Читаем без скачивания Остров великанов - Арнольд Негго

— Я думаю, что это потайной генеральский сейф, — заявил Ури. — Мой дядя говорил, что такие сейфы были у немцев.

— Переведите, пожалуйста, — попросил Ильмар, отдавая учительнице рапорт. — Тут про какого-то Пиллера есть, очень важно.

— Нет, мальчики, сейчас не время, — торопливо отказалась Рауд, — после работы переведем. Флигель нужно к вечеру убрать, так приказал директор. Скоро к вам на помощь придут пятый и шестой классы.

Рауд знала немецкий язык немногим лучше Эллы. Успокоив учеников и заставив их взяться за работу, учительница мельком просмотрела рапорт, где упоминалась заинтересовавшая ребят фамилия «Пиллер».

— «Гауптштурмфюрер легиона СС Вальтер», — вполголоса прочла она подпись на рапорте. Внезапно на лице ее отразилось крайнее изумление. — Боже мой, Вольдемар Таммеорг! — прошептала она, увидев в немецком тексте знакомую фамилию.

Невольно оглянувшись на Ильмара, учительница быстро вышла из флигеля.

В вестибюле, несмотря на высокие окна, было сумрачно. Нигде ни души. Уйбо с любопытством осмотрелся. От старинной дубовой лестницы с узорчатыми перилами, от древних стен и гранитных, изъеденных вековыми морщинами плит пола на него пахнуло глубокой стариной.

Почти в каждой из комнат, куда он заглядывал, белели мраморные камины, а на бронзовых ручках массивных дверей зияли медные пасти гривастых львов.

Старенькие парты и классные доски походили в этих комнатах с роскошными лепными потолками на незваных гостей, которых рано или поздно должны попросить за дверь.

В узком, теряющемся в темноте коридоре нижнего этажа Уйбо услышал шаги. Из-за поворота коридора показался очень высокий сгорбленный старик с вязанкой дров. Он был в потертой телячьей шубе и старых постолах. Не обратив на пришельца никакого внимания, старик, сердито ворча, прошел с дровами в одну из боковых дверей, за которыми вместо парт Уйбо увидел аккуратно заправленные кровати.

Пройдя по мрачному лабиринту больших и малых переходов, мимо высоких колонн и узких окон с толстыми монастырскими решетками, Уйбо, никого больше не встретив, вернулся в вестибюль, к дубовой лестнице, возвышавшейся над арочным входом нижнего коридора двумя раскрытыми веерами. Тут он услышал голоса. Говорили на верхней площадке лестницы.

Поднявшись, учитель увидел за перилами элегантно одетого высокого блондина и необыкновенной красоты статную молодую даму в черном закрытом платье. Внимательно слушая собеседника и, видимо, понимая его с полуслова, она с подчеркнутой любезностью проговорила:

— Альберт очарован вашим вниманием, доктор. Не забудьте: в субботу к семи часам вечера… Соберутся наши лучшие друзья, гостей будет много, и я, право, боюсь, сумею ли одна управиться.

— О, будет чудесно, дорогая Кярт! — весело воскликнул собеседник. — Тысячу раз благодарен вам за внимание.

Уйбо почувствовал, что его появление не осталось незамеченным. Отлично одетый мужчина, скользнув по нему равнодушным взглядом, снова о чем-то заговорил с собеседницей. Дама, заметив поднимающегося по лестнице незнакомого молодого человека, напротив, с живейшим интересом посмотрела на него и, жестом прервав разговор, направилась навстречу.

Уйбо поздоровался.

— Простите, с кем имею честь? — спросила она.

— Александр Уйбо, — поклонился учитель. — Я только что прибыл из Таллина.

— Новый учитель географии? Да, да, мы ждем вас! — Дама дружелюбно протянула руку: — Кярт Ребане. Прошу вас, познакомьтесь, — сказала она, представляя учителю подходившего мужчину: — Рене Руммо, участковый врач, большой друг нашей школы.

Уйбо увидел ясные голубые глаза, высокий чистый лоб, светлые волнистые волосы, оттенявшие смугловатое, слегка насмешливое лицо доктора.

Ответив Уйбо холодным полупоклоном, он, не считая нужным вступать с ним в разговор, тут же простился.

— Я загляну к Альберту, — сказал он Ребане, — попробую на часок вытащить старика на свежий воздух.

— Как это любезно с вашей стороны, доктор! — с благодарностью ответила Ребане. — Смотрите же возвращайтесь к ужину…

Руммо ушел по коридору. Уйбо проводил его хмурым взглядом.

— Доктор обаятельный человек, — уловив взгляд учителя, заговорила Ребане, — он лучший врач волости. В нашем медвежьем углу такие люди большая редкость. Если хотите, я познакомлю вас с ним поближе. В субботу вечером брат моего мужа, Альберт, отмечает свое пятидесятилетие. По случаю этого маленького семейного юбилея мы устраиваем скромный вечер. Просим вас в гости. Приглашен весь преподавательский коллектив. Там вы со всеми и познакомитесь. Кстати, Альберт тоже в прошлом педагог. Если бы не паралич, он и теперь работал бы, но увы… с тех пор как мы на острове, бедняга не поднимается с кресла. Здесь ужасный климат для него. Просто ужасный! — Ребане вздохнула. — Итак, приходите вместе с нами поскучать, — с печальной улыбкой прибавила она.

— Непременно приду. Я очень признателен вам. Только я не знаю, удобно ли… — начал Уйбо.

— Полноте, — перебила она, — в нашей глуши мы рады каждому новому человеку… Пойдемте, я познакомлю вас с директором и, кстати, покажу школу.

Приветливо улыбаясь, с достоинством неся красивую голову, она, как строгий, деловой хозяин, повела учителя по коридору, показывая ему классы, мимоходом расспрашивая, как он доехал, сожалея при этом, что его не могли встретить в аэропорту, так как телеграмма о его приезде пришла в школу всего час назад.

Беседуя с Уйбо, Ребане поглядывала на него с затаенным любопытством. Высокий рост, суровые черты лица, спокойный открытый взгляд, неторопливые движения выдавали в нем островитянина, однако по легкому акцепту Ребане без труда определила, что Уйбо — житель южных провинций Эстонии.

— Вы жили в Валга? — неожиданно спросила она его.

— Я там родился, — удивляясь ее проницательности, ответил Уйбо. — Последние два года я работал в Эллине и, по всей вероятности, продолжал бы работать и теперь, если б не внезапный отъезд инспектора Ояранда в Москву.

— Вы знакомы с инспектором? — поинтересовалась Ребане.

— Нет. Но, насколько мне известно, инспектор должен был прибыть сюда в связи с письмом директора Филимова. Вы, вероятно, знаете…

— Да, я знаю об этом, — вздохнула Ребане. — В школе действительно не хватает учителей. Программы, которые присылает нам Таллин, трудны и неприемлемы, они рассчитаны, видимо, на русские школы. Собственно, все это и понудило Филимова просить о своем освобождении от обязанностей директора. Боже, когда только кончится это ужасное время! — с глубокой грустью пожаловалась она.

Уйбо промолчал.

Увидев в коридоре седоволосую полную женщину со связкой ключей, Ребане остановила ее:

— Любезная Тедер, к нам из Таллина приехал новый учитель. Позаботьтесь, пожалуйста, чтобы его лучше устроили.

Старушка, с простоватым любопытством оглядев приезжего, улыбнулась ему:

— Гостю будем рады, не обидитесь на нас.

— Это наш завхоз, — запоздало отрекомендовала ее Ребане. — Муж ее работает в школе истопником, старожил здешний. Кстати, вас, может быть, интересует история графа Людвига? Старик Яан расскажет вам о нем много любопытного. Этот замок действительно принадлежал графу, разговоры же о том, что он был пиратом, очевидно, вымысел. Граф оказывал помощь кораблям, которые в то время нередко разбивались у скалистых берегов острова, и, как полагалось тогда по морским обычаям, часть спасенного груза брал себе. Впрочем, я отвлеклась… Скажите, Тедер, — снова обратилась Ребане к старушке, — учитель Кукк вернулся наконец из своей поездки?

— Нет, мадам Ребане, как с утра уехали, так до сих пор еще не возвращались.

— Гм… В чем же дело? Учитель Кукк всегда отличался точностью.

Попросив Тедер известить ее, когда учитель Кукк вернется, Ребане повела Уйбо в кабинет директора, поясняя ему, что Кукк уехал за учебниками в сарьякюласкую школу, которая находится в километре от аэропорта. Уже несколько раз приходила справляться о нем обеспокоенная жена, а его все нет и нет.

Они вошли в дверь с табличкой «Директор».

Филимов был один. Взъерошив седые волосы, он, сидя за столом, что-то сосредоточенно чертил на широком листе бумаги с заголовком «Расписание уроков».

— Черт побери, Кярт, — добродушно заворчал он, не обращая ни малейшего внимания на Уйбо, — мне легче составить лоцию всего балтийского побережья, чем заткнуть дыры в этой сетке!

Ребане рассмеялась:

— Оторвитесь же на минутку, директор. К нам приехал учитель географии Александр Уйбо.

Подняв голову, Филимов с минуту ощупывал учителя внимательным взглядом, затем встал, будто клещами, сжал ему руку и густым простуженным басом прогудел:

— Очень рад видеть вас, Александр Уйбо. Прошу, прошу…