Читаем без скачивания Кровавая работа - Майкл Коннелли

— Точно-точно. Вам сделали пересадку сердца, так?

Маккалеб снова кивнул. Ему было хорошо известно, что детали личной жизни способствовали непринужденной обстановке. В конце концов они приступят к делу. Во всяком случае, Терри заметил, что Уолтерс уже бросил взгляд на его пакет с пончиками, все еще стоявший на столе.

— Ребята, может, съедим по пончику? Чего они зря пропадают. Я сам еще не завтракал, так что присоединяйтесь.

— Я совсем не возражаю, — сказал Уолтерс.

Подойдя к столу, он открыл пакет и в нетерпении посмотрел на своего напарника. Выражение лица Арранго словно застыло. Между тем Уолтерс с удовольствием принялся жевать пончик, покрытый глазурью, Маккалеб взял с корицей, и тут Арранго сломался, неохотно взяв пончик с сахарной пудрой. Они ели молча, пока Маккалеб не засунул руку в карман куртки и не вытащил пачку салфеток, захваченных в той же кондитерской, что и пончики. Он бросил пачку на стол, и все потянулись за салфетками.

— Так, значит, пенсии Бюро по болезни хватило ненадолго и вам пришлось заняться частным сыском, а? — спросил Уолтерс с полным ртом.

— У меня не контора по частному сыску. Сестра Глории — моя знакомая. Я же сказал, что за эту работу мне не платят.

— Знакомая? — переспросил Арранго. — Вы повторили это уже два раза. Итак, откуда вы ее знаете?

— Я живу на лодке в гавани. Как-то встретил ее на пристани. Она тоже любит лодочные прогулки. Вот так мы и познакомились. Я рассказал, что работал в Бюро. Узнав об этом, она попросила меня заняться делом ее погибшей сестры. Это что, запрещено?

Если бы Маккалеба спросили сейчас, почему он придумал эту небылицу, он вряд ли смог бы дать внятный ответ. Кроме того, с самого начала Арранго вызывал у него резкую антипатию, и потому ему просто не хотелось рассказывать правду о том, как он познакомился с Грасиэлой Риверс.

— Ладно, — продолжил Арранго, — я не знаю, чего она там наговорила, а я просто повторю, лично для вас, агент, что это было обычное магазинное ограбление. И никаких тут тебе Чарльзов Мэнсонов или хреновых Тедов Банди и прочей мрази. Не бином Ньютона. Просто какой-то придурок натянул маску на рожу, схватил в руки пушку, и — бац! — из чьей-то головы вылетают мозги. И все это делается ради нескольких долларов. В общем, это совсем не то, чем вы привыкли заниматься. Вот что я хочу сказать.

— Это мне и так известно, — ответил Маккалеб. — Я просто пообещал ей, что проверю, как идет дело. Ведь прошло уже два месяца, так? Вот я и подумал, может, свежий взгляд тут не повредит и вы не будете возражать, так как тратить время на это дело вам недосуг.

Уолтерс эту приманку проглотил легко.

— С тех пор наша группа продвинула уже четыре дела, и последние две недели Эдди не вылезает из суда в Ван Найсе, — пояснил он. — А вот с делом Риверс…

— Оно продвигается, — перебил напарника Арранго.

— Конечно. Разумеется, — Маккалеб перевел взгляд с одного полицейского на другого.

— Кроме того, мы не практикуем вмешательство разных любителей в работу по незавершенным делам.

— Любителей? — удивленно сказал Терри.

— А кого же? У вас нет ни служебного жетона, ни удостоверения, и для меня вы — любитель.

Маккалеб предпочел пропустить оскорбление. Он понимал, что Арранго таким способом принимает защитные меры. Однако решил немного надавить на этого надувшегося, словно индюк, полицейского.

— Насколько я знаю, это инструкция, к которой вы прибегаете, когда вам удобно, — сказал он. — Но ведь я и в самом деле могу оказать вам реальную помощь. Я не собираюсь подставлять вас, ребята. Ни в коем случае. Если я раскопаю что-то новое, то приду с этим к вам в первую очередь. Подозреваемые, зацепки, улики. Мне нужна только кое-какая помощь с вашей стороны, и все, — сказал Маккалеб.

— Любопытно, какая именно? — спросил Арранго. — Как вы слышали от моего разговорчивого партнера, мы тут вроде как заняты.

— Дайте мне копию дела. Если у вас есть видеозапись, ее тоже. Я повидал много мест преступления. Это моя специальность. Я мог бы действительно вам помочь. Просто сделайте для меня копии того, что у вас имеется, и я вас больше не потревожу.

— Судя по тому, что ты несешь, мы тут по уши в дерьме сидим. И из этого дерьма, как по мановению волшебной палочки, должна появиться копия проделанной нами работы. И все потому, что ты федерал — а умники федералы всегда все делают как надо. Это всем известно.

Маккалеб от души рассмеялся, покачав головой. Он подумал о том, что надо было сразу сматывать удочки, как только он увидел этого мачо с «пушкой» на плече. И все-таки Терри сделал еще одну попытку.

— Нет, я имею в виду только то, о чем говорю. Я понятия не имею, упустили вы что-нибудь или нет. Но я много сотрудничал с Управлением полиции Лос-Анджелеса, и если уж на то пошло, то я бы скорее сказал, что вы ничего не упустили. Все, что я говорил и повторяю сейчас, заключается в одном. Я пообещал Грасиэле Риверс по возможности все проверить. Скажите честно, она часто вам звонит?

— Сестра убитой? Даже слишком часто. И в начале недели, и в конце недели, и каждый раз я сообщаю ей одно и то же — подозреваемых нет, зацепок тоже, — удрученно проговорил Уолтерс.

— Но у вас есть подозрения, что нечто произойдет, так? И тогда у вас появятся новые улики?

— Вполне возможно, — пожал плечами Арранго.

— Ну, по крайней мере, вы могли бы снять с плеч эту обузу. Если бы вы показали мне дело Торрес, я бы поехал к ее сестрице и рассказал, что вы, парни, сделали все, что могли, и несчастная девушка успокоилась бы. Мне бы она поверила, уверяю вас, — очень серьезным тоном произнес Маккалеб.

Оба полицейских молча смотрели на него, не произнося ни слова.

— А что вы, собственно, теряете, если покажете мне копии? — дожимал Маккалеб.

— Любой вид сотрудничества мы должны обговаривать с лейтенантом, — сказал Арранго. — Мы не имеем права отдавать копии расследования кому-либо без разрешения начальства, так что не в инструкциях дело. Вообще-то, вы тут облажались, спец. Прежде чем появиться в нашем отделе, вам надо было поговорить с лейтенантом. Вы же отлично это знаете. Вы нарушили протокол.

— Да, ваша правда, — сказал Терри. — Я хотел зайти к нему, когда приехал в отделение, но мне сказали, что лейтенант на совещании в Долине.

— Да, точно, — усмехнулся Арранго, поглядывая на часы. — И скоро должен вернуться. Так, говорите, вы спец по всяким местам преступления?

— Ну да. Если у вас есть кассета, я бы не прочь посмотреть.

Арранго и Уолтерс переглянулись, потом Арранго сказал:

— У нас есть кое-что лучше, чем запись с места преступления. У нас есть преступление.

Арранго отодвинул стул ногой и встал.

— Пошли, — сказал он. — И не забудь прихватить свои пончики.

5

Открыв ящик письменного стола, втиснутого между другими такими же столами, он вытащил оттуда видеокассету. А потом они вышли из отдела убийств и прошли через распахнутую дверь стойки Главного отдела расследований дальше по коридору. Маккалеб сообразил, что они направляются в офис Баскерка, который до сих пор пустовал. Оставив пакет с пончиками на стойке, Терри последовал за полицейскими.

В одном углу комнаты, куда они вошли, стоял высокий стальной шкаф на колесиках. Такие шкафы ставили обычно в учебных комнатах или залах для совещаний. Когда Арранго открыл шкаф, внутри оказался телевизор и видеомагнитофон. Он включил оборудование и вставил кассету.

— Ну, поглядите и скажите нам, чего мы там не заметили, — сказал Арранго, не глядя на Маккалеба. — А потом, возможно, мы замолвим за вас словечко перед лейтенантом.

Промолчав, Маккалеб встал напротив экрана телевизора. Арранго нажал на кнопку, и на экране появилось черно-белое изображение. Терри увидел обзорный вид маленького магазина, где обычно продают товары первой необходимости. На экране был виден план магазина со стороны входной двери непосредственно перед прилавком.

Сверху прилавок был стеклянным, и на нем лежали коробки с сигарами, дешевые фотоаппараты, батарейки и прочие товары разового пользования. Внизу экрана виднелась полоса, показывающая дату и время. Потом какое-то время на экране ничего не было, а затем в нижнем левом углу появилась седая голова человека, наклонившегося над кассовым аппаратом.

— Это Чан Хо Кан, владелец магазина, — пояснил Арранго, тыкая масленым пальцем в экран телевизора. — Его последние секунды жизни на этой хреновой планете.

Кан стоял перед открытым ящиком кассового аппарата. Он разбирал четвертаки на прилавке, а затем переложил их в соответствующую секцию ящика кассы. В тот момент, когда он задвигал ящик, в кадре появилась женщина. Обычный покупатель. Маккалеб тут же узнал ее по фотографии, которую показывала ему на катере Грасиэла Риверс.