- Она всегда такая милая по телевизору, - растерянно добавила Келса, пытаясь отойти от того, что только что произошло.
- Послушайте, - сказала я, - одной из нас предстоит узнать, что значит быть королевой. Ей придется столкнуться с давлением не только здесь, во дворце, но и снаружи, а оно и совершенно неуправляемое, - я перестала тереть щеку, хотя она все еще горела. - Сейчас мы все должны избегать королеву как можно дольше. И давайте не упоминать об этом при Кларксоне. Я не думаю, что если мы будем говорить плохо о его матери, что бы она ни делала, это чем-то поможет хоть кому-то из нас.
- Мы должны игнорировать это? - возмущенно спросила Нима.
- Я не могу заставлять вас, - пожала я плечами, - я лишь говорю, что собираюсь это делать, - я вновь прижала Пайпер к себе, и мы все стояли молча.
Я все время надеялась, что мы подружимся с этими девушками, слушая музыку, которую нам предлагают во дворце, или это будут уроки нанесения макияжа, но я никогда даже и представить не могла, что всех нас воедино, как сестер, свяжет страх.
Глава 6
Я решила, что никогда не спрошу его. Даже если у принца Кларксона что-то и было с Тиа, я не хочу знать это. И даже если бы я спросила его, то это был бы полный крах того взаимного доверия, которое только-только начало зарождаться между нами. Тем более, что я уверена, что это не более чем слух, выдуманной самой же Тиа для того, чтобы как-то утвердить свое превосходство в наших глазах.
Такие вещи лучше просто игнорировать.
Чего я не могла игнорировать, так это пульсирующую боль на моем лице. Даже спустя несколько часов после того, как королева меня ударила, след удара все еще оставался красным, а болевые ощущения лишь усиливались.
- Пора менять лед, - сказала Эмон, потягивая мне другой компресс.
- Спасибо, - поблагодарила я, отдавая ей старый сверток.
Когда я вернулась в свою комнату и попросила у моих служанок помощи, они пришли в ужас от увиденного и тут же попытались узнать у меня, которая из девушек сделала это со мной. Служанки поклялись, что тут же пойдут и пожалуются на нее принцу. Мне пришлось несколько раз повторить им, что ни одна из Отобранных не била меня.
Никто из слуг не посмел бы сделать этого. Тем более, им было известно, что я провела все утро в Женском зале, так что они остались при своем мнении.
Они не спрашивали. Они знали.
- Я слышала, когда забирала лед, что королева на следующей недели отправиться в небольшое путешествие, одна, - сказала Марта, сидя на полу у моей кровати. Я же сидела лицом к окну, и мой взгляд метался между дворцовыми стенами и открытым небом.
- Ты уверена?
- Кажется, количество посетителей негативно сказалось на ее нервах, - улыбнулась она. - Так что король попросил ее уделить некоторое время себе самой.
Я закатила глаза. Он кричит о дорогих платьях, а затем устраивает ей каникулы. Я бы не стала жаловаться, будь я на ее месте. Неделя без королевы обещала стать раем, и мне уже хотелось начать радоваться прямо сейчас.
- Все еще болит? - спросила она.
Я отвела взгляд и кивнула.
- Не беспокойтесь, мисс. К концу дня все пройдет, не останется и следа.
Я хотела сказать ей, что дело вовсе не в боли. Истинным поводом для беспокойства было то, что случившееся не было случайностью - это знак. Просто кто-то свыше хотел показать нам, что жизнь принцессы может быть, в лучшем случае, сложной, в худшем - ужасной.
Я подвела итог тому, что мне стало известно. Король и королева любили друг друга когда-то очень давно, теперь же они едва сдерживали свою ненависть друг к другу. Королева была алкоголичкой, одержимой желанием носить корону. Король, в последнее время точно, был на грани срыва. И Кларксон...
Кларксон делал все возможное, чтобы держать ситуацию под контролем и сохранять спокойствие. Но под всей этой напускной суровостью скрывался детский смех. И, когда он сломался, это было просто чудо, что ему удалось собрать себя вновь по кусочкам.
Мне не были чужды чужие страдания. Дома я работала до изнеможения. Я переносила духоту. Даже несмотря на то, что жизнь Четвертых должна быть хорошей и обеспеченной, я была не так далека от нищеты.
Это может стать еще одним испытанием. Конечно, если принц Кларксон все же выберет меня. Но разве его выбор не будет означать, что он любит меня? Разве я не смогу все вытерпеть ради него?
- О чем вы думаете, мисс? - спросила Марта.
- О будущем, - я улыбнулась и протянула к ней руку. - Что, впрочем, бессмысленно, я полагаю. Ведь чему быть, того не миновать.
- Вы самый милый человек, которого я когда-либо видела. Он будет очень счастлив с вами.
- А я буду счастлива с ним.
Это было правдой. Он был всем, что я когда-либо хотела. Я была привязана к нему крепко-накрепко, и это меня сильно пугало.
- Они идеально подходят! - Даника примерила очередную пару туфель Бьянки. - Ладно, я возьму эти, а ты возьми мои синие.
- Идет, - Бьянка и Даника пожали друг другу руки, улыбаясь от уха до уха.
Никто не говорил нам держаться подальше от Женского зала до конца недели, но именно это мы и делали. Мы собирались группками и перебегали из комнаты в комнату друг к другу, примеряя наряды и болтая обо всем на свете, как мы раньше и делали.
Правда, все же что-то изменилось.
Без надзора королевы, девушки превратились в... хороших девушек. Все казалось намного светлее. Вместо того, чтобы беспокоиться о правилах этикета и вести себя как леди, мы позволяли себе быть такими, какими мы были до того, как наши имена прозвучали с экранов телевизора, девушками, которыми мы были дома.
- Даника, я думаю, у нас одинаковый размер. Могу поспорить, у меня есть платья, которые отлично подойдут к этим туфлям, - предложила я.
- Ловлю тебя на слове. У тебя самые лучшие наряды. Ну, и еще у Кордайл. Вы видели, какие вещи делают ее горничные?
Я вздохнула. Я, действительно, не знала, как горничным Кордайл удавалось придавать фабричной ткани такой вид, какого я не видела ни у кого. Платья Новы тоже были выше всяких похвал. Скорее всего, девушка, которая выиграет Отбор захочет забрать их себе. Я зависела от Марты, Кинди и Эмон, я не могла даже представить, чтобы я здесь делала без них.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
