Читаем без скачивания Хватайся за соломинку. Жар бабьего лета - Марина Серова

Само собой, адвокатская контора, где Аркадий Андреевич Корытов трудился на благо родного отечества и тарасовского криминалитета (не думаю, что мое предположение насчет последнего окажется ложным), более щедрого на куши из пухлых лопатников, чем нищее государство, была закрыта.

Воскресенье – оно и в Африке воскресенье. Ничего не поделаешь, придется ехать к нему домой.

Дверь открыла женщина средних лет весьма приятной наружности. Одета она была по-домашнему, в халатик леопардовой расцветки. В квартире тихонько играла приятная музыка. Словом, семья адвоката Корытова со вкусом отдыхала.

Брови женщины удивленно взлетели вверх. Разумеется, она меня не знала, не ждала и была весьма удивлена моим внезапным вторжением в их с Аркадием Андреевичем мирно проводимый выходной.

– Здравствуйте, – я нацепила одну из своих самых приятных дежурных улыбок. Широкую и белоснежную, как в рекламе зубной пасты. – Мне нужен Аркадий Андреевич, – произнеся эту фразу и не давая даме опомниться, чтобы она не успела сказать, что его нет дома и не будет до самого утра, я почти сразу же продолжала: – По очень важному для него, – при этом я сделала акцент на словах «для него», – вопросу.

Дама сделала неуверенный приглашающий жест рукой, словно все еще размышляла над тем, пускать ли меня за порог.

Я решительно шагнула в довольно роскошные, в двух уровнях, апартаменты Корытова.

– Подождите минуточку. – Она провела меня в гостиную и предложила присесть. Сама открыла дверь, инкрустированную под дерево, и ласково проворковала: – Аркаша, тут к тебе девушка. Говорит, что важный вопрос.

В ответ раздалось ворчание, возня. Потом в проеме нарисовалась невысокая, мешковатая фигура хозяина квартиры. Редкая шевелюра его была немного всклокочена, а глаза явно заспанные.

Вот не умеют люди распоряжаться самым драгоценным в своей жизни даром – собственным здоровьем. Не умеют, и все тут. Этому борову в свободное от работы время штангу бы потягать, трусцой вокруг дома побегать, а он дрыхнет. И даю, как говаривал один киногерой, зуб, что дрыхнет после плотного, калорийного, с явными излишествами обеда.

Про излишества я не предположения излагаю. От господина Корытова конкретно пахло стойким перегаром.

Ох, посмотрел бы на его совершенно нездоровый образ жизни мой давний друг Валентинский Виктор Иванович, который больше даже, чем американцы, печется о своем здоровье. И пробует при этом все немыслимые способы, чтобы его хватило лет этак на сто двадцать с гаком. Разумеется, Валентинский тут же упал бы в обморок.

Ладно, бог с ним, с Валентинским. Не знаю, что это я сегодня про него вспомнила. Хотя у меня ничего не бывает просто так. Вот приснились мне грязные дороги – нате вам, уже по ним кружусь и не знаю, как выберусь. Предлагали «кости» вспомнить прошлое, чтобы избежать будущих ошибок, – опять же, получи, Иванова, щелчок по носу.

Аркадий Андреевич лениво зевнул, прикрыв рот рукой, и поправил разъехавшийся на волосатой груди бархатный полосатый халат.

– Извините, не имею чести вас знать, но я вас внимательно слушаю. Итак, что вас ко мне привело, милая девушка?

Я достала из сумочки лицензию частного детектива и протянула его Корытову.

– О-о, какие люди к нам пожаловали. Чем могу служить?

– У меня вопрос сугубо конфиденциальный, – я многозначительно посмотрела в сторону застывшей в дверях гостиной супруги Корытова.

– Прошу, – Корытов указал на винтовую лестницу, ведущую к дверям его, как я потом поняла, рабочего кабинета. – Аринушка, сообрази нам кофе.

Неплохо устроился слуга закона. Рядовые адвокаты, которые защищают на заседаниях суда рядовых правонарушителей, так не живут.

– И что же вас ко мне привело, частный детектив Татьяна Иванова, известный сыщик города Тарасова?

Хм, наслышан, змей.

Я не хотела, чтобы Аринушка появилась с кофе в самый неподходящий для меня момент беседы. Посему для начала повосторгалась апартаментами, большим количеством книг и живых цветов. Словом, завела ничего не значащий, ни к чему не обязывающий светский треп, решив заодно немного потрепать нервы хозяину. Вот он и не выдержал.

– Вы появились в моем доме в выходной день только для того, чтобы выразить свои восторг и удивление? – Корытов несколько ехидно улыбнулся.

– Да нет, почему же. У меня к вам дело. Чрезвычайной важности. Просто я никак не сориентируюсь и не решу, с чего начать.

Да, я нарочито продожала тянуть время. Пусть он сочтет меня немного придурковатой. Словом, женщиной, со всеми присущими ей слабостями.

Кофе наконец-то прибыл. Арина поставила поднос с чашками на стол и спросила:

– Что-нибудь еще, Аркаша?

– Коньячку, пожалуй. Впрочем, у меня та бутылка еще не кончилась. Ничего, спасибо.

Арина удалилась.

Корытов поднялся с крутящегося кресла, куда несколько минут назад с трудом запихнул свои оплывшие телеса, и достал из бара ополовиненную бутылку коньяка.

– Вам в кофе?

Я отрицательно покачала головой:

– Большое спасибо, Аркадий Андреевич. Мне нельзя, я за рулем.

– Воля ваша.

Он достал из ящика стола стограммовую рюмку, щедро наполнил ее и залпом выпил.

– Итак?

– Я немного удивлена, что при таком достатке вы не можете позволить себе домработницу, – сморозила я очередную глупость.

– Домработницам тоже выходные положены, – Аркадий Андреевич начал уже раздражаться.

Тут – наконец-то! Дверь кабинета вновь открылась, и Арина снова позвала своего мужа:

– Извини, Аркаша, можно тебя на минутку?

Хозяин кабинета поморщился, вышел и прикрыл за собой дверь. Я стремительно метнулась к ней и приложила ухо.

– Там какой-то чокнутый, ей-богу. Сказал, что если ты к нему не выйдешь, то он сообщит кому следут про какой-то перстень с бриллиантом, который пропал у девушки. Той, из-за которой ты сегодня ездил в отделение милиции.

Хотела бы я посмотреть на реакцию Аркаши… Но по торопливым шагам Корытова вниз по лестнице я и так поняла, что сообщение его взволновало. Кажется, я попала-таки пальцем в небо. Вот и отлично.

Я оставалась в кабинете одна недолго, но мне этого за глаза хватило. Теперь я смогу «слушать» кабинет этого «стража закона». Разумеется, тем чокнутым, о котором доложила Арина, был не кто иной, как Дима Кортнев. И, конечно же, он не стал ждать, когда хозяин выйдет к нему. Испарился в тот самый момент, когда Корытов начал спускаться вниз. Одним словом, операция по одновременному проведению психической атаки и разведки боем, а также по внедрению спецаппаратуры прошла успешно.

Ай да Таня! Цены тебе нет. А этот индюк думает, что принимает у себя в кабинете косноязычную дурочку Нет, мы не такие. Жаль одного. Того, что время неумолимо бежит. И каждая потерянная минута грозит Ленке смертью, если она до сих пор жива. Я была уверена, что вызов Корытова для «спасения» Ленки-француженки организован именно «близнецами». Но адвокат еще не знал, чего ради я у него появилась и что за «чокнутый» рвался к нему только что.

Конечно, Корытов сделает соответствующие выводы, когда и я поведу речь о перстне и девушке, и проверит кабинет на наличие подслушивающей аппаратуры. Только я не беспокоилась. Он просто не сможет ничего обнаружить, поскольку «жучок», который я внедрила в его телефон, любовно выполнен золотыми руками Виктора Ивановича Валентинского, того самого, которого я несколько минут назад вспомнила, осуждая нездоровый образ жизни хозяина квартиры.

Его, этот замечательный «жучок», не всякий специалист обнаружит. Настолько искусно он имитирует обыкновенный крохотный шурупчик.

Зато технические параметры у данного чудо-прибора просто потрясающие. Это радиопередатчик большой мощности, способный транслировать на довольно приличное расстояние. По сути дела, я теперь смогу слушать этого господина из любой точки города в течение целой недели. Потом надо менять микробатарейку. Но этого, надеюсь, делать мне не придется, поскольку я не собираюсь целую неделю толочь воду в ступе и распутаю дело гораздо быстрее.

С тех пор, как состоялось мое знакомство с Валентинским, я практически перестала пользоваться дорогостоящей импортной аппаратурой. Японцы пусть отдыхают. Самоучка, совершенный наш тарасовский Левша давно заткнул их за пояс. Никем не признанный подпольный гений. Он бы в Америке доллары мог лопатой грести, а довольствуется крохами, зарабатывая на жизнь опасным бизнесом – нелегальной продажей аппаратуры частным детективам.

Когда я попыталась убедить Виктора Ивановича получить авторские свидетельства на его изобретения, он только рукой махнул:

– Шутишь, Танечка. Я пробовал одну штучку пробить, так авторское свидетельство получил совсем другой человек, а я только тычки в зубы. Да еще отмываться от грязи пришлось.

Корытов вернулся в кабинет, молча налил себе еще рюмку коньяка, опрокинул ее, запил остывшим кофе и подошел к окну. Осторожно выглянул. Он словно забыл про меня.