утратило свой гордый дух. Элиты стали ленивыми и неспособными удержать власть чем-то иным, кроме денег*. И через несколько тысячелетий потеряли её совсем.
Когда начался Цифровой век, к власти пришли учёные, окончательно отодвинув от власти разжиревшую касту бывших правителей. А их «воинами» стали те, кто работал с искусственным интеллектом, инженерными системами и данными. Теперь уже научная элита начала вести войны за власть в киберпространстве.
Это была принципиально иная каста, и мышление её было тоже иным. Они вели войны в умах, но точно так же не жалели тех, кем воевали.
Бывшие элиты из разжиревших воинов потеряли всё. Но они не могли смириться и ушли в космос с первой же волной колонистов.
И вот там, на далёких и холодных планетах первого заселения, аристократам Земли снова пришлось сражаться за жизнь и активировать свои «воинские гены».
Выжить сумели не все. Но уцелевшие вернули власть, овладев оружием, что дал им космос. Они научились управлять самой причинностью.
И когда научная элита землян превратила себя в машины, стремясь жить вечно… Вот тогда и началась хаттская война.
Люди-машины сказали обычным людям, что лучше них способны управлять миром, без войн и бедствий. И люди этого не стерпели. Они…
Сайко запнулась, понимая, что стоит посреди каюты столбом.
Потрясённая, не слыша обращённых к ней слов, она шагнула вперёд, кое-как выдавив приветствие.
Глядя в лицо капитана, она поняла, почему началась хаттская война. Люди страшились тогда утратить саму возможность вести жестокие войны!
И в той же войне страшная тень пала между воюющими пока ещё на одной стороне Содружеством (первой волной колонистов с Земли) и Империей — её второй и последней волной.
В Содружестве полагали, что настоящая воинская аристократия возродилась только в первой волне, и эта аристократия воюет не огнём и железом, а причинностью и интригами. А вот в Империи война до сих пор велась руками глупой черни.
Учебники врали. Капитан Пайел был совсем не похож на глупца, чьими руками Империя воевала с Содружеством. Он вообще не был похож на имперца!
Всё это промелькнуло в голове Сайко в один долгий миг.
Она не была готова к таким крамольным мыслям. Но она видела капитана и его лицо. Да и тяжесть, что распространялась от него даже через голоэкран, не оставляла сомнений!
Капитан был истником той же глубины посвящения, что и эрцоги Содружества. Он давил на реальность сильнее, чем все, кого Сайко видела раньше!
Наследница отшатнулась, едва не налетев на Барона. Ей ещё не приходилось сталкиваться с таким мощным ментальным давлением на реальность.
Со стороны капитана это не было недовольством или угрозой — а всего лишь качанием воли. Нечто вроде морских волн или ритмического дыхания.
Капитан просто жил в этом ритме, выплёскиваясь «на берег» со страшной силой прилива и «убегая» с отливом в тёмную воду своего естества.
Интересно, какой же силы у него «накат»?
Пока Сайко пыталась справиться с мыслями, Дерен принял решение за обоих. Он схватил наследницу за руку и вытащил в дверь.
И только там она сумела перевести дыхание.
— Я же велел ждать меня с Бароном! — рявкнул Дерен и потащил девушку за собой по серому корабельному коридору.
Сайко растерялась. Ей никто и никогда не указывал так резко что именно она должна была делать.
— Я… — она запнулась. — Он сказал… Он…
Дерен шёл очень быстро, и девушка задыхалась, пытаясь не оступиться и не упасть.
Под ноги то и дело попадались то металлические, то резиновые полосы с дырками. Каблуки то проваливались, то цеплялись за этот неудобный пол. Барон был прав — в такой обуви ей нечего делать на боевом корабле.
— Мы куда? — Сайко решила, что лучше говорить о текущем, оставив всё остальное на потом.
— На склад, — бросил Дерен сквозь зубы, даже не повернув головы.
Он не собирался снижать скорость.
— А что значит: «склад»? — Сайко не знала этого имперского слова.
Наставник не ответил. Он остановился у неприметной двери, и Сайко заметила, что сзади топал не только Барон, но и молодой парень в чёрном рабочем комбинезоне.
Парень подошёл к двери, и она раскрылась, приглашая всех внутрь. В полную темноту.
Однако, как только Дерен шагнул вперёд и потянул за собой наследницу, зажегся свет, и Сайко увидела, что вокруг полки-полки-полки, забитые контейнерами разной величины и расцветки. Наверное, это было хранилище, а парень в чёрном — какой-нибудь ключник или кладовщик.
Парень сделал какой-то странный жест, и вокруг Сайко загорелась голограмма, замигавшая измерительными лентами.
Он посмотрел на растерянную наследницу, решительно вынул один из самых больших контейнеров и открыл. Там в желе плавали здоровенные мокрые синевато-чёрные корки.
— Что это? — спросила Сайко испуганно.
— Компрессионка на консервации, — пояснил парень, вытаскивая мокрые куски на крышку контейнера. — Сейчас она впитает остатки керна, и можете надевать.
Для Дерена он почему-то достал самый обычный пакет с такими же корками, но сухими.
«Ничего себе — гостеприимство! — возмущённо подумала Сайко. — Да почему она вообще должна надевать вот это, мокрое? Зачем⁈»
Компрессионную форму она видела, конечно, но тоже в голо. И там она была такая красивая, такая блестящая и упругая…
— Ей нужен комбинезон, — перебил её мысли Дерен. — И — нормальное белье!
— У меня есть белье! — Сайко почувствовала, что краснеет.
Дерен её словно и не услышал. Кивнул кладовщику…
Тот открыл дверь в смежную каюту, где так же, на стеллажах лежали пластиковые пакеты с одеждой.
Наставник даже не предложил Сайко что-нибудь выбрать! Он выхватил из стопки первый попавшийся пакет и сунул ей в руки.
— Переодевайся!
— Но зачем? — от возмущения девушка не находила слов.
— Мы летим на Грану. На шлюпке. Тебе нужен комбинезон и компрессионная форма — иначе я тебя просто не довезу.
— Но почему нам нужно лететь на Грану? — Сайко попробовала поймать наставника за руку, но не преуспела.
— Я по дороге всё тебе объясню! — Дерен шагнул к дверям. — Давай в темпе. Дежурный поможет тебе надеть компрессионку.
— Но я не хочу! — взвилась наследница. — Я не буду надевать это, мокрое! Я никуда больше не полечу!
Её слабенькое раздражение взметнулось и разбилось об ответную волну. Наставник нахмурил брови и смотрел так, словно она была безродной букашкой, посмевшей ему перечить.
Но Сайко, несмотря на давление, упрямо сжала губы. Она умела переносить накат. Ничего он с ней не сделает! Она не будет переодеваться и всё!
Украсть, значит, захотел? Жениться?!!
Так вот почему — Грана! Это же гнездо разврата! Там венчают без разрешения старших семьи!
Сайко набрала в грудь воздуха.
Сейчас она всё ему выскажет! Ворюга имперский! Да как он посмел!
— Тебя хотят убить, — произнёс вдруг Дерен одними губами.
И Сайко, уже готовая заорать на него, замерла с приоткрытым ртом.
— Петля была поставлена для тебя, — продолжал наставник тихо, глядя прямо в её распахнутые глаза. — Анка попал в неё случайно. Я не умею работать с паутиной и не смогу переиграть неведомого убийцу на его поле. Выход один — бежать и сломать физическую основу ловушки. А там мы уже разберёмся, что делать дальше. Переодевайся. У нас всего двадцать минут.
И он ушёл.
А парень в чёрном открыл пакет и вытащил лётный комбинезон, футболку и мужские трусы.
И с любопытством уставился на девушку.
Никаких кабинок для переодевания на складе не было.
Наверное, ему было очень интересно, как Сайко будет сейчас менять бельё и одежду?
* * *
*Сайко вряд ли думала про деньги, скорее, про эрго или токены, но тут это не очень важно.
Рубка.
Глава 8
Сайко
Орбита Асконы
Когда наставник Дерен вышел из хранилища, Сайко поняла, что так и не спросила у него самое главное: шутил Барон про женитьбу или невольно выдал секрет?
Она доверяла наставнику, а как же иначе? Ведь Дерена рекомендовали леди Антарайн очень серьёзные люди. И петля… Она же была!
И Линнервальд, и брат Анки, эрцог Хьюго Тьсимьен — оба подтвердили, что ловушка существовала и сработала! И что опасность не ушла, она сохраняется!
Вот только Линнервальд полагал, что пострадать должен был сам Дерен, и вдруг…
Наверное, наставнику открылись в паутине какие-то новые существенные подробности? И, разумеется, он и в самом деле хочет спасти Сайко…
Однако… ощущалось в этой истории и что-то опасное, пугающее.
Девушке было известно (правда, только из книг и наставлений) что иногда мужчины
