем.
Но вот эту красивую официанточку он в покое уже не оставит. Она очень приглянулась ему. Красивая малышка. И она будет принадлежать только ему.
Дамир непременно решил переговорить с Горяевым, которому принадлежал этот клуб. Всё подробно выяснит у него про эту официантку. Так что — держись, девочка, но у тебя теперь появился хозяин, ты больше не свободна, хоть и считаешь себя таковой. То, что Дамир считал своим, он уже никому не отдаст.
Дамир глупо улыбнулся, махнув рукой. Нет, сейчас надо протрезветь, а с утра попросить Игната сгонять к Эрасту Горяеву. Об этой официантке Дамир был намерен выяснить всё, узнать даже то, чего она сама о себе не знает.
Определившись с объектом своего вожделения, Дамир вернулся за столик к Камилю, который вопросительно смотрел на него с лёгкой улыбкой на губах. Дамир отправлялся к девушке в весьма игривом настроении, а вернулся каким-то мрачноватым.
— Ну что? Убежала от тебя твоя добыча? Чего не догнал? Или хищник в тебе уснул под действием спиртного, м?
— Ты был прав, Камиль. Мне не стоило столько пить. А то померещится же такое! Жуть! — Дамир аж головой мотнул, словно пытался избавиться от тумана, который стоял перед глазами, да и в самой его голове. — Таких глюков я ещё, кажется, никогда не ловил. Пить больше не буду.
— Хорошо, что хоть одна нормальная мысль голову твою посетила. Так что? Ты с бабой определился? А то я что-то совсем не пойму твоих этих метаний.
— Определился.
— Тогда забирай и валим.
— Она убежала, ты же видел.
Камиль хрипло засмеялся.
— От тебя разве можно убежать, Дамир? Уверен, что ты в состоянии договориться с Горяевым, чтобы свою официантку он отпустил сегодня пораньше.
— Нет, с этой газелью надо быть трезвым. Пусть ещё побегает по лугам. Завтра я её сцапаю.
— Надеюсь, ты хоть до смерти не запугаешь свою дичь, — хмыкнул Камиль.
— А я не ты Булатов.
— Чего?
— А ты уже забыл, что со своей бабой сотворил в первые дни, как в лапы к тебе она попала? Я даже переживал, что девчонка от страха того…
— Заткнись! — Камиль сразу же помрачнел, даже думать не хотел о том, как погорячился с любомой женщиной.
— Вот сам и заткнись.
— Значит так, Дамир, идём, я отвезу тебя домой. Мне всё это надоело.
— Я сам.
— Нет, в таком вот состоянии за руль ты не сядешь. И, Дамир, я не понимаю, какого чёрта ты так набрался?
— Да не пьян я, Булатов. Пошли. Что, и расслабиться уже никогда нельзя?
— При таком образе жизни нельзя, Рашидов, на чеку на до быть всегда.
— Поучи меня ещё, — прокряхтел Дамир, вставая.
— Жизнь научит.
Глава 4
Надя закончила рабочую смену в клубе в четыре утра, впрочем, как и всегда. Ей пришлось прийти домой рано утром, она
