природу. И время от времени просто необходимо отключаться от сети.
Клео Рэй: В таком чудесном месте, с этими людьми, с Сэнди, который держал меня за руку, обнимал, называя «милая», я почти смогла убедить себя, что на озере ничего не произошло. Почти.
Дэвид Ким: Мы не взяли с собой ни травки, ни алкоголя. Мы серьезно относимся к нашему культурному позиционированию. Мы предстаем перед нашими подписчиками такими, какие мы в реальной жизни. Понимаю, звучит иронично, учитывая то, что мы узнали о Клео.
Клео Рэй: Мы пришли к озеру, от одного вида которого меня затошнило. Все дурачились, потом Стюарт столкнул Уайнетт в воду, и она притворилась, что не умеет плавать. «Помогите! Спасите! Тону!» Уверена, что мое лицо стало пунцовым, но палило солнце, и никто не придал этому значения.
Сэнди Финч: Такой замечательный день! От Клео буквально исходили потрясающие вибрации. Дэвид нашел место для лагеря, а мы с Клео установили нашу палатку. Она умела это делать, ее научили родители. Когда Клео была ребенком, они совершали пешие прогулки. Мне нравилось наблюдать, как она берет на себя ответственность.
Клео Рэй: Дэвид развел костер, и мы сели в круг. Все были возбуждены: «Это потрясающе!», «Здесь я чувствую себя таким живым!».
Было бы странно, если бы я сидела там и молчала.
Дэвид Ким: Сидя у костра Клео сказала: «Вы, ребята, лучшие люди, которых я когда-либо знала, и я никогда не чувствовала такой поддержки и принятия». Она поблагодарила нас за дружбу.
Я тогда подумал: «Единственная причина, по которой ты здесь, заключается в том, что ты девушка Сэнди». Ладно, может быть, это грубо, но я знаю, что остальные думали так же. И это было до того, как мы узнали о происшедшем на озере Серен.
Сэнди Финч: Мы приготовили хороший полезный ужин, пасту пенне с овощами, затем попробовали обжарить зефир и приготовить сырники.
Клео Рэй: Я кормила Сэнди, а он меня. Все было теплым и липким, и мы облизывали друг другу пальцы и хихикали как сумасшедшие.
Сэнди Финч: Мы с Клео и Дэвидом оставались у костра последними. Дэвид был, как обычно, весел, разыгрывал нас. Я оглянулся и увидел слезы в глазах Клео. И подумал, это от хохота.
Оуэн Мейсон, окружной прокурор: С того момента, как мы установили личность подозреваемого, я прекрасно понимал, что действовать нужно осторожно. Меня беспокоила не подозреваемая; я не думал, что она доставит нам какие-либо неприятности. Но ее дядя, ее друзья, ее подписчики, этот мир звезд социальных сетей… каждое наше действие будет находиться под микроскопом. Худшее, что мы могли сделать, – это показаться слишком агрессивными или предвзятыми. Мы должны были делать шаг за шагом, строго следуя букве закона.
Следующим шагом было получение ордера на арест.
Клео Рэй: Когда мы встали и направились в нашу палатку, меня накрыло. Пока вокруг находились люди, пока мы шли, пока болтали, со мной все было в порядке, однако совсем по-другому я себя почувствовала, оказавшись в тишине и в темноте. То есть я понимала, что они, скорее всего, нашли ее и уже ведут расследование, пытаясь выяснить, кто еще был в каноэ. Я знала, что там будут подсказки, указывающие на меня. Я знала, что она сохранила все мои сообщения, хотя мы договорились удалить их. Рано или поздно мое имя всплывет, они найдут меня и захотят поговорить со мной. Но я думала, что у меня есть время.
Я не спала накануне ночью и той ночью тоже. Мысль о том, что придется лежать неподвижно, вызвала у меня желание быть с Сэнди как можно дольше.
Сэнди Финч: Вау, да, ночь в палатке! Последняя ночь перед тем…
Это было самое сильное сексуальное напряжение, какое когда-либо испытывала Клео. Она любила меня так, будто знала, что это в последний раз. После того как все уснули, мы занимались этим целых два часа. Только я думал, что мы закончили и собираемся поспать, как она начинала снова.
В ту ночь у меня снесло крышу. Я почувствовал такую близость! Казалось, мы вышли на совершенно новый уровень отношений. И хотя тогда я не планировал этого делать, я достал из своего рюкзака коробочку.
Клео Рэй: Он включил фонарик и вручил мне маленькую синюю коробочку. Я открыла ее. Внутри было кольцо. Гребаное золотое кольцо!
Сэнди Финч: Это было помолвочное кольцо. Я хотел, чтобы она знала, насколько серьезно я отношусь к ней… к нам. Мы знали друг друга недостаточно долго, чтобы обручиться, поэтому я попросил ее не носить его на безымянном пальце… пока.
Клео Рэй: У меня было все, чего я хотела. Красивый успешный парень, которому я нравилась, который был влюблен в меня. Свое, потрясающее дело. Полноценная жизнь, множество людей в социальных сетях, на которых я оказывала положительное влияние.
Но внутренний голос твердил: «Все это рухнет». Тогда я поняла, что эта ночь, этот момент – возможно, вершина всей моей жизни. Впереди только тупик. И дальше все пойдет под откос.
Я вытаращила глаза, когда он надел на безымянный палец моей правой руки кольцо. Сэнди даже прослезился. Я думала, что прямо тогда скажу ему правду, выпалю все, и еще о том, как мне жаль, и буду умолять его не разлюбить меня. Признание было у меня на устах… но я струсила, отключила свой мозг и трахнула его снова.
Эрин Ньюкомб, первый помощник шерифа: Мы получили номер мобильного Сэнди Финча… я хотела сама ему позвонить. Когда я набирала номер, мое лицо вспыхнуло, словно я вернулась в девятый класс и звонила симпатичному однокласснику узнать домашнее задание по испанскому.
Меня перенаправило на его голосовую почту, которая оказалась заполнена. Я не могла даже оставить голосовое сообщение.
Черт возьми!
Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Я добрался до здания суда в Индепенденсе без десяти пять и вместе с Брайаном и шерифом Хайтом предоставил всю имеющуюся у нас информацию судье Обервальцеру. Он выдал ордер, не моргнув глазом. Следующим шагом было найти мисс Рэй, взять ее под стражу и заставить ее объяснить, со всей надлежащей правовой процедурой, что произошло на озере Серен между ней и Ребеккой Олден.
Фред Хайт, шериф округа: Мы выходили из здания суда, когда поступил звонок от моего главного заместителя. Она получила подтверждение, что Клео Рэй находится с Сэнди Финчем в Маммоте, в частном доме. Адрес дома имелся. Для справки: город Маммот-Лейкс находится примерно в девяноста милях к северу от Индепенденса.
Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Сразу же после этого мы приняли
