– Нет, не заметила. Я устала, и крепко в ту ночь спала. Может, кто и ходил, не знаю. Но через два или три дня, я снова услышала какие-то осторожные шаги на лестнице. Подошла к глазку, но ничего не увидела. Удивилась страшно. Даже подумала, что украли мой дорогой глазок. Пальцем все дырочку щупала, но глазок там не обнаружила. Расстроилась! И только, наверное, через неделю возвращалась домой из магазина и, случайно, заметила, что мой глазок снаружи жвачкой заклеен. Поэтому я через него и не видела. Вот такая история.
– Спасибо Вам, Нина Макаровна. А почему в милиции не стали о своих наблюдениях рассказывать?
– Я сразу, после того как ты дверь соседскую открыл, все рассказала капитану Мухину, и даже протокол допроса подписала. А на следующий день ко мне пожаловал старший лейтенант Пантюхов и объявил, что протокол составлен неграмотно. Якобы я не могла через глазок разглядеть цвет волос человека, стоящего возле двери убитого. Тем более, отличить седые волосы от русых. Тусклый свет на лестничной площадке и мое неважное зрение. Но я с ним не согласилась и новый протокол допроса не подписала. Во-первых, я в очках была, а во-вторых, у нас на площадке недавно вкрутили новую лампочку, наверное, очень мощную, и на лестнице стало так светло, что хоть иголки собирай. И все-таки я пошла ему на уступки – мы договорились, что я приду на опознание и там мы с волосами разберемся. Но в этот, же вечер я в интернете прочитала, что мой тихий и скромный сосед развратил и обесчестил около сотни маленьких девочек. Тогда я решила, что не буду помогать следствию искать человека, который устроил самосуд над педофилом. Его убили, так туда ему и дорога. Наши-то законы за содеянное зло ему бы только пальчиком пригрозили. Ну, год или два тюрьмы, а то и условный срок. Отсидит паразит и вновь на свободу, и вновь за старое. Нет, правильно его убили. Нет педофила, и проблема его перевоспитания навсегда решена. Как я понимаю, и перевоспитать-то его даже самому строгому воспитателю не получится. Гнилая природа обязательно свое возьмет. Вот, я решение и приняла – кардинально поменяю свои показания, и подозреваемый станет маленьким брюнетом, уголовной внешности. А, ты, чем так крепко насолил следователю, что он даже во сне видит тебя за решеткой? Может, вот эту девушку увел? Хорошая девушка, красавица. Волнуется за тебя, я сразу это поняла. Ты береги ее.
– Обязательно, – ответил Алексей, – еще раз спасибо Вам, Нина Макаровна. За правду. Чем я следователю насолил, пока и сам не знаю. Но до истины докопаюсь.
Нина Макаровна проводила их в прихожую и, открывая дверь, спросила:
– Может, я вам, молодые люди, еще пригожусь? Вы, если что, то зовите меня на суд, свидетелем с вашей стороны. Снова на правду не поскуплюсь. Врать и изворачиваться тяжело, за словами надо следить и запоминать, что сочинил. А правду говорить легко и просто, никогда не ошибешься и не запутаешься. Не ты это был – и это главная правда, а все остальное – простые слова.
Как и предполагал Алексей, Юра и Артем были уже у Мазуровых.
За день они список из восьмидесяти четырех девочек сократили на десять человек. Это были старшие девочки.
– Близкие люди этих девочек никакого отношения к убийству педофила не имеют, – констатировал Юра, – Казалось бы, что это хорошая новость. Радуйся, что девчонки живы-здоровы и забыли педофила, как страшный сон. Но не все так просто. Трое из этих девочек, закончив второй класс школы, уехали на каникулы по приглашению американской семьи, и домой больше не вернулись. Их мамы ничего о них не знают.
– Никогда не интересовались судьбой дочерей? – Николай Васильевич вел совещание.
– Нет. В органах опеки разыскался один телефон, по которому можно было что-то узнать о судьбе наших соотечественниц. Мы позвонили, и оказалось, что и американцы о них тоже ничего не знают. Два года девочки жили с ними, а потом их передали в другую семью. Через полгода место жительства девочек снова поменялось, потом – снова и снова. Так их след и потерялся. Самое отвратительное то, что дети все это время нигде не учились. Где они сейчас, и чем занимаются, никто не знает. Растворились в чужой им стране.
– Вот так бывает – никому не нужные дети! А остальные девочки?
– Шесть девочек из нашего списка восемь лет учились в средней школе. Затем решили, что достаточно образованы, и школу поменяли на панель. Сейчас зарабатывают себе на жизнь интим услугами. Их место работы – кольцевая дорога, сауна и притон. Девочек их профессия нисколько не смущает. Смеются, что этим они начали заниматься с детского сада, и ничему больше не научились. Своего детсадовского воздыхателя, Пархомова Геннадия Ивановича, помнят. Говорят, что это тот человек, который выписал им путевку на панель. Все они звали его дядя Ген и по очереди «выходили за него замуж». Игру такую Пархомов придумал – в маму и папу. Девчонки обычно как играют? В доктора, в продавца, в маму. А дядя Ген играл с ними в маму и папу.
– А что означает кукольная коллекция педофила?
– Девчонки, видимо, из простого детского любопытства, добровольно записывались в его гарем и ждали своей очереди. А когда, согласно правилам игры, наступал день замужества, дядя Ген делал девочке подарок. Дарил куклу и устраивал будущей жене фотосессию. Отсюда, видимо, и родилась его коллекция кукол и фотографий. Покупал две куклы. Одну, в качестве компенсации, дарил ребенку, вторую – на память оставлял себе. А чтобы не запутаться в своих жертвах, рядом с куклой ставил фотографию девочки. Вот, ведь, как уверовал в свою безнаказанность и молчание малолетних наложниц, что держал улики своих преступлений в собственной спальне.
Первые десять девочек, и почти у всех изломанная, погубленная жизнь. И только одна девочка из этой десятки, поменяла место жительства. Она росла без папы, а мама много работала, чтобы ребенок ни в чем не нуждался.
Так девочка попала в круглосуточную группу садика «Фиалка».
Наверное, у девочки и мамы, все-таки, сохранились доверительные отношения, и дочь о своих забавах в детском саду при случае все рассказала маме. Оставшиеся здесь родственники говорят, что мать как-то странно быстро забрала девочку из детского сада и переехала в другой город. Сейчас девочка учится в школе, и как бы планирует поступление в институт.
– Короче говоря, одна единственная мама из десяти, узнала о странных играх в детском саду, но и та струсила. Огласка и позор на всю оставшуюся жизнь – наш менталитет велел молчать, чтобы сохранить свою репутацию. А дядя Ген остается безнаказанным и продолжает калечить маленькие жизни. Лишь бы самой, как можно глубже зарыть голову в песок, чтобы общество ничего не заметило и не пришило аморалку и ей, и дочери. А что же в «Фиалке»? Как там реагируют на вскрывшиеся факты из их жизни?
А в детском садике «Фиалка», как ни странно, все было тихо и спокойно. Коллектив садика женский и все они в один голос заявили, что Геннадий Иванович был человеком добрым, порядочным и детей любил.
Пришел он к ним устраиваться на работу по объявлению. Директор сада долго не могла подыскать для садика ночного сторожа и дала в городскую газету такое вот объявление: «Детский сад №…, расположенный по адресу…
1. Продолжает прием детей в возрасте от трех до шести лет. В детском саду имеются группы круглосуточного пребывания детей.
2. Детскому саду требуется на постоянную работу ночной сторож».
Пархомов, видимо, понял, что это то место, где он должен работать, и пошел на прием к директору «Фиалки». На работу его сразу приняли.
Первый месяц он работал сторожем, и его рабочее место находилось в маленькой каморке, на первом этаже. Но за этот месяц он сумел очаровать весь женский коллектив детского учреждения и его безоговорочно допустили во все помещения садика.
Все детские группы его не интересовали, и свое внимание он сосредоточил на круглосуточных малышах. Вскоре его должность ночного сторожа плавно переквалифицировалась в должность ночной няни, и его ночные дежурства переместились из каморки сторожа в детскую спальню старших девочек.
Детсадовские женщины были просто очарованы Пархомовым и без всяких сомнений оставляли на него круглосуточных малышей.
С первых дней его работы в саду женщины даже пытались устроить его судьбу. Считали его завидным женихом – непьющий и некурящий владелец движимого и недвижимого имущества в виде квартиры, гаража, машины и небольшой дачи. Правда, все это имущество, по словам самого владельца, не ахти какой стоимости, но факт его наличия подтверждал его солидность и состоятельность.
Выйти за него замуж мечтали вполне умные и красивые женщины. Но предлагаемые ему невесты им не просто отвергались, но даже не рассматривались.
Женский коллектив садика был шокирован – состоятельный, положительный мужчина, а о женитьбе даже и слышать не хочет. Предположений было высказано много, но, в конце концов, осталось одно единственное – импотент. Поэтому, видимо, и детей безумно любит. Да, и детки ему отвечают взаимностью. Ждут его, и спать без дяди Гена не ложатся. Полнейшая идиллия!
