— Потому что по такой дороге машины не ездят, — ответил Настя, чувствуя, как её настроение стремительно сваливается куда-то за отметку чёрная меланхолия.
Ко всему прочему Нюська, судя по всему, и вправду окончательно рассопливилась. Понимая, что лечить ребёнка нужно, но и оставаться в дырявом сарае они не могут, Настя в очередной раз вздохнула и, машинально переставляя ноги, погрузилась в невесёлые раздумья. Перед ней вставало сразу несколько вопросов, требовавших срочного разрешения. Первый: найти подходящее жильё. Пусть временное, но достаточно комфортное для ребёнка. Второй: срочно начать лечение ребёнка, во избежание осложнений с её здоровьем. И третий: понять, что происходит и что делать дальше? Точнее, как дальше жить?
Так и не найдя ответов на свои вопросы, Настя в очередной, неизвестно который по счёту раз вздохнула и, поправив свою поклажу, решительно зашагала дальше. Подозрительно покосившись на неё, Нюська шмыгнула носом и, поддёрнув курточку, припустила следом за матерью. Услышав за спиной звучные шлепки, Настя опомнилась и, сбавив шаг, бросила через плечо:
— Нюра, по лужам не шлёпай. И так простужена.
— А тут другой дороги нету. Везде лужи, — вполне резонно возразила Нюська и, не дожидаясь ответа, поскакала дальше.
— Не беги, устанешь. Нам ещё далеко идти, — попыталась остановить её Настя.
— Как далеко? — тут же развернулась к ней дочка.
— Очень далеко, — вздохнула Настя.
— Очень-очень? — не унималась Нюська.
— Очень-очень. Так что береги силы. И вообще это не прогулка, это бегство, так что старайся держаться поближе ко мне и не щёлкай клювом.
— Я не ворона. У меня не клюв, а рот. И мне просто скучно, — ответила Нюська и, развернувшись, зашлёпала дальше.
Понимая, что спорить и что-то доказывать в данной ситуации глупо, Настя решила промолчать, в глубине души надеясь, что ей скоро надоест скакать по лужам и, успокоившись, девочка пойдёт рядом. Её надежды оправдались, но не так, как ей бы хотелось. Устав скакать, Нюська пристроилась рядом и, ухватившись за рукав куртки, принялась задавать вопросы. Этот словесный поток выматывал Настю не хуже долгого перехода. Но отвечать она была просто вынуждена. Это помогало отвлечь ребёнка от монотонности дороги, серости погоды и её собственной усталости.
Но и сама Настя уставала от этого допроса не меньше, чем от переноски тяжестей. Заметив сквозь пелену дождя силуэты каких-то строений, Настя насторожилась и, коротко приказав Нюське придержать язык, осторожно двинулась в сторону замеченного поселения. Больше всего Настя боялась снова столкнуться с людьми. В памяти сразу всплыла история с ограблением и счастливым избавлением от бандитов, так что к деревне они подошли изрядно напряжёнными. Собравшись с духом, Настя постучала в двери ближайшей избы и, не услышав ответа, толкнула её.
Дверь открылась с душераздирающим скрипом, словно стараясь всем своим существованием проиллюстрировать сцену к фильму ужасов. Окликая хозяев, Настя осторожно просочилась в сени и, не дождавшись ответа, устало присела на лавку у стены. Пристроившись рядом, Нюська задумчиво огляделась и, вздохнув, тихо спросила:
— Мам, а мы тут останемся?
— Пока не знаю, милая, — вздохнула Настя. — Вот вернутся хозяева, там видно будет.
— А кто тут живёт?
— Понятия не имею. Но, судя по сеням, человек он аккуратный.
— А чего мы ждём? Когда хозяева придут?
— Да. В дом мы входить не будем, чтобы не рассердились. Тут посидим. И в дом не лезем, и не под дождём. Даже если прогонят, хоть обсохнем немного.
— А долго нам ещё ждать? — не унималась Нюська.
— Не знаю, милая. Пока хозяин не придёт.
— А если он совсем не придёт?
— Почему это он не придёт? — не поняла Настя.
— А может, он такой же, как мы. Этот самый, бегленец.
— Беженец, — автоматически поправила Настя. — Ох, не каркай, Нюська. С чего вдруг человек из целого дома убегать будет?
— А если…
— Отстань, Нюська. Сил моих больше нет. Лучше присядь и отдохни, а то кто знает, что тут за хозяин. Возьмёт и выгонит на улицу.
— А зачем ему нас выгонять? Мы же ничего плохого не сделали? — возмутилась девочка.
— Разные люди есть, Нюта. Кто-то пожалеет, а кто-то и прогнать может, — вздохнула Настя, устало откидываясь на стену.
Пробурчав себе под нос что-то неразборчивое, Нюська уселась на лавку и, пристроив голову на колено матери, затихла. Усталость сморила обеих, заставив уснуть там, где присели. Проснулась Настя от жуткой боли в затёкшем теле. Осторожно сняв голову дочери с бедра, женщина со стоном поднялась на ноги и, кое-как разогнувшись, принялась растирать ноющую поясницу. Придя в себя, Настя выглянула в пыльное окошко и, убедившись, что на улице глухая ночь, решилась.
Подойдя к дверям комнаты, она осторожно потянула её на себя, открывая буквально по миллиметру, чтобы не разбудить дочку скрипом несмазанных петель. Пробравшись в комнату, она достала из кармана кухонную зажигалку и принялась рассматривать дом в неровном свете её пламени. Как оказалось, Нюська была права. Судя по слою пыли и почти пустым комнатам, люди отсюда куда-то уехали. Заметив сложенные у печки дрова, Настя решительно распахнула железную дверцу и принялась хозяйничать.
* * *
До городских развалин Димка добрался на четвёртые сутки своего похода. Разглядев сквозь пелену бесконечного дождя мрачные руины, парень растерянно вздохнул и, машинально поправляя автоматный ремень, проворчал, оглядываясь на стоящего рядом кобеля:
— Очень весело. И куда нам теперь идти?
Судя по развернувшейся перед ним картине, от города остались одни воспоминания. Задумчиво рассматривая бренные останки, Димка пытался решить, что делать дальше. Самое неприятное, что в этих развалинах не мелькало ни одно живое существо, словно и жители, и домашние животные, и даже вездесущие крысы с голубями и воронами сбежали отсюда. Но дело есть дело, и Димке нужно было найти военкомат, чтобы определиться с дальнейшей собственной судьбой. Как ни крути, а, будучи на службе, он являлся собственностью государства.
Сняв автомат с предохранителя, Димка решительно шагнул в развалины. Теперь ему предстояло не просто найти нужное учреждение, а ещё и добраться до него живым и желательно невредимым. Все органы чувств парня сразу же обострились, словно он шагал по тонкому льду. Бесконечный шелест дождя убаюкивал и мешал слушать окружающую обстановку, но Димка не сдавался. Голова парня крутилась во все стороны так, словно у него вместо позвонков были шарниры. Шедший рядом с ним Султан, словно уловив его настроение, тоже насторожился.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
