собой угощение, - произнёс он.
Считалось хорошим тоном приходя в гости к тем, у кого в шатре дети, принести засахаренных ягод или иных сладостей сорванцам.
Я быстро справилась с непонятно откуда накатившим смущением, и непринуждённо взяла на себя роль хозяйки:
- Не переживай! Уверена, Тамарис уже подготовила ей что-то вкусненькое. Присаживайся, - пригласила его, указав на топчан, стоящий на устланном коврами полу, с мягкими тюфяками, множеством ярких подушек и низким столиком с резными ножками, на котором Тамарис уже успела поставить чайник с чашками и закуски.
Первой забралась Сири, с ней рядом села я, а напротив расположился Борк.
- Слышал, тебя можно поздравить? – начал он разговор, пока я разливала нам чай.
- Будешь ругать? – бросила на него взгляд из-под ресниц. В своей опеке он уже и Аркелла давно переплюнул. На моё ворчание по этому поводу он как-то заметил, что теперь на нем лежит двойная обязанность приглядывать за мной и за себя, и за друга. Если брат вернётся, он в первую очередь спросит с него, случись что со мной.
Только это мирило меня с такой заботой, которая не пристала по отношению к другому воину. Я заслужила своё право на самостоятельные поступки и отчёт должна держать только перед вождём.
- А ты меня послушаешь? – вопросом на вопрос ответил он.
- В другой раз обязательно, - решила умаслить его. – Но привести аквилла я должна была сама. Как мама.
- Я бы мог просто быть рядом, - укорил он.
Это как? Выслеживать со мной на пару, лежать в засаде, советовать, как лучше сделать, а потом кружить рядом, чтобы в любой момент меня подхватить, если не удержусь и аквилл сбросит?! Неужели он не понимает, что это было бы всё не то? Не было бы того сладкого чувства победы, когда ты сражаешься один на один.
- Но я тебя в этом понимаю, - тут же добавил Борк, видя моё выражение лица. – Поэтому просто тебя поздравляю и не буду омрачать своим ворчанием твою радость.
Правда?! Я возликовала, что удалось избежать нотаций о моей безответственности.
- А у меня для тебя подарок. Рад, что он совпал с таким поводом.
Борк достал завёрнутый в шёлковую материю свёрток и положил на стол, пододвигая ко мне.
Я стала разворачивать подарок. Дорогой шёлк приятно холодил кожу. Судя по длине, это буртус, которым в жару можно повязать голову или прикрыть лицо.
Что же он принёс?! Уже одна ткань по стоимости являлась дорогим подарком. Буртусы поклонники часто дарят девушкам. Но яркие, с пёстрыми рисунками цветов и диковинных птиц, а этот однотонный, цвета полночного неба. Мне уже понравился - достойный наследницы и воина.
А вот развернув до конца, я обомлела, увидев узоры на рукояти у пары метательных кинжалов.
- Не может быть… - севшим голосом, благоговейно прошептала я.
Кинжалы Морууза. Великого мастера из далёких земель, чья слава разлетелась далеко за их пределы. Морууз заговаривает сталь. При правильном использовании, когда защищаешь ими свою жизнь, они остаются всегда с тобой. Их невозможно потерять или украсть, они всегда вернутся к своему владельцу. Чтобы их получить, к нему приезжали даже короли, чтобы он выковал лично для них.
Но и просто владеть сталью работы Морууза считалось большой удачей. Почему Борк не оставил их себе?! Да они бы являлись достойным подарком отцу невесты, реши он жениться. Хотя, Борк настолько завидный жених, что ему без всяких подарков дочерей своих отдать готовы.
- Это баснословно дорогой подарок. Я не могу его принять, - пересилив себя, я отодвинула кинжалы, даже не взяв их в руки. Иначе, боюсь, я не смогла бы с ними добровольно расстаться ни за какие блага.
- Только они и достойны тебя.
Я вскинула на него удивлённый взгляд, поражённая странными интонациями в голосе. Борк смотрел на меня как-то по-особенному, словно стараясь что-то безмолвно сказать.
Он вдруг показался мне чужаком, которого я совсем не знаю. Вроде выглядит как всегда: мужественные черты лица, волосы распущены по плечам, но с висков убраны назад, и я знаю, что стянуты кожаным шнурком, как и у меня, взгляд карих глаз из-под длинных пушистых ресниц, сделавших бы честь любой девушке, как обычно открытый и прямой, но вот на их дне…
Там я разглядела тлеющий огонь, который встревожил и напугал меня. Борк никогда ТАК не смотрел на меня.
- Какая красота!!! – восторженно воскликнула Сири, сунувшая свой любопытный носик поближе. Но наставления отца она запомнила и даже не попыталась прикоснуться к оружию.
Детский голос разбил непонятно откуда сгустившееся напряжение между нами.
- Почему ты отказываешься от подарка?! – с искренним недоумением воскликнула Сири.
- Вот и я не понимаю, - ласково улыбнулся ей Борк, вновь становясь прежним.
Два взгляда вопрошающе скрестились на мне.
Что ещё сказать не знала. Я и сама не понимала, как в здравом уме можно отказаться от кинжалов руки Морууза. Даже акиф Игенборга ценит их и собирает в коллекцию. У отца один, а тут целых два!
Но это же очень дорого, чтобы дарить их вот так, без повода. Меня останавливало подсознательное понимание, что это являлось бы достойным подарком женщине-воину, при предложении руки и сердца. Но я же наследница, и воин. Я сама избираю себе мужа. Но не может же Борк намекать мне на…
Да нет, бред! Я точно на солнце сегодня перегрелась. Он же мне как брат. Подозрительно уставилась на Борка, пребывая в смятении и желая, чтобы он развеял мои сомнения.
- Прими подарок, Эсфер. Он достойный покорительницы золотого аквилла и наследницы Гатаза.
Я замешкалась с ответом, искушение боролось с сомнениями. Ведь собираясь преподнести мне подарок, он ещё ничего не знал об аквилле.
- Сири, можешь спокойно выходить, - сообщила вернувшаяся Тамарис.
Девочка живо вскочила на ноги, и я поднялась, пропуская её. Борк тоже встал. Не из уважения к женщине, как принято в других странах, о которых нам рассказывали купцы - я наследница и не пристало ему сидеть, когда я стою.
- Подожди, я тебе сейчас сладостей отсыплю, - сама же и задержала её Тамарис, отойдя к сундуку и зашуршав там мешочками с запасами.
Борк смотрел на меня, ожидая ответа. Я бросила взгляд на кинжалы,
