И что это будет теперь?
Посмотрим. Но…
Вначале всё равно полежим, отдохнём. Подумаем…
Думал он не больше получаса.
Затем решил, что отдохнул достаточно. И нужно не тянуть зря.
Однако торцевую сторону коридора, расположенную в нескольких шагах, исследовал тщательно.
Ох и не понравилась ему эта волосяной толщины щель в середине – пересекающая сверху донизу весь этот торец… Не иначе – ворота. Для впускания-выпускания чего-то большого.
Или – кого-то большого.
Неужели его попытаются… Догнать и съесть?!
Хм-м… Это было бы слишком просто. Нет, скорее всего, здесь проходят какие-либо служебные механизмы. Следящие за функциональностью Лабиринта.
Хотя (Какого чёрта?!) признаемся сами себе – ничего тут не «функционирует»! И в «обслуживании» не нуждается.
Значит – придётся бегать. Потому что отломать ничего нигде не удалось – он наг и безоружен. Да и ладно – может, они просто хотят выяснить предел его скорости и выносливости… Которые могли бы быть и получше, если б там, дома… Не пренебрегал.
Хотя бы зарядкой.
Створки-ворота начали открываться, когда он отошёл от них на добрых двести ярдов – на двести четырнадцатом шаге.
Ну, дальше-то посчитать не удастся: потому что и правда – пришлось бегать!
Монстр, возникший за створками, сразу сказал Бишопу о том, что с психологией-то землян чёртовы «исследователи» ознакомились… Страшилище то ещё! Клыки, когти, пасть – куда там акульей!.. И, заметив его – злобно зарычало. Голодное, стало быть…
Зато бегало оно не так шибко, как можно было бы ожидать. Какое-то время Бишопу удавалось не позволять сокращать дистанцию между ними. Затем, примерно через километр, он стал задыхаться, и начал выбиваться из сил.
Чудище издало торжествующий рёв, и удвоило усилия.
Пришлось снова поднажать!
О! Чуть было не проскочил мимо!
Проём справа – в стене, противоположной наружной стене Лабиринта!..
Он нырнул в полуметровую щель, надеясь, что монстр туда ну никак не пролезет…
Снова комната. Пять на пять на пять. Ни следа других проёмов, или люков. Тупик!
Зато у дальней стены на полу лежит… Ого-го!..
Это же – явно – оружие. Пушка, как говорят его студенты.
Только вот как пользоваться?! А ведь придётся научиться! Потому что монстр уже у проёма, и что было сил пытается пролезть! Или хоть дотянуться лапой с когтями, почище, чем у гризли. (Хорошо хоть, не может так же быстро двигаться, как американский медведь, разгоняющийся до шестидесяти!..) И – пастью. С весьма, оказывается, вонючим дыханием!
Проклятье: он и без этой «достоверной» детали не сомневался, что уж монстр-то – настоящий! И «договориться» планом Исследователей не предусмотрено!
Так. Вот оно – оружие.
Большое. Похожее чем-то на суперружье Зорга из «Пятого элемента». Если попробовать вставить руку сюда, в эту выемку, куда так удобно помещается предплечье, а вторую поместить под цевьё, придерживая ствол… Теперь сжать рукоять…
Включилось! Вот: загорелись три красных огонька! Напротив указательного пальца вырос спусковой крючок. Да оно и жужжит, оказывается: пусть чуть слышно, но явно – работает.
Ну-ка, осмотрим со всех сторон…
Три рычажка. Все три – в верхней позиции, и от всех указывают стрелки вниз.
Большое спасибо военным! Их «инструкции» и разъяснения всегда просты и доходчивы!
Проклятье! А вовремя он «разобрался»!
Потому что задний торец комнаты начал вдруг медленно и неумолимо двигаться к дверному проёму… Вот оно значит как. Ему дают на «решение» конечное время. И решение имеет два варианта: либо быть раздавленным неумолимым прессом… (Это – для убеждённых пацифистов и противников «насилия»!) Либо открыть себе проход, грохнув чёртова, явно плотоядного, зверя.
Он щёлкнул всеми тремя рычажками. Оружие загудело сильней, огоньки стали зелёными. Он направил дуло на скалящуюся и злобно рычащую морду. (Вот уж кто не беспокоился о потере жидкости, буквально исходя слюной!..)
Только теперь он позволил себе испугаться: а не хотелось бы попасться такой твари на завтрак… Да и на ужин!
Палец плавно нажал на спусковой крючок.
Из ствола вырвалась очередь. Явно – пуль. Трассирующих. Отдачи практически нет – отличный баланс. Целиться – одно удовольствие!.. Он поторопился провести дулом поперёк проёма: завывшая, а затем и заскулившая, сразу отшатнувшаяся от проёма тварь, оказалась буквально перерезана пополам шквалом пронзающих плоть с противным чавкающим звуком, стальных злобных пчёл…
Когда скотина грохнулась на пол, он с трудом заставил палец отпустить спусковой крючок. Прислонился к стене. Уж слишком дрожали (Н-да: не списать на усталость!) ноги… Да и зубы, оказывается, выбивали ту ещё чечётку.
Он осмотрел оружие. (Ничего ему не сделалось. Даже кончик ствола не нагрелся!) Перевёл рычажки снова наверх. (Мало ли!..)
Вы как хотите, господа инопланетяне, но эту игрушку он заберёт с собой!
Выйдя в коридор, он попинал явно сдохшую тварь пяткой левой ноги.
Может, стоило бы напиться её крови – ведь воды нигде нет? И явно не будет.
Он опустился рядом с лохматым монстром на колени. Даже так она оказалась вровень с его макушкой. Ох и здоровая, гадина… Шкура толстая, покрыта полусвалявшейся бурой шерстью – довольно длинной. Зубёхи, торчащие из полуоткрытой в агонии пасти… Как у медведя. Ожерелье бы сделать из таких, да повесить на шею. На память. Шикарные вышли бы «трофеи». Он криво усмехнулся сам себе – придёт же в голову!..
Или это странное желание – всё-таки от тех, первобытных, охотничков? Ведь пара тысячелетий так называемой Цивилизованности дикаря лишь спрятала. Но не загнала окончательно в небытие…
Хм-м… Вскрыть бы шейную артерию для удобства. Или придётся вылизать лужу, которая уже натекла из не то – раны, не то – разреза?.. При взгляде на почерневшую и отвратительно вонявшую лужу, его, несмотря на пересохшее горло со сталактитовой вязкой слюной, слегка замутило.
На всякий случай он осмотрел свою «пушку» ещё раз. Так. Вот эта кнопка – что включает? Фонарь-подсветку. Пятно света на ближней стене очень даже приличное. А эта? Ага – выдвигает снизу ствол гранатомёта. Пока спрячем… А сзади?
Всё полезное, как и в автомате Калашникова, оказалось спрятано в прикладе. Запасная обойма. Пенал с маслом. Приборчик с окошечком. (Чёрт! Тестер какой, что ли?!)
Вот. Нож. Вполне обычный, без «вывертов». Отлично.
Он, преодолевая брезгливость, и зная, что сейчас за ним наверняка наблюдают особенно внимательно, решился: плевать на чуждые бактерии! Не могли устроители «крысиных бегов» не подумать об этом. Значит, смерть от неведомой кишечной инфекции ему не грозит. Ну, это – если следовать логике…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
