Палач не ответил. Он понёс меня по коридору. По лестнице вниз и вскоре вынес на улицу. И всё молча.
— Может, Вы меня опустите, и я пойду сама?
Он проигнорировал моё предложение. Прорычал и продолжил меня нести. Так мы добрались до длинного каменного моста. Преодолели его и оказались в совершенно другом мире. Здесь деревья были без листвы, кругом лежал снег. И холодно. Очень холодно. Я, в своей сорочке, стала мёрзнуть.
— Палач, - обратилась я, на что получила короткое:
— Не разговаривай со мной, Ведьма.
Ну, вот, и для меня нашлось имя в этом странном мире. В мире Господина, сердце которого разбито на множество осколков. И эти осколки сейчас спрятаны на мне. Они искололи меня. Я о них думаю. И не потому, что мне жалко бессердечного Господина, а потому, что мне больно от того, что они острыми краями вонзаются мне в живот. Разрезают ткань шелкового платка и вгрызаются в меня.
Палач донёс меня до высоких камней и скинул на снег. Это было весьма неожиданно. И очень неприятно.
— Прощай! – кинул он мне напоследок, развернулся и пошёл прочь.
— Что?! – заорала я. – И ты меня здесь бросишь?
Кинулась к нему, догнала, но он меня отпихнул и продолжил идти в сторону моста.
— Не вздумай пересекать мост. На том конце тебя будет ждать неминуемая смерть. Господин распорядился убить тебя, если ты вернёшься.
— Палач, ты не можешь меня оставить здесь. Мне холодно. Я замёрзну. У меня нет ни обуви, ни тёплой одежды.
Он обернулся и зло посмотрел на меня.
— По твоей милости, теперь мы все замёрзнем. Господин без сердца проживёт недолго. Ты не должна была лишать нас надежды на жизнь. Ты не должна была выбрасывать осколки в реку!
— Я их и не выбросила. Вот они, - указала на свой живот. Вернее на тайник. - Я их спрятала.
Палач изменился в лице:
— Что значит, спрятала?
— Пока ты отвлекал Господина, я пересыпала осколки в платок и привязала их шарфом из сундука к своему животу. А в мешочек положила какие-то статуэтки. Вот именно их я и выбросила в окно.
— Но как получилось, что Господин поверил, что осколки на дне реки, а не у тебя?
— Не знаю.
— Всё это очень странно. Ведь когда Господин почувствовал, что ты прикасаешься к осколкам его сердца, он примчался. А был он далеко от замка. Мы специально увлекли его подальше, чтобы у тебя был шанс собрать осколки в единое целое. Мы знали, что Господин почувствует тебя с большого расстояния. Поэтому не могу понять, почему он не заметил, что ты его вводишь в заблуждение? Почему поверил, что осколки уже не у тебя?
— Палач, миленький, давай найдём ответы на эти вопросы потом. Не сейчас. Ещё немного и я совсем околею.
— Ох, - спохватился Палач и достал из-за пазухи плащ Господина. – Одевай.
Я одела. Удивительно, но тут же, перестала мёрзнуть. Видимо плащ не только делал меня невидимой, но и имел ряд других достоинств.
— Палач, а твой Господин не против, что его плащ у тебя?
— Если узнает об этом, вышлет за Северный мост, как тебя.
— То есть, ты просто украл плащ?
— Ну, это не такая и большая кража. Ты, вон вообще его сердце украла и то, не страдаешь угрызениями совести.
— Я страдаю, - поддержала шутку я.
И мы пошли в сторону моста.
Глава шестая
— Из-за приказа Господина, в замок, дорога тебе закрыта. Северные земли тоже не пристанище - замёрзнешь. В плаще Господина постоянно быть нельзя – уж очень меняет плащ лицо того, кто его долго носит. Как бы стираются черты.
— Серьезно тут у вас. Вроде кругом волшебство, а подумаешь, нет. Не волшебство. Обычные трагедии. Плащ-невидимка, который обезличивает носящего его. Господин без сердца, кровь которого чернеет, а сам он превращается в бездушное чудовище. Вот спрашивается, чего он на меня взъелся? Наорал. Выгнал из замка. Вернусь – убьёт. Странный он. Жестокий и странный.
— Почему странный? – удивился Палач, остановился и посмотрел на Северный мост, к которому мы подошли.
Там за каменным мостом возвышался великолепный замок. Я сразу угадала башню, в которой повстречалась с Господином. Вот из того маленького окошка, что едва разглядеть отсюда, я выкинула мешочек якобы с осколками сердца Господина. Вот река. Она появляется из-за башни, и её тихие воды движутся вдоль стен замка, проходят под Северным мостом. И после, почти ровной лентой река течет до самого леса, что виднеется вдали. С другой стороны горы, снежные вершины которых упираются в синее-синее небо. Море не видно. Однако я точно знаю, оно есть. Оно где-то там за замком. Но пальмы, кипарисы и множество других теплолюбивых растений видно и отсюда.
Смотрю на всё эту красоту и ловлю себя на мысли, что была на море (ну, на курорте), последний раз лет шесть назад. Я уже давно отпуск не проводила вне города. И вот это нежданное ужасно-прекрасное путешествие. Если бы не специфический коллектив этого курортного местечка, я бы, пожалуй, была вполне счастлива. Во всяком случае, смогла бы насладиться красотой, что простиралась за Северным мостом.
Одно лишь беспокоило - Господин, давший распоряжение убить меня, если я вернусь на его земли.
— Ведьма,- позвал меня Палач.
— Что? – надо же, я уже сама того не замечая, отзываюсь на это прозвище.
— Ты сказала, что Господин странный. Почему «странный»?
— Ну, он сначала показался очень жестоким. Злобным. А вот сейчас мне кажется, он просто одержим. И очень страдает. Его изнутри разрывают какие-то силы. Рвут ему душу, а он корчится, и эти гримасы уродуют его лицо. Его голос. И даже взгляд… Взгляд, - я задумалась. – Палач, а какого цвета глаза у вашего Господина? Я совершенно не обратила внимания на их цвет. Мне кажется, я вообще не увидела его глаза. В них было столько агрессии, что даже если присматриваться, всё равно невозможно было их увидеть.
— Я не помню, какие у Господина глаза. Я даже не знаю, какого цвета у меня глаза.
Палач посмотрел в сторону моего голоса.
— Карие у тебя глаза, - тихо сказала я, рассматривая его лицо. - Большие, грустные, карие глаза. Мне кажется, они умеют плакать.
Морщинки вокруг его глаз стали более глубокими. Это он улыбается. Я его развеселила. Горбатый здоровяк, с грубыми чертами лица, с руками, способными вырвать замок вместе с креплением. Он уже не казался мне уродливым. Просто специфическая внешность. А за ней человек. И вот его я увидела только сейчас.
— А почему у тебя прозвище Палач?
— Господин так назвал.
— Но ты же, никого не убивал? – уточнила на всякий случай я.
— Пока нет. Вот если Господин тебя поймает на своих землях, он позовёт меня и скажет: «Казни её!»
— И ты казнишь?
— Конечно. И Господин об этом узнает. И будет меня хвалить. А когда ты воскреснешь и вновь окажешься в замке или где-нибудь поблизости, я буду искренне удивляться вместе со всеми. И буду разводить руками и с опаской говорить, что ты великая ведьма, которую невозможно убить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
