Я не собиралась следовать за стариком, словно бычок, идущий на заклание, но мои ноги бодро зашагали следом, совершенно не подчиняясь рассудку. Мой проводник, скрючившись, ковылял впереди, не оглядываясь, а я не могла воспротивиться немому зову и послушно брела за ним, отставая шага на три. Это был ад. Я все осознавала, но ничего не могла изменить.
Видеть эту спину и не сметь вцепиться в нее ногтями… В тот миг я пообещала себе, что обязательно найду способ расправиться с этим червем. Мы шли какими-то переходами, но я видела только спину, так как смотреть по сторонам было слишком страшно. Странный тусклый свет освещал нам дорогу, а причудливые тени извивались по сторонам, ползли по стенам, спускались к полу и умирали, попадая в круг более яркого света.
Сказать, что мне было жутко - это ничего не сказать. Хотелось сжаться в комок и завизжать от переполнявшего меня страха, но я не могла позволить себе эту слабость. Тем более что сжаться я не могла, а если бы шла и орала при этом дурным голосом, то выглядела бы глупо. Нет, я не собиралась давать старику такое сильное оружие как мой ужас перед ним. Мне не верилось, что всего какие-то два часа назад я веселилась на дне рождения Макса, окруженная толпой людей, а сейчас иду как привязанная за самым страшным из моих кошмаров.
Широкие коридоры лабиринтом расходились в разные стороны и утопали в вязкой, наполненной тенями темноте. Все было настолько нереальным, что казалось, будто я стала участницей какой-то виртуальной игры. Слава богу, мы шли недолго.
Вскоре показалась каменная лестница, ведущая вниз. Мы спустились по ней и уперлись в деревянную дверь, она сама собой распахнулась, словно приглашая войти внутрь. Старик посторонился, пропуская меня вперед. Едва я ступила в небольшую комнату с окошечком под потолком, как дверь с глухим звуком захлопнулась, отрезая меня от старика. Одинокая свеча горела на небольшом столе, тускло освещая комнату. Кровать да стол со стулом - вот и все богатства. Я даже не знала, где нахожусь, но то, что не в лондонском доме Тениэля - это было точно. Обстановка и коридоры, которыми меня вели, были совершенно другими и незнакомыми. Я повернулась к двери. Ручки на ней не было, так же как и замка. Толкнув ее, я поняла, что оказалась запертой. Кричать и бить по двери не имело смысла, я подошла к столу и обессилено повалилась на стул.
Хотя, если поразмыслить, то в том, что я одна, и дверь заперта, есть и хорошие стороны. Было бы намного хуже, если бы старик остался в комнате, а то, что он имеет власть надо мной, отрицать не приходилось. Я отрешилась от всех мыслей и просто сидела и ждала. Чего? Я и сама не знала. Прошел час, а может быть, и больше – не знаю. Мне стало казаться, что пройдет много лет, а ничего не изменится - я буду вот так же сидеть на стуле, замерев в ожидании, превратившись в сморщенную старуху, а комната по-прежнему будет пуста.
Я посмотрела на свечу, чтобы по ее высоте определить, сколько времени я нахожусь в комнате. Но и тут не было подсказки: свеча горела, восковые слезы скатывались по ее боку и, не достигая стола, исчезали на середине. За прошедшее время свечка не изменилась, не став меньше. Тогда я начала развлекать себя игрой теней на стене. Это немного успокаивало, я так частенько развлекала Дениску, и сейчас как будто воочию услышала его звонкий смех, увидела его улыбку, ощутила маленькие ладошки на моих плечах. Слезы заструились по щекам. Одна только мысль о том, что я могу больше не увидеть сына, приводила в отчаянье.
Я встала, прошлась по комнате, ставшей мне клеткой. Пять шагов с маленьким хвостиком в ширину и шесть шагов в длину – насчитала я.
Потом подошла к двери, приложила к ней руку. От дерева шел могильный холод, напрочь отбивая желание попробовать открыть засов. Кроме того, тени на стенах коридоров пугали меня даже больше, чем старик-тюремщик. Вполне допуская, что это могла быть игра моего разбушевавшегося воображения, я все равно панически боялась выйти.
*****
Тениэль
Ее присутствие он почувствовал сразу, как только попал в тот злосчастный клуб. Тениэля непреодолимо влекло к тому месту, где она сидела со своей компанией. В первый момент, увидев ее, он испытал шок. Это было как разряд молнии, попавший прямо в сердце. Все инстинкты взбесились.
Девушка сидела к нему в профиль, и потому он не мог толком разглядеть ее лица, только аккуратно подстриженную темную головку, склоненную к парню, сидевшему справа.
Гремела музыка. Губы девушки беззвучно двигались, нашептывая что-то на ухо соседа. Тэль напрягся. Мгновенное желание убить кого-нибудь наполнило все его существо. Как назло, парень, внимательно слушая незнакомку, улыбнулся и что-то сказал в ответ, а затем обнял ее и прижал к себе. Тениэля настолько взбесила эта картина, что он чуть не сломал руку официанту, некстати дотронувшемуся до его локтя. Молодой парнишка, не подозревая о том, что только что избежал увечья, показывал на соседний столик. Попросив оставить меню на столе, Тэль увел Катю танцевать. Но и во время танца мысли о девушке, сидящей неподалеку, не оставляли его. Внутри все вопило: мое! Прошло достаточно много времени, прежде чем он со своей спутницей вернулся к столу. Незнакомка разговаривала теперь с соседкой. Красная пелена постепенно исчезла из глаз Тениэля, позволив ему хорошо разглядеть темноволосую девушку.
Она поразила его своей неправильностью. Демон сладострастия и сам себе не мог объяснить, в чем именно заключалось ее неправильность. Может быть, в ее взгляде, похожем на тот, что терзал его во снах, и в то же время не являвшимся им. А возможно, в ее способностях, которых у нее не могло быть. А может быть, тот огонь, что горел в глубине ее зрачков, и которого не должно было быть в глазах смертной особи.
Она не была первой красавицей, но была определенно привлекательной, хотя не для Тениеля. В его вкусе были блондинки с длинными волосами. Девушка же была коротко стриженой брюнеткой. Обычно на таких как она, Тениэль внимания не обращал. Так что же привлекло к ней с первых мгновений? Да она, несомненно, выделялась из окружавшей ее толпы. Она сияла как луч солнца в пасмурный день. С каждой минутой его тянуло к ней все больше и больше, а сидящая рядом Катя с каждым мгновением теряла свое очарование, пока, наконец, не стала раздражать своими глупыми вопросами и телячьим взглядом.
Где-то глубоко в Тениэле начало назревать желание, которое никак не вязалось с его демонической сущностью. Именно поэтому он и поспешил убраться из клуба. Но незнакомка на свое несчастье решила последовать за ним.
Своими действиями она не совершила ничего предосудительного, но этим дала повод забрать ее с собой.
