В разговор снова вступил Таг Дермотт:
— И не только Багамы. К услугам тех, кто не желает ехать в такую даль или не переносит багамского климата, средиземноморский остров Мальта. Его тоже со всеми потрохами скупили наши приятели из «Всякой всячины», и законы там такие же, как на Багамах. Я вроде бы слышал, что подобную операцию собираются проделать и с островом Макао — это рядом с Гонконгом.
Рекс Бадер присвистнул.
— И с ними никто не справится?
— А как? — вопросом на вопрос ответил Микофф. — Законов они не нарушают. В Штатах они об этом и не помышляют. Где бы они ни действовали, они поступают согласно законам. Правда, на Багамах и на Мальте они сами эти законы и выдумали. Поймите, Бадер, чем крупнее преступление, тем меньше в нем от преступления. Нынешние преступники способны купить закон.
— Так вот почему мисс Анастасис не нужно всемирное правительство, — задумчиво произнес Рекс.
Брови его собеседников вопросительно поползли вверх.
— Зря я это сказал, — проговорил Рекс. — Пускай я отказался от работы, но все равно это нарушение доверия.
— Как сказать, Бадер, — заметил Микофф.
— Я не имел в виду доверие мисс Анастасис.
— Мы знаем, что вы имели в виду, Бадер.
Рекс поглядел на своих визави.
— Ну что ж. Пора заняться и нашими делами. Вам, как я погляжу, столько обо мне известно…
Микофф и Дермотт одновременно встали.
Джон Микофф сказал:
— Мы уполномочены передать, что завтра в десять утра вас будет ждать в своем кабинете в Октагоне Джон Кулидж.
— Джон Кулидж!
Дермотт кивнул:
— Именно так. Директор Всеамериканского бюро расследований.
3
В ту ночь Рекс Бадер спал плохо.
Дермотт и Микофф отказались что-либо пояснить.
Утром Рекса будет ждать в своем кабинете легендарный Джон Кулидж. Но зачем? По какому поводу?
На него нападают гангстеры, те самые мафиози, о которых он много читал, но в которых никогда до конца не верил. В самом факте существования подобной организации было нечто неправдоподобное. Ему предложили работу, скажем прямо, чрезвычайно выгодную, и не кто-нибудь, а человек, который явно занимает высокое положение среди американских должнократов. Почему? Кто-то, скорее всего Уэстли, переводит на его счет пять тысяч псевдодолларов. Опять-таки, зачем? Такая сумма перекрывает, и с лихвой, годовой заработок скромного частного детектива.
Ближе к рассвету Рекс задремал, но ненадолго. Синяки — следы профессиональных ударов Гарри и Луиса — зудели и свербели. Не помогли и те два или три стаканчика виски, которые он пропустил накануне вечером, расставшись с Дермоттом и Микоффом.
И вот в этом полубредовом состоянии ему в голову пришла интересная мысль.
Вообще-то Рекс Бадер не разделял расхожего мнения, будто во сне человека озаряют оригинальные, творческие идеи. Те мысли, которые во сне представляются грандиозными, на поверку при пробуждении непременно оказываются самыми заурядными. Однако в полудреме, в этом умиротворенном, покойном состоянии, когда мозг лениво решает, пора ли полностью просыпаться навстречу заботам грядущего дня или лучше вернуться обратно в тенеты сна, вполне возможно получить некий намек, который впоследствии преобразуется в действительно удачную мысль.
Рекс рывком сел и невидящим взглядом уставился на спинку кровати.
Потом встал, подтянул пижамные брюки — свое единственное и неизменное ночное одеяние, провел языком по губам в тщетной попытке избавиться от горького привкуса виски во рту и направился к телебустеру.
Зевая и почесываясь, он ввел запрос. Немного поразмыслив, сузил область поиска. Получив перечень ста крупнейших мировых корпораций, он затребовал список их высших должностных лиц, а затем — краткие биографии этих самых лиц с приложением фотоснимков.
И нашел Уэстли.
Его звали совсем не — вернее, не совсем — Уэстли.
Его звали Фрэнсис Уэстли Роже, и он был председателем совета директоров Международной корпорации средств связи. Главная контора этой фирмы находилась в Швейцарии, а филиалы были разбросаны по всему свету.
Рекс на мгновение прикрыл глаза: мысль, что он отверг работу, которую ему предлагал один из заправил мирового бизнеса, была нестерпимой. Пять тысяч псевдодолларов за несколько часов времени так называемого частного детектива, живущего на грани бедности! Если человек бросается такими суммами по пустякам, то…
Но тем не менее Темпл Норман был прав. Фрэнсис У.Роже не принадлежал к числу богатейших людей в мире. Без сомнения, он обладал властью и имел значительное влияние на деловые и правительственные круги, но, подобно миллионам других людей, работал по найму за зарплату.
Когда появились спутники связи и перестали быть чисто теоретической возможностью карманные видеофоны. Международная корпорация средств связи, или, как ее сокращенно называли, МСС, обошла по совокупной ежегодной прибыли даже Объединенную корпорацию автомобильных заводов. Ныне любой человек мог практически мгновенно связаться откуда угодно с кем угодно. По крайней мере так обстояло дело в постиндустриальных государствах Запада и в Советском комплексе. В отсталых странах Азии, Африки и Латинской Америки карманные видеофоны оставались пока привилегией образованных слоев общества. В Соединенных же Штатах не иметь при себе видеофон считалось мелким преступлением, ибо через этот аппарат федеральное правительство вступало в контакт с гражданами.
Из любопытства Рекс затребовал список фамилий всех должнократов МСС. Да, вот он, в самом низу, но именуется вице-президентом и специальным помощником председателя совета директоров. Темпл Норман.
Норман, Норман… Рекс Бадер задумался. Набрал код библиотеки, ввел фамилию автора — Густавус Майерс — и название книги — «История удач великих американских семейств», последнее, пересмотренное, издание. Клан Норманов, первые сведения о котором относились ко временам так называемых грабительствующих баронов американского бизнеса, изначально был связан с железными дорогами и средствами связи. Что ж, теперь, когда появились автоматизированные подземные скоростные шоссе, о железных дорогах никто и не вспоминает. А вот что касается средств связи, то тут Норманы по-прежнему на коне. Ага, и Темпл Норман упоминается: пра-какой-то там правнук Жюля Нормана, положившего начало семейному богатству в годы гражданской войны.
Ладно, хватит с нас Фрэнсиса У.Роже и Темпла Нормана. И вообще хватит.
Рекс Бадер прошел в ванную, намазал щеки и подбородок депилятором, постоял немного и стер крем с лица махровым полотенцем, которое затем выбросил в мусоропровод. Проделывая все эти процедуры, он размышлял о сущности растительности на лице. Что-то в этом такое есть… Мужчины издавна носят бороды, поэтому кожа восстает против каждодневного удаления волос. Но куда деваться? Вот если бы бороды снова вошли в моду…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
