девочки повзрослели, и стало не совсем пристойно держать при них мужчину-массажиста (особенно при средней — озабоченной в этом вопросе), отец, по совету Сабуро, подарил старика наследнику — в надежде, что он пригодится его будущим внукам. Ну, а пока их не предвиделось, специалист по детскому массажу пользовал самого принца.
— Выходили бы замуж, госпожа, — сказал Гонда, разминая умелыми пальцами крылья принцессы с недавно подстриженными, отточенными и наново отполированными после многомесячного забвения, коготками: — Рожали бы детей. С какой бы радостью я бы отпросился к вам!
— Ну, до этого ещё долго. Может быть, отпусти меня отец в Школу магов, может быть, я выучилась бы, стала знаменитой, и вышла бы замуж по возвращении. А теперь… Не хочу прославиться как мать очередного принца без престола, лучше уж как принцесса-воительница!
— Ну, это ещё, как говорят наги: «бабушка надвое сказала».
— Какая бабушка? Кому надвое? У меня же будет целый полк! Или ты не веришь, что у меня получится?
— В детстве у вас было два полка. Много врагов вы победили ими, Ваше Высочество?
Дочка императора надулась и промолчала.
— К тому же, Его Высочество Наследник сказал, что постарается всю кампанию продержать вас в тылу, Госпожа Третья, если, не возникнет «особый случай».
— Какой ещё «особый случай»⁈
— Ну, например, небо на землю упадёт…
— Как⁈ Что⁈ Но… Господин Гонда, заканчивайте побыстрее, я сама у него спрошу!
Массажист нарочно подольше растянул процедуру, чтобы вспылившая принцесса успокоилась, и не летела сгоряча полуодетая выпытывать правду, и только тогда, когда посчитал, что она полностью овладела собой и справилась с чувствами, отпустил её.
Кадомацу, нет — Метеа, вскочила, оставив халат на полу, первым делом проверила крылья — как они работают. Потом побежала быстренько одеваться — сначала хотела побыстрее для скорости совсем лёгкое платье, но одумалась — ветром поднимет подол, стыда не оберёшься. А она ещё нравоучения Хасану читала! Замоталась в нижнее бельё, прыгая на одной ноге, залезла в костюм с брюками, подходящий для полётов, и, застёгиваясь на ходу, поспешила на выход.
— Я вас здесь подожду, госпожа Третья, — подал голос массажист: — Как вернётесь с занятий.
И точно, ей же надо было на тренировку — разрабатывать крылья! Девушка на мгновение остановилась, задумавшись, а потом ринулась дальше — сначала брата найти, а потом будь что будет!..
Задремавший у порога охранник-хатамото, на которого поглощённая Очень Важными Мыслями принцесса за малым не наступила, поспешно выпрямился, загрохотав доспехами и путаясь в крыльях. Кто-то полузнакомый улыбнулся ей навстречу, четыре призрака, охранявшие одну из своих палаток, взяли «на караул», завидев важную особу, шедший навстречу розововолосый мальчишка с регалиями полковника, приветливо поклонился, и поздоровался, только уже со спиной Кадомацу:
— С выздоровлением, Госпожа Третья!
Она узнала его: чей-то сын, и махнула в ответ рукой: «Привет, извини, тороплюсь!» — и даже не остановилась. Около братовой палатки расхаживал одинокий часовой, которому явно надоела его служба. Он пропустил Мацуко внутрь, но предупредил следом, что Его Высочество Наследник всё равно ушел на совет командиров к господину драгонарию, и Её Третье Высочество туда всё равно не пропустят — она не генерал.
Действительно, не пропустили. Стоявший у входа в кораблик командующего старший хатамото, (в той части лагеря охрану несли попарно — и демоны и призраки. Демонессе, разумеется, предпочла обратиться к соотечественнику), сказал, что она не генерал, и не адъютант при генерале, поэтому не пропустит. Раздосадованная девушка села на валун неподалёку, сразу зашипевший от жара, и настроилась дождаться брата, пусть бы совет продлился до скончания времён.
К тому же, был немалый шанс увидеть Тардеша…
Но ей не дали. Откуда-то, узнав её местоположение (наверное, часовой у челнока наябедничал), принцессу нашел инструктор по лётной подготовке:
— Ваше Высочество, я уже скоро как час жду вас на занятия.
— Извините, Митинага-сан, но мне надо поговорить с братом.
— Госпожа Третья, господин наследник обещал после совета сразу зайти на площадку, и, представляете, что будет, если он не найдёт вас там? Извините, Ваше Высочество, но я в этом деле головой рискую.
Юная демонесса упрямо сощурила зелёные глаза:
— Ладно! — зло согласилась она: — Там и поговорим!..
…На площадке Мацуко с разочарованием обнаружила, что ей приготовлен «детский столб» — с неподвижной перекладиной для тренировки лишь взлёта и посадки. Не говоря ни слова, завязывая на ходу тренировочный пояс, она пошла прямо к соседнему — с вращающейся, и, забравшись на эту перекладину-насест, решительно пристегнулась ремнями. Тренер ничего не сказал — ему ли спорить с ученицей самого божественного Каминакабаро! — только посоветовал соблюдать осторожность.
Вообще-то, удержаться на вращающемся насесте после всех приключений, оказалось пусть и не особо сложным, но трудным делом. Обутой и без помощи когтей на пальцах ног не стоило и начинать. Хотя босоногая детвора Края Последнего Рассвета вовсю использовала такие столбы для игр (были и посложнее — с качающейся, а не ровной перекладиной, хоть божественный Каминакабаро называл эту разновидность «баловством»), долгое отсутствие практики всё же внушало опасения.
Девушка, оглядевшись — как бы не увидели мужчины — быстро, по одному, отстегнула боковые карманы и, выпростав из-под одежды рулевые крылья, так же быстро привела костюм в порядок. Потом, встав во весь рост, подняла руки над головой, и, к ужасу окружающих — вниз головой, «рыбкой» сиганула с насеста!
Демонесса, закрыла глаза, и, перегруппировавшись ещё в полёте, до рывка верёвки, слегка изменила траекторию падения, чтобы после рывка — вслепую толкнуться ногами от столба. «Крылья! Крылья!» — кричали ей с земли. «Знаю без вас» — могла бы ответить им, но не ответила. Даже с закрытыми глазами, она не промахнулась — босые ноги коснулись холодного столба, толчок — большой круг, почти что полный оборот, ещё толчок — на этот раз круг больше, и после третьего она наконец-то раскрыла глаза и распахнула крылья. «Если хочешь быстрее прийти в форму, не жалей себя, делай самое трудное» — так наставлял её божественный Каминакабаро, ставя маленькую принцессу второй раз на крыло после того злополучного случая с молнией. Так, разгон, торможение, рывок вниз, рывок вверх, «свет на воде» — противовес, болтавшийся на другой стороне перекладины, был слишком массивен для неё, но Кадомацу хватало мастерства избегать столкновений со здоровенным шаром, вот только крылья иногда не давали достаточной силы взмаха, и приходилось пускать в ход всю свою ловкость и даже ноги, чтобы не перепутаться верёвками.
