Читаем без скачивания Кларки первый и единственный - Кирилл Сомов

— Дурдом. – внятно сказал Чурсин. – Возвращайтесь к машине, конец связи.

И тут же его рация приняла очень тихий и слабый сигнал от Сивого:

— Шеф, слышно меня?..

Глава двенадцатая

Где же все-таки наши герои? Посмотрим, что произошло в доме всего за полчаса до прихода спецгруппы Чурсина...

— Валька, проснись... – Кларки осторожно тряс мальчика за плечо, — да проснись же, ну...

— А, что? – вскинулся Валька, — что случилось?

— Я должен уйти сейчас. — грустно зашептал кентаврёнок – давай прощаться.

— Ты чего это надумал, — окончательно просыпаясь, чуть не заорал Валька, но с трудом сдержался. – Никуда я тебя не пущу!..

— Вот, посмотри, — Кларки протянул талисманчик.

Тонкий бирюзовый лучик снова бил в полную силу, на этот раз не пропадая.

– Он показывает дорогу к той пещере, значит, я должен туда идти.

Валька мигом все понял, вскочил, натянул шорты, рубашку, взял курточку, на всякий случай. Кларки молча следил за его действиями, потом все же спросил:

— А ты куда собираешься? Со мной, что ли? Даже и не думай. Что твои родители скажут?

Не отвечая на наивные вопросы, Валька пробрался к столу, снова на обороте одного из снимков набросал несколько слов, наверное записку для мамы.

Потом он, осторожно переступая через спящих на полу, прошел к выходу, взял там свой рюкзачок, сунул в него пару банок «завтрака туриста», фонарик, взял из кучи железа маленький, но тяжеловатый автомат (мало ли, пригодится в дороге), повесил его на плечо, поманил за собой Кларки и выскользнул за дверь.

Его отец у костра сладко спал, низко склонив голову, «калашников» валялся у его ног (приходи, кто хочешь, бери, что можешь)

Беглецы, стараясь не шуметь, пробрались к лесу.

Как назло, ярко светила предательница-луна, и Сивый все отчетливо разглядел. Был, конечно, приказ следить за домом, но он знал, что шефу нужен именно этот кентаврёнок. И приказ был нарушен.

Выдерживая интервал шагов в полсотни, Сивый двинулся за мальчишками.

Талисман исправно выполнял роль компаса, держал направление четко.

— Валька, но ведь далеко, — сделал последнюю попытку Кларки, — ты же можешь не дойти.

— Ничего, ты меня донесешь, не бросишь же зверям на съедение... — бурчал Валька, невыспавшийся, продрогший и очень недовольный путешествием.

Лес был наполнен звуками, то филин ухнет чуть ли не над ухом, то пробежит кто-то, ломая ветки, кого-то ели, а кто-то ел сам. Однажды было слышно даже громкое хриплое рычание неизвестного хищника.

Но, как ни странно, на них никто не напал, должно быть сработал лесной телефон, после той встречи с рысью.

Благодаря амулету, расстояние сократилось чуть ли не вполовину, шли ведь по прямой.

Скалы нависли над мальчишками как-то неожиданно, темной грудой отделив от лунного света.

Теперь стрелка указывала вверх. Первым двинулся Кларки. Он осторожно пробовал копытами каждый камешек, а руками придерживался за скалу. Наконец они вошли в пещеру. Темнота была хоть глаз выколи.

Валька присветил фонариком. Никого, ни живых, ни мертвых, ни людей, ни животных.

Внезапно лучик погас.

— Что случилось? — не решаясь говорить громко, прошептал Валька.

— Не волнуйся, надо код снова набрать.

— Вот я дурак, я же забыл листок взять с расшифровкой!..

— Ничего, я помню код, сейчас... Так, сначала подгоняем пять значков одинаковых, теперь нажимаем красный, синий, два желтых, синий... Есть!

И правда, Сивый, притаившийся у входа, увидел, как блеснул голубоватый лучик, затем раздался гул, приглушенный грохот и одна из стен в пещере сдвинулась с места, ушла в сторону, открыв довольно широкий проход. Вот это номер!

Мальчишки, потоптавшись у входа, нерешительно шагнули внутрь, прошли пять-шесть шагов. Сивый уже нацелился проскользнуть вслед за ними, но скала вдруг снова шевельнулась, задрожала и закрылась прямо перед его носом. Он так и сел на землю. Облом-с... Придя в чувство, Сивый стал дозваниваться до шефа...

Бойцы сложили в багажник собранное в сторожке оружие, сели рядом с «мерсом», закурили в ожидании дальнейших указаний.

Генрих Янович слушал доклад Сивого, с трудом вылавливая среди треска и помех смысл.

— Понятно, – сказал он, хотя ни черта понятно не было. – Включи «маячок» и жди нас, скоро будем, конец связи. Парни, в машину.

Переключив рацию на пеленг, он сам пересел за руль. Но на машине проехать не удалось, первый же каменный завал остановил их. Пришлось пробираться пешком. Постепенно сигнал становился все громче и отчетливей. Вскоре заметили мигающий огонек между скал, это Сивый подавал знак фонариком.

Поднявшись, Чурсин вновь выслушал сбивчивый рассказ, подошел к стене, пощупал, стукнул пару раз кулаком, ругнулся по-немецки:

— Доннерветтер!

Почти всегда равнодушно-спокойный, на этот раз он был настолько взбешен, что даже губы побелели.

— Взрывать будем? — деловито поинтересовался старший группы.

— Кой черт тут взрывать! Хотя... Ладно, вы двое, остаетесь до утра, пришлю замену. Ждите, может вернутся пацаны все-таки. Пошли обратно. – бросил Чурсин остальным.

В полном молчании вернулись к брошенной машине и отправились к Сурику на ковер.

В сторожке просыпались медленно, с трудом.

— Вроде и не пили вчера почти, а голова трещит... — жаловался Дмитрий, с трудом поднимаясь.

— А я совсем не пила, — заявила мама, — а голова словно чугунок, и подташнивает. Похоже на отравление угарным газом.

— Печку я зимой только растапливаю, летом ни к чему. — ответил Павел Егорович, прикладывая к виску холодную жестяную кружку. – Гляньте, оружие пропало! Видать, ночью гости у нас побывали.

— А где Валя? – в первую очередь у матери всегда дети, а не какие-то железки.

— И кентаврёнка нашего нет, неужели... Нет, не может быть! — прервал сам себя Павел Егорович.

— Что, что, говорите! — затормошила его Ольга Николаевна.

— Давайте сначала поищем, потом будем выводы делать.

— Смотрите, здесь записка! — Дима держал в руках листок.

Ольга Николаевна выдернула его, пробежала глазами, потом прочитала вслух:

«Мама, папа, ни волнуйтесь. С нами все в порядке мы идем в ##### (зачеркнуто) Скоро вернемся, ни волнуйтесь»

— Куда они идут? Что это значит все? Где их искать? — спрашивала Ольга Николаевна.

— Догадываюсь, что к скалам они направились, в пещеру. Я знаю, где это. — попробовал успокоить ее дядя Павел.

Они вышли на воздух, заметили лежавшего на земле Станислава Валентиновича, уже просыпающегося. Когда он узнал о пропаже сына, первым же его порывом было бежать к этим скалам.

— Ну что же, пойдем на поиски — не стал спорить Павел Егорович и к скалам отправилась уже третья группа.

Двое бойцов, оставленных у пещеры, заметили старых знакомых. Приказа открывать огонь по прежнему не было. Ладно, пусть живут.

— Стой, проход воспрещен! Назад! Военный объект! — спецназовец поднял автомат, щелкнул затвором.

— Там наши дети — попыталась ему объяснить Ольга Николаевна.

— Ничего не знаю, у нас приказ! Уходите поживей!

Спустившись вниз, устроили военный совет.

— Надо все таки милицию подключать — сказал Павел Егорович.

— Как хотите, но я остаюсь здесь! — решительно заявила мама.

— Кто-то должен отправится в деревню. Дмитрий, может быть, вы?

— В принципе, я не против.

— Отлично. Мы втроем остаемся, а вы разыщите Дмитрия Матвеича, Афанасьева, это участковый наш. Ну или другого кого.

На том и порешили, Дмитрий отправился в деревню, если быстрым шагом, то часа за четыре обернется. А остальные стали ждать развития событий.

Глава тринадцатая

Стена с приглушенным скрежетом закрылась за спинами у мальчишек. Перед ними оказался широкий, метра в три, коридор. Как ни странно, темноты не было, свет исходил из ниоткуда, возможно, от самих стен. Мягкое, ровное свечение заполняло все, проникало в саму душу, успокаивало и расслабляло.

Но все равно было немного жутковато.

Кларки обернулся, поглядел на стену, не осталось ни малейшей трещины. Он снова открыл медальон (после того, как он был открыт иглой, талисманчик перестал защелкиваться наглухо и открывался уже легко, с помощью ногтя) , набрал код, но дверь не открылась. Должно быть, ключ действовал только в одну сторону.

Делать нечего, придется идти вперед.

Настороженно, медленно переступая, Кларки двинулся первым. Пол мягко пружинил под копытами, он был уложен квадратными плитами, совсем не похожими на камень. Валька даже присел, пощупал одну плитку ладонью. Материал был теплым, упругим, податливым, ни на что не похожим.

Постепенно ребята осмелели, шаг стал шире. А еще через несколько минут им стало скучновато, однообразные стены, мягкий свет, все это приводило в полудремотное состояние.