А ведь как приятно выйти из дома, прогуляться до магазина, выбрать себе продукты…
— Согласна. Особенно, когда хорошая погода и много свободного времени. А многие люди работают допоздна, кто-то трудится удаленно прямо из дома, поэтому доставка на дом — это сейчас весьма удобно и экономит ваше личное время.
«А еще это удобно для тех, кто ни хрена не умеет готовить и заказывает себе готовую еду на дом», — подумала я про себя, вспомнив свои горелые котлеты, и чуть не рассмеялась.
— Евдокия Михайловна, курьеры со службы доставки сообщают вам номер квартиры, в которую они несут заказ?
— Конечно.
— Вы это где-то фиксируете?
— Нет, — слегка смущенно ответила женщина и тут же пояснила: — Раньше я записывала, но потом моя сменщица Зоя пояснила мне, что это бесполезная работа. Достаточно спросить, в какую квартиру, убедиться, что потом курьер вышел, и на этом все. В общем, чисто для проформы.
— Поняла вас. Но я больше чем уверена, что в квартиру убитого никакой доставки не было.
— Ой, красавица моя, о чем вы говорите! — консьержка даже позволила себе немного рассмеяться. — Чтобы этот хрыч делал себе доставку домой? Я вас умоляю. Да он такой же пенсионер, как я, такого же склада. Ему проще в магазин сходить. Да и дочка его, как я поняла, периодически приносила ему продукты.
— Но также дочка могла сделать своему отцу и доставку на дом, если тому вдруг что-то резко вечером понадобилось. Например, захотелось пожилому мужчине на ночь глядя покушать вареной колбаски или яичницы, а таких продуктов, как назло, не оказалось в холодильнике…
— Ой, об этом я что-то не подумала. Но… точно вам скажу, ни один курьер не назвал номер его квартиры, — заверила меня женщина.
— Ладно, оставим тему курьеров. Больше посторонние в этот вечер не проходили мимо вас?
— Проходили… — Евдокия Михайловна посмотрела в открытый журнал и с деловым видом пояснила: — Всех остальных, кто приходит, мы фиксируем. Просто пишем номер квартиры и примерное время. Эту запись за тот вечер я уже показывала молодому следователю, который был до вас. Вот смотрите… в девять двадцать: парень в сто вторую. Девять сорок пять: мужчина в двадцать третью. Десять ноль три: две женщины в тридцать восьмую. Все. Потом уже после полуночи были два посетителя.
— Можно я сфотографирую эту запись? — попросила я и настроила режим камеры на телефоне.
— Да, пожалуйста.
— Скажите, вы сами отлучались куда-нибудь? Примерно с десяти до полуночи? — спросила я и испытующе посмотрела на женщину.
Та ответила не сразу. Подумав с полминуты и поморщив лоб, женщина дала ответ.
— Каюсь, отлучалась, — решила она ответить правду, за что я ее мысленно похвалила.
— В какое время? И надолго?
— Вы знаете, Татьяна, вашему коллеге я об этом не рассказала…
— Почему?
— Во-первых, растерялась и не сразу вспомнила, что я, оказывается, покидала свой пост. А когда вспомнила, то… то решила уже и не говорить, да испугалась я.
— Чего вы испугались?
— Ну как… произошло убийство. А меня в это время не было на посту. Если об этом узнают в управляющей компании, то меня за это точно не похвалят.
— Об этом все равно узнают, есть камера на первом этаже, которая все фиксирует.
Женщина махнула рукой.
— Да ну, эти камеры… Я ж говорю, растерялась я.
— Хорошо… Так куда вы отлучались и на какое время? — повторила я вопрос.
— Я кажется, уже говорила, что у меня в этом доме живет подруга. Ее зовут Лидия Михайловна. Ей сын купил однокомнатную квартиру в этом доме. Это, кстати, она меня уговорила устроиться сюда консьержем. А мне что… я женщина одинокая, бог мне не дал детей, пенсия сами понимаете какая у нас, вот я и решила подработать…
— Значит, в тот вечер вы поднимались к своей подруге? — пришла к выводу я.
— Верно. Лидочка обещала дать мне новую книгу и плюс испекла вкусный пирог. Позвонила мне, мол, приходи. Да что греха таить, частенько я к ней поднималась, когда была на ночном дежурстве. Мы с ней полуночницы, иногда я к ней и в два ночи приходила.
— Сколько времени вы у нее пробыли?
— Ну-у… наверное, минут двадцать, не более. Да и долго во время смены я не позволяла себе пребывать у подруги. Так и в тот вечер, зашла, взяла книгу, пирог, немного поболтали, и я вернулась на рабочее место.
— В какой квартире живет ваша подруга?
— В семьдесят пятой, это на шестом этаже.
— Понятно… Дайте мне, пожалуйста, номера ваших сменщиц. Заодно и ваш номер запишу, — попросила я и достала свой телефон.
— Да, пожалуйста… — женщина продиктовала мне номера и имена своих коллег, а также дала мне свой номер.
— Спасибо, что уделили мне время, — поблагодарила я милую женщину и поднялась с дивана. — Вы говорили, что смена заканчивается в восемь вечера?
— Верно. В восемь сегодня заступает Зоя. Зоя Ивановна.
— Спасибо. Возможно, мне еще придется и с вами поговорить, а пока мне нужно идти. Всего доброго.
— И вам, красавица, хорошего дня и приятного вечера. Заходите, если нужно. — Женщина почтительно поднялась, открыла мне дверь и попрощалась со мной.
Я же, увидев женщину в полный рост, отметила, какая величественная у нее осанка. Не исключено, что она в молодости занималась танцами, например, балетом.
Выйдя из подъезда, я с удовольствием вдохнула свежий майский воздух, ибо в каморке, где я только что находилась, было довольно душно и сперто.
Итак, все свои дела в этом доме я не закончила и планировала сюда обязательно вернуться, желательно сегодня. Мне нужно обязательно посетить квартиру убитого Николая Лазарева, ключи от которой мне любезно предоставила его дочь Валентина. Также, скорее всего, придется потревожить соседей и пообщаться с ними. Но для начала мне нужно встретиться и основательно переговорить со следователем Новиковым, самой лично посмотреть записи с камер видеонаблюдения и уже после этого вернуться в этот дом и продолжить свое расследование.
Я прошлась вокруг дома, отметила для себя некоторые моменты и направилась к своей машине.
Первым порывом было направиться в какую-нибудь кофейню и выпить чашечку кофе. И желательно две, а также добавить вкусный сэндвич или парочку хрустящих круассанов. Но я одернула себя — время дорого, надо торопиться в отдел к Андрею Мельникову.
В отделе Волжского РОВД я проторчала почти два часа. Молодой следователь Михаил Новиков оказался весьма приятным и симпатичным малым, к тому же с большим удовольствием пошел на сотрудничество.
— Одна голова хорошо, а две лучше. А официальное следствие плюс частное расследование обязательно даст хорошие результаты, — радостно вещал Михаил, восторженно
