- Бегом отсюда! - пискнула Лола и, первой бросившись от окна, ухитрилась оступиться на ровном паркете и едва не врезаться в стену головой.
Причем ходит в мягких удобных тапках, вот уж неловкая так неловкая.
Цветник располагается на большом стабе, так что это здание Азовскому Союзу пришлось возводить самостоятельно, а не дожидаться прилета готового. Готовых в таких местах или не бывает вообще, или они в ужасающе запущенном состоянии. Уж не знаю, где отыскали строителей, но спасибо им преогромное за некоторые огрехи. В том числе за скрипучий паркет и доски лестниц. Может специально так сделали, чтобы никто не мог бесшумно пробираться к запертым красавицам, может случайно получилось, но мы могли слышать воспитательниц еще до того, как они поднимутся на второй этаж. Настоящая леди не должна носиться сломя голову, они это вечно подчеркивали своим поведением, и потому какая бы из них сейчас не направлялась к нам, излишне торопиться не должна.
Мы успели укрыться в спальне. Переодеваться не пришлось, все уже в ночных халатиках, далеко не первый раз позволяем себе вечерние стояния у окон в коридоре, процедура отработана до мелочей. Естественно, воспитательница сейчас слышала шум, но кроме Вороны мало кто после такого заглядывает во все комнаты подряд.
Да и чего к нам заглядывать? Ведь все усердно делают вид, что спят. Ну это если двери раскрыть.
Во всех коридорах есть хитрые камеры видеонаблюдения, через них нас прекрасно видно даже в полной темноте, но почему-то ни Ворона ни другие не собирают с них данных на нарушительниц, что давно уже навело нас на очевидную мысль - лично директриса или кто-то другой, не менее важный, негласно разрешила закрывать глаза на столь ничтожное нарушение распорядка.
Но на мониторы все же поглядывают, слишком долго находиться в коридоре нам не позволяют, кто-нибудь неизбежно начинает подниматься по скрипучей лестнице.
Сейчас камеры скорее всего не работают - света ведь нет. Но все равно кому-то не сидится. Должно быть у воспитательниц свое расписание, или у этой электроники автономное питание, как и у системы внутренней трансляции.
Дождавшись, когда скрип в коридоре стихнет, неугомонная Рианна спросила:
- Интересно, кто там пришел?
- Поднимись, открой дверь и спроси погромче, - буркнула Миа и начала с силой взбивать подушку.
В этот миг с улицы донесся шум, такой же непонятный и угрожающий, как и тот, который заставил нас сегодня трястись от страха на холодном паркете в малом зале. Что-то шумное, урчащее, шипящее, резкое, ужасающе громко подающее голос через одинаковые короткие промежутки времени. Не настолько оглушительное, как взрывы снарядов, и на пальбу пушек совсем не похоже, но тоже мурашки по коже побежали.
- Это еще что такое?! - испуганно вскинулась Лола.
Та еще трусиха, ей много не надо, но должна признать, что мне и самой от такого шума не по себе. Я понимала, что из всех присутствующих лишь одна может на такое ответить, и так как от природы любопытна, тут же перевела вопрос на нее:
- Дания, что это?
Та ответила без заминки:
- "Град".
- Ты издеваешься?! - вспыхнула Миа. - Какой же это град, ведь грозы нет!
- Такому "Граду" гроза не нужна, потому что это оружие, а не ледяные шарики с неба. Наши стреляют, по кому-то приблизительно полпакета выпустили.
Информация, что град бывает не только ярким погодным явлением, но и оружием, причем применяют его почему-то пластиковыми или бумажными пакетами, меня обескуражила, да и не только меня. Спасибо Дании, она это поняла и уже не первый раз за день, изменив своей молчаливости, снизошла до пояснений без дополнительных вопросов:
- "Град" - это страшно. "Градом" у папы в машине разнесло стекла и радиатор, а первому мужу соседки оторвало половину головы и руку почти на моих глазах. От этой штуки нам больше всего доставалось, много домов вокруг побило, ну и людей тоже. Поодиночке его снаряды редко прилетают, их обычно десятки падают в одно место.
- Снаряды? Так это тоже пушка? - спросила Тина.
- Нет, на пушку совсем не похоже. Это такая машина, как бы грузовая, но вместо кузова у нее пачка труб с заряженными в них ракетами. Хотя пусть будет пушка, какая разница, все равно результат один - взрывает то, во что попадает. "Град" страшнее всего слушать, но когда стреляют наши, так хорошо становится, так хорошо... Вы даже не представляете, как приятно знать, что падать это будет не у тебя перед домом, а у тех, кто день и ночь разносят твой город. Сидишь под стеной и слушаешь: это из гаубицы прилетело куда-то рядом, аж пол вздрогнул; а это стекла от мин звенят; а вот завыло, зарычало раз за разом, - пошли ракеты от нас к ним. И ты отчетливо понимаешь, что это все, наши узнали, где стоит их батарея, сейчас ее не станет, там все погибнут, сгорят со своими снарядами. После этого станет тихо. Жаль, не навсегда, ведь потом пригонят новых солдат и опять завертится. Настоящий конвейер смерти - они убивают нас, наши отвечают, и все затихают, потому что там уже некому стрелять, все мертвые или калеки. А потом брат смеется, всем рассказывает, что у него сестра-блондинка отличает по звуку что, куда и какого калибра полетело. А там ведь ничего сложного, даже музыкальный слух не нужен, это вам не ноты, это гораздо легче.
- Ты сегодня такая разговорчивая, - удивилась Бритни.
- Да я вот просто думаю - ну и зачем это надо? Зачем мне такое знание?
- Это точно наши стреляли? - опасливо уточнила Лола.
- Точно. "Град" ни с чем не перепутаешь... и попадания от него тоже.
- Он, наверное, убивает тех, кто по нам сегодня стрелял, - обрадовалась Саманта. - Они тоже сейчас замолкнут, как те, которые стреляли по улице Даньки.
- До тебя это только сейчас дошло? - не упустила своего Миа. - Саманта, ты просто тормоз, ты наш главный ходячий тормоз, тупости у тебя на семерых хватит.
- Зато я понравилась господину Резкому, - не стала спорить блондинка, прекрасно понимая, что сражаясь оружием быстрой на язык оппонентки, победить не сумеет. - Ну а ты обещана господину Четвертаку, он толстый и похож на беременную жабу, у него жуткая одышка, он все время потеет, от него несет кислятиной даже когда нежарко. А господин Резкий такой красивый, и фигура у него идеальная. Ну а если что-то случится с господином Голодом, его назначат командиром гвардии, это все знают. Со временем он обязательно станет очень большим человеком.
Зря она затронула эту тему, Миа очень нервно относится к недостаткам кандидатуры своего будущего супруга, а в том, что касается доставания других, с ней никто сравниться не может.
Вот и сейчас ударила зеркально:
- Саманта, а это ничего, что у господина Резкого уже есть жена? Я промолчу о том, что он не пропускает ни одной юбки, это все прекрасно знают.
- Не говори про него так! Он хороший, ты не видела, как он мне улыбался!
- Дура ты опилками набитая, он всем улыбался, даже Тине. Ты для него просто юбка, одна из многих.
- Но я на смотре в платье была.
Миа не выдержала, засмеялась зло, некрасиво, совсем не женственно:
- Да ты просто королева дур! В платье она была, вот ведь умора тупая.
Перспектива выслушивать эту перепалку полчаса или дальше дольше меня не вдохновляла, а ведь все идет именно к этому. Такое надо стараться прекращать в самом зародыше, пока не разгорелось до неугасимого состояния, чем я и занялась:
- Может вы хотя бы разок помолчите? Вот сколько можно гадостей про своих мужчин говорить? Неужели других тем нет?
- Я про своего гадости не говорю, - не сдавалась Миа. - Это наша белобрысая про него вспомнила, видать влюбилась, покоя ей не дает.
- Она вспомнила, потому что ты просто так на нее накинулась.
- Это я накинулась?!
- Ну не я же. Не трогай ее, всех уже достало, что вы постоянно ругаетесь. И было бы из-за чего... смешно.
Мию у нас не любят, ее лучше игнорировать, она везде найдет повод оскорбиться или придраться. Злопамятная до ужаса, свое обязательно возьмет со временем, ну или достанет беспочвенными насмешками и обвинениями.
