— А он, похоже, у них лидер. — Отметила Мария.
— Еще раз простите! — и минуту назад, будучи отвратительным, парень вдруг превратился в приятного молодого человека. Мало того, он подошел к девушке, и нежно взяв за руку, прикоснулся к ней губами со словами, — стойте тут и ничего не бойтесь, а я пойду вызволять вашу подругу, и гарантирую, что через несколько минут вы сядете в свою машину и отправитесь туда, куда собирались. — И он, оставив Марию в полной растерянности, скрылся в ночи.
Увидев приближающегося к машине парня в совершенном одиночестве, у Серафимы мелькнула мысль. — Машка все-таки сбежала, и теперь, возможно, вызовет милицию.
И тут же страшная догадка снова обуяла ее.
— Но ведь эти подонки сядут сейчас в машину и заставят ее уехать отсюда как можно скорей. Господи, что же делать?! — Хоть бы Машка догадалась сообщить в ГАИ номер машины! Их задержали бы тогда на первом попавшемся посту!
— Ну, что там, "Паха"? — высунувшись в окно, спросил у подходящего парень, которого друзья называли Хоботом.
— Не знаю, "Бубен" чего-то выпендривается, — ответил тот, и, открыв дверцу, молча уселся в машину.
— А где же он? — снова спросил "Хобот".
— Там, с телкой разбирается.
У Серафимы захолонуло сердце. — Господи, что же теперь с ними будет?!
— Ладно, пусть разбирается! — с ухмылкой ответил его сосед, — Генка. — А мы начнем разбираться с этой. — И он грубо обняв Серафиму за плечи одной рукой, протянул вторую к ее груди.
Серафима попыталась его отпихнуть.
— Убери свои грабли, молокосос!
— Чего? — и Генка грубо схватил ее за грудь.
— Слышь, "Хобот", а сиськи у нее классные, потрогай!
И тут Серафима вспомнила о мобильном телефоне, лежащем у нее в кармане пиджака. Она незаметно просунула освободившуюся руку в карман, и, нащупав телефон, попыталась нажать на единицу. Под этой цифрой был закодирован домашний номер телефона ее родителей, которые жили в соседнем от Марии доме.
— Господи, хоть бы они сняли трубку! — взмолилась она, — хоть бы сняли! Может, она тогда сумела бы крикнуть им, где находится, а они понять, что с ней происходит.
Она затихла, предоставив малолетним выродкам возможность беспрепятственно себя полапать, ибо сейчас все ее нервы были обращены в слух. — Длинные гудки, которые она едва расслышала, вдруг прекратились. — Так! Значит, кто-то снял трубку!
Приняв решение, Серафима моментально выдернула телефон из кармана, и, приставив его к уху, закричала.
Папа, я у Машкиного дома! На нас напали, вы…
— Ах ты сука! — взревел Генка и в тот же миг вырвал у нее телефон.
И вслед за этим Серафима получила удар по лицу. Как не пыталась она себя сдержать, слезы покатились у нее из глаз, и она молча опустила голову.
В этот самый момент открылась дверца, и в проеме показалась физиономия "Бубна".
— Быстро все вышли из машины! — скомандовал он.
Однако, "Хобот", оставив его реплику без внимания, шутливо поинтересовался, куда он дел вторую телку.
— Я сказал, чтобы все вышли из машины! — повторил "Бубен". — Или, может, кто-то из вас не расслышал?
— "Буб", ты чего такой злой-то? — спросил его Генка. — Может, тебе эта больше понравилась? Так ты присоединяйся, тут на всех хватит! — и наглец снова провел рукой по груди Серафимы.
— Может вас вытряхнуть по одному? — громко крикнул "Бубен", никак не реагируя на предложение друга.
— "Буб", ты что, серьезно что ль? — удивленно спросил его "Хобот".
— Серьезней не бывает! — и "Бубен", не долго думая, схватил "Хобота" за шиворот и потащил наружу.
Серафима съежилась. Она подумала, что этот самый "Бубен", вышвырнет сейчас из машины всех остальных и предпочтет заняться ею без союзников. А "Паха", до сих пор молча сидящий на заднем сидении, которому уже пришлось столкнуться с новыми странностями "Бубна", подумал, — уж не узнал ли тот в убежавшей девке какую-нибудь свою знакомую. По крайней мере, иначе объяснить его поведение он не мог!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
"Хобот", тем временем, почувствовав волевую, авторитетную руку товарища на своем загривке, завопил.
— Ладно, ладно! Я сам вылезу, чего тянуть-то?!
Когда все трое оказались на улице, "Бубен" выхватил из рук Генки телефон, а потом наклонился к дрожащей от страха Серафиме.
— Девушка, возьмите телефон и простите нас, пожалуйста! Мы кажется, серьезно Вас напугали. Вы теперь можете ехать. Ваша подруга ждет вас вон там, за углом.
Серафима, не веря своим ушам, машинально взяла у него телефон, и дрожащей рукой схватилась за ключи. Однако вставить их в замок зажигания ей никак не удавалось.
— Давайте я помогу. — Предложил ей "Бубен".
Однако Серафима недоверчиво отдернула свою руку, от его, протянутой для услуги руки.
— Хорошо, хорошо, вставляйте сами, только не волнуйтесь, Вам теперь нечего бояться.
Серафима и впрямь собралась с духом, после того как "Бубен" захлопнул дверцу и улыбнувшись, помахал ей рукой.
Она завела машину и тут же сорвалась с места, оставив позади себя, по меньшей мере, странную четверку молодых ребят. За углом ее действительно ждала Мария, расхаживая взад и вперед от волнения. Серафима притормозила.
— Быстро садись! — нервно крикнула она, приоткрыв дверцу, и подруга, не заставив себя ждать, тут же влетела в машину. Выбравшись из переулка, они не говоря друг другу ни слова, выехали на трассу и увеличили скорость. И только тут Серафима смогла заставить себя вздохнуть с облегчением. Она машинально направила машину к своему дому, совершенно забыв о Марии.
— Ты куда? — спросила у нее подруга. — А я-то?
— Слушай, Машка, я туда ни за что не вернусь! — и она достала телефон из кармана.
— На, позвони своей маме. Скажи, что поехала ночевать ко мне.
Мария не стала с ней спорить и позвонила, взамен получив от Галины Дмитриевны весьма весомый выговор за нашедшую дурь и блажь среди ночи.
После этого подруги с минуту помолчали, а потом Серафима спросила у Марии, чего такого она сказала "Бубну".
— Я? — удивилась та в свою очередь.
— Абсолютно ничего!
— Как ничего?
— Да так!
— Но ведь что-то же произошло!? Машка, ты шутишь со мной?
— Сим, я совершенно ничего ему не говорила, клянусь! Какие шутки, мне сейчас совсем не до них!
Серафима резко притормозила, направляя машину на обочину. И когда они остановились, недоуменно посмотрела на подругу.
— Ты что-нибудь понимаешь?
— Нет! — ответила та, одарив Серафиму таким же недоуменным взглядом.
— Но ведь что-то же произошло?! Как иначе объяснить его поведение? Послушай, Машка, а мажет, он тебя знает?
— Да ты что! Я никогда не видела этого придурка!
— Точно?
— Абсолютно точно!
— А может, его кто-то напугал в тот момент, когда они гнались за тобой?
— Да, нет же! Я не встретила на своем пути ни одной живой души! — и Мария в подробностях рассказала Серафиме о том, как преследователи настигли ее и о том, как изменилось поведение "Бубна" после этой погони.
— Я сама удивилась не меньше чем ты, и вплоть до той самой минуты, пока не увидела тебя за рулем одну одинешеньку, не поверила в то, что все это не является большим подвохом со стороны этих молокососов!
— Мама дорогая! — воскликнула Серафима, и устало опустила голову на руль.
— Ну, тогда я вообще ничего не понимаю!
— Ладно, поехали! — посоветовала ей подруга, — может до нас потом что-нибудь дойдет, главное, что все обошлось!
Однако сколько девушки не анализировали события этого странного вечера на следующий день, до них так ничего и "не дошло", и вскоре, плюнув, Серафима попыталась и вовсе об этом забыть. Но именно с тех самых пор ее и стало посещать злополучное чувство преследования.
