— Не знаю такого, — тут Даша не покривила душой. Не то чтобы она забыла высоченного широкоплечего красавца с тяжелым взглядом. Но очень хотела это сделать. А до поры до времени просто задвинула воспоминания о нем на самое дно памяти. И поэтому не соотнесла названную ее собеседницей фамилию с кареглазым мачо, которого она так стремилась выкинуть из головы. Да и пара недель, прошедшая после их последней встречи, выдалась весьма напряженной. Впрочем, по-другому у нее редко получалось.
— Да? — удивилась собеседница. — А мне он вас рекомендовал как очень хорошего доктора.
— Тут он совершенно прав, — чем-чем, а ложной скромностью Дарья не грешила. — А в чем, собственно, дело?
— Да, понимаете… — Дина несколько растерялась от того, что разговор начался совсем не так, как она ожидала, — у меня срок подходит. Не могу пока определиться с выбором врача. Дмитрий вас рекомендовал как высококлассного специалиста и человека неравнодушного. Хотелось вы с вами встретиться и поговорить, — и, неправильно, истолковав тишину на другом конце провода, торопливо добавила волшебную фразу: — Деньги значения не имеют.
Не то, чтобы именно эта фраза повлияла на Дашино решение, но, несомненно, ее порадовала — с деньгами в последнее время было очень уж туго.
— Хорошо, завтра к восьми вечера приезжайте ко мне в отделение, я вас посмотрю.
— Нет-нет, — Дина была не готова к такому повороту событий. — Давайте для начала просто встретимся и поговорим. В неформальной обстановке. Я вам заплачу за консультацию.
В итоге они договорились, что Дина заедет за Дарьей к пяти часам в больницу.
Позже, оглядывая парковку, Даша сразу определила, на какой машине приехала ее потенциальная пациентка. Огромный, черный, «в хлам» тонированный джип (при своем полном автомобильном невежестве Даша, конечно же, не смогла определить модель) выделялся во дворе роддома как слон среди мосек. В подтверждение Дашиной догадки, из машины выбрался под стать ей огромный детина в черном, трусцой обежал вокруг и распахнул заднюю дверь, помогая сидевшей в машине женщине выбраться наружу. Даша подошла к машине как раз в тот момент, когда Дина Державина наконец сумела это сделать. Это была изящная, если не брать в расчет огромный живот, холеная брюнетка с тонкими чертами лица и выразительными темными глазами.
— Здравствуйте, вы Дина? — Дарья решила первой начать разговор.
— Да, это я, — отдуваясь, ответила та. — А вы — Дарья Александровна?
— Именно.
— Очень приятно.
— Взаимно, — Дарья бросила взгляд на Динин живот и спросила: — Двойня?
— Неужели так заметно? — изумилась Дина.
— А вы рассчитываете, что никто не заметит ваш живот?
Дина рассмеялась:
— Нет, я имею в виду, неужели по форме живота можно визуально определить, один ребенок или два.
— По форме — нет. А вот судя по размеру, у вас там или пятикилограммовый богатырь, или двойня.
— Понятно. Ну что, поедем? — Дина сделала приглашающий жест рукой.
— Куда?
— Ну, посидим где-нибудь, кофейку попьем, пообщаемся.
— Я — с удовольствием попью, — согласилась Дарья, — а вам рекомендую ограничиться зеленым чаем.
В итоге расположились они в кофейне под романтическим названием «Ля Мур». Впрочем, никакими влюбленными там и не пахло, в основном мамы с детьми, да за соседним столиком пара бритоголовых серьезных мужчин о чем-то яростно спорила, периодически повышая голос.
Дина уже определилась с заказом и, пока Дарья изучала меню, в свою очередь, незаметно разглядывала ее. Доктор Медведева разительно отличалась от врачей, с которыми ей приходилось иметь дело в «Юноне». Ни улыбок, ни обходительности, ни комплиментов. Но ее хрипловатый голос и внимательный взгляд странным образом успокаивающе действовал на Дину. Что было более чем удивительно — Дина остро переживала изменения в своей внешности и к концу беременности красивые женщины у нее не вызывали ничего, кроме раздражения.
— Итак, — как только официантка отошла от стола, продолжила разговор Даша, — что вас беспокоит?
Крайне сложно было объяснить постороннему человеку то смутное беспокойство, которое она испытывала последние недели. Но доктор Дарья Александровна, казалось, понимала все с полуслова, и Дина, словно согреваемая ее внимательным взглядом и спокойными вопросами, постепенно успокоилась и выложила все, что ее мучило. Безмятежное течение разговора было прервано, когда Дина упомянула об операции.
— Как кесарево? — резко спросила Дарья.
— Ну, меня же двойня, — напомнила Дина.
— Многоплодная беременность не является абсолютным показанием для кесарева сечения.
— Да? — растерялась Дина. — Ну, мне тридцать два уже, и это у меня первая беременность.
— Если вы здоровы и у вас нет отклонений в строении таза, то это не играет никакой роли. — Даша пригубила горячий шоколад и уточнила: — Или вы о чем-то забыли упомянуть. Проблемы со здоровьем?
— Да, нет. Вроде бы все в порядке. Врачи в «Юноне» меня хвалили, что я до тридцати двух лет никаких хронических болячек не заработала. Говорят, здоровье, как у космонавта.
— В таком случае, мне непонятно, чем обосновано кесарево сечение?
— Ну, — Дина попыталась вспомнить детали обсуждения этой темы со своим врачом из «Юноны», — это проще и лучше для ребенка. Наркоз совершенно безопасный, я буду в сознании и все увижу. А ребенка через разрез достать проще, чем через… — Дина замялась, — чем через естественные пути он будет проходить. И это безтравматично. Для ребенка. А если самой рожать, то там возможны серьезные травмы головы и шеи. А так доктор все аккуратно достанет.
Дина улыбнулась, довольная тем, что все так хорошо запомнила и продолжила:
— Да и зачем мучиться и страдать, если можно обойтись без боли. А шов мне показали, какой будет. Очень аккуратный и его под трусиками не видно, — уже совсем развеселившись, заключила она.
— Это вам в клинике такое рассказали? — поинтересовалась Дарья.
— Да.
— Как она называется?
— «Юнона Плюс». А что?
— Да так, ничего, надо будет запомнить. На будущее, — те, кто хорошо знал Дарью по работе, сразу бы определили, что тон и формулировка не сулят ничего хорошего.
— Значит так, — подавшись вперед и прямо глядя Дине в глаза, сказала Дарья. Вид у нее при этом был сердитый. — Раз уж у нас с вами тут консультация, то я вам кое-что расскажу. Чтобы вы получили полное представление. Так сказать, на все деньги.
— Кесарево — это альтернатива смерти, — жестко сказала она. — Делать операцию кесарева сечения можно только как средство избежать смерти или инвалидизации матери или ребенка. Но не для того, чтобы обеспечить себе комфорт. И наркоз не так уж безопасен, как всякий наркоз — это вам любой анестезиолог скажет. А какие негативные последствия это влечет для ребенка — сами неонатологи до сих пор все пополняют и пополняют список причин, по которым надо по возможности рожать детей через… как вы это назвали? «Естественные пути».
