с культом домашнего очага, где он чувствует себя свободно и комфортно. В русской печке он может отдохнуть от своих дел и даже немного поспать. Хозяевам дома он в это время ни забот, ни хлопот старается не доставлять, только пламя в печи вдруг вспыхнет ярче, да облачко сизого дымка легко выпорхнет в трубу.
Появится на свет он может, если в течение девяти дней человек будет высиживать его на печи. В древних преданиях восточных славян говорится, что Рарог появился из золотого яйца, снесённого Мировой Уткой. Его сёстрами являются райские чудо-птицы Алконост и Гамаюн. Более того, Рарог считался вариантом инкарнации бога Семаргла, воплощавшего огонь.
Среди пламенных божеств он особенно выделялся — прекрасный огненный сокол. Он непосредственно связан с очагом и почитанием огня. В этом проявляется качество Рарога как светлого бога, связанного с огнём и солнцем. Главным призванием света было изгнание мрака и всех, кто обитал в нём. А значит, Рарог привлекал всё самое хорошее, отпугивая злых духов и беды.
Несмотря на то, что у Рарога основной облик птичий, он способен менять внешность и ипостаси. Предания рассказывают, что он мог превращаться и в волка, и в огнедышащего дракона. Он воплощал огонь в самых разных его ипостасях — от тепла и света очага до сияния солнца. Чаще всего он появлялся в виде птицы, излучающей свет и выдыхающей искры. Впрочем, иногда Рарог принимал и иные облики. К примеру, в некоторых преданиях говорится, что он мог стать драконом или огненным вихрем. Этот бог имел непростой характер.
Гуси-лебеди
Гуси-лебеди — птицы не простые, а со смыслом. В сказках часто именно они служат Бабе-Яге, крадут детей по её велению. Иногда она их морит голодом, пока они не принесут ей хорошую добычу, лакомый кусочек.
И гусь, и лебедь — это солярные символы: древние люди с их прилётами и отлётами связывали приход весны или наоборот зимы. Известно, что Аполлон, бог Солнца в античной мифологии, летал на лебедях. Гуси — спасли Рим. И гусь, и лебедь — птица-проводник в мир умерших.
Водоплавающие птицы издавна пользовались особым почтением у славян, поэтому они наряду с соколом, ласточкой и голубем часто используются в древней символике. О них слагали ритуальные песни, что «летят де гуси-лебеди через сад-виноград и роняют обручальные кольца», предсвадебные причитания о сговоре сватов жениха и невесты и, собственно, свадебные песни. Серый гусь обычно сравнивался с женихом, тогда как невеста, конечно, с белой лебедью.
Но все же разница между ними есть, и она существенная. Гуся нашим предкам удалось приручить, одомашнить, потому он чаще символизирует домашние и женские сферы жизни, а лебедь так и остался диким, отражая дух независимости, некоего благородства, изящества. Гуся употребляли в пищу, а стрелять в лебедя считалось большим грехом. В этой мифологической стае дикая птица противопоставляется домашней, как род жениха противопоставляется роду невесты, и объединяется в одной совокупности. Данный союз противоположностей позволяет им жить в двух мирах — обыденной проявленной Яви, как туси, и далеком мире небытия — Нави, как лебеди.
Мананнан Мак Лир
В ирландской и кельтской мифологии часто рассматривается как чайка, является богом моря. Вторая часть имени которого (Мак Лир) буквально означает «сын моря».
Этот бог является идеальной ассоциацией с чайкой, поскольку эти умные птицы часто соперничают друг с другом в уловках, например, воруют добычу или просто играют в игры. К Мананнану обращаются в надежде на обильную рыбную ловлю и безопасный морской поход.
Морриган
Ирландская богиня войны, охоты и битвы, связана со смертью и защитой от неё. Сама она не принимала участия в сражениях (в отличие от древнегреческого Ареса), богиня неизменно присутствовала на войнах. Именно потому противоборствующие стороны взывали о помощи к Морриган. От её благосклонности зависел исход боя.
Богиня изображалась высокой женщиной с копьями в руках. Порой она может появиться перед героями и воинами в облике прекрасной девушки, облачённой в зелёный наряд.
Соблазнительная красавица вдохновляет мужчин на подвиги, может подарить победу в битве. Также Морриган могла обратиться в волка или собаку, корову, покалеченную старуху. Легенды рассказывают, что голос Морриган во время сражения мог быть громче, чем клич тысяч воинов. Богиня обладала огромной властью и силой.
На поле боя Морриган определяла исход битвы, выбирая сторону, которой дарила победу. Вероятно, именно поэтому на некоторых изображениях она показана черноволосой девушкой, стоящей на двух берегах реки одновременно.
Эта богиня часто рассматривается как ворона, а ворона, пролетающая над полями битвы, считается положительным предзнаменованием. Вороньи перья или символы могут использоваться в качестве удачных предсказаний для оружия в честь Морриган.
В кельтских преданиях часто рассказывается о появлении Морриган перед знаменитыми героями. Так, например, перед сражением она явилась королю туатов, Нуаду. Морриган приняла облик загадочной и прекрасной женщины, что провела ночь с Нуаду. На рассвете незнакомка разожгла пламя ярости и силы в короле, наделив его отвагой истинного воина, необходимой для победы. После этого красавица превратилась в ворону и облетела поле будущей битвы. Лишь в тот момент Нуаду осознал, что с ним была сама Морриган, великая покровительница войн и богиня смерти.
Буревестник
У коренных народов Северной Америки эта мифическая фигура распространена во многих легендах, в том числе у племён Лакота, Оджибве, Одава, Алгонкин, Сиу, Меномини и Кович. Громовержец был сверхъестественной птицей, чьи крылья породили гром и ветер грозовых штормов, и из глаз птицы исходили искры. Эта птица считалась оборотнем и часто изображалась на тотемных предметах.
Для многих жителей Северной Америки слово «буревестник» ассоциируется с великой птицей, живущей высоко в горах. Она была самым сильным из всех духов — олицетворением главы племени. Только самые сильные и влиятельные вожди выбирали буревестника для изображения на своём гербе.
Когда буревестник был голоден, он ел китов. Согласно одной из легенд,
