убирайтесь отсюда, пока я не передумал.
Боря похлопал меня по плечу, его рука была в крови:
— Неплохо, котенок. А теперь пошли, у нас еще работа есть. Да и Василию нужно доложить о наших... хм... успехах.
Когда мы уходили, я обернулся и крикнул:
— И кстати, ребята! В следующий раз, когда решите устроить засаду, выберите место посуше. А то знаете, как говорят - сырость кошкам вредна. Особенно большим и очень, очень злым.
Впрочем, ушли мы не сразу.
После яростной схватки с бойцами «Балтийских Волков» я стоял посреди разгромленного переулка, тяжело дыша и ощущая, как адреналин постепенно отпускает. Узкая улочка, зажатая между старинными петербургскими домами с облупившейся штукатуркой, выглядела так, будто здесь только что снимали сцену из фильма о постапокалипсисе. Разбитые мусорные баки, выбитые стекла, и, конечно же, поверженные тела наших противников.
Я осмотрел лежащих вокруг врагов, чувствуя, как мой внутренний леопард довольно урчит, наслаждаясь победой. «Так, ребята,» — подумал я, — «давайте посмотрим, что у вас интересненького.»
Главарь нападавших, крупный мужчина с всклокоченной бородой и татуировкой волчьей морды на шее, лежал неподвижно, его глаза были закрыты. Я осторожно обыскал его карманы и обнаружил массивный перстень с голубым камнем размером с голубиное яйцо.
Камень, казалось, пульсировал собственной жизнью, излучая слабое голубоватое сияние. Когда я взял его в руки, по моим пальцам пробежала прохладная волна, словно легкий бриз с Финского залива.
— Ого, — присвистнул я, разглядывая находку, — кажется, кто-то увлекался водным поло на профессиональном уровне. Интересно, это штука поможет мне дышать под водой или просто красиво утопит?
Рыжий бандит с веснушчатым лицом и шрамом через всю щеку лежал чуть поодаль. У него я обнаружил кулон в форме языка пламени, выполненный из какого-то красноватого металла. Когда я взял его в руки, он слегка нагрелся, словно впитывая тепло моего тела.
— Надеюсь, это не зажигалка для великанов, — пробормотал я, ощущая, как кулон пульсирует в такт моему сердцебиению. — А то у меня и так горячий темперамент.
Третий бандит, невысокий крепыш с бритой головой и множеством серебряных колец в ушах, похоже, был любителем украшений - его карманы были набиты разными амулетами и талисманами. Среди них я выудил небольшой компас размером с карманные часы. Его корпус был украшен загадочными рунами, а стрелка беспорядочно вращалась, словно не могла определиться, где же север.
— Отлично, — хмыкнул я, наблюдая за пляской стрелки, — теперь я всегда буду знать, куда не надо идти. Просто пойду в противоположном направлении.
Разглядывая добычу, я почувствовал укол совести. Внутренний голос настойчиво зудил: «Эй, ты же вроде как на работе. Может, стоит сдать все это начальству?»
Но мой внутренний леопард только фыркнул в ответ: «Котики тоже хотят игрушек. Мур-мур». Он уже представлял, как будет играть с этими блестящими штуками, лежа на ковре в своей новой берлоге.
После недолгой борьбы с совестью (которая, надо сказать, сопротивлялась вяло, словно понимая бесполезность своих усилий), я решил оставить часть находок себе. «В конце концов,» — рассудил я, пряча артефакты в карманы, — «это же военные трофеи. А какой уважающий себя хищник откажется от трофеев? К тому же, мало ли когда пригодится магический компас или кольцо для подводного плавания.»
Боря Шрам, мой напарник и наставник на этом задании, наблюдал за моими действиями с легкой усмешкой. Его массивная фигура, облаченная в потертую кожаную куртку, возвышалась надо мной как скала. Шрамы на его лице, казалось, стали еще более выразительными в тусклом свете заходящего солнца.
— Ну что, котенок, налюбовался на свои игрушки? — басовито прогудел он, и от голоса, казалось, завибрировал воздух. — Пора двигать дальше. У нас еще куча работы.
Я кивнул, поправляя воротник своей куртки, которая после схватки выглядела так, будто ее пропустили через мясорубку.
— Да, конечно. Куда теперь?
Боря достал из кармана мятый список и прищурился, разглядывая его.
— Мне еще нужно обойти пару точек на Васильевском. А тебя Кот срочно вызывает назад. Кажется, у него для тебя что-то важное.
Я удивленно поднял бровь.
— Вызывает? Прямо сейчас? Может, он соскучился по моему очаровательному мурлыканью?
Шрам хмыкнул, его шрамы изобразили нечто похожее на улыбку.
— Не знаю, что у него на уме, но лучше не заставлять босса ждать. Ты же знаешь, какой у него характер.
Мы обменялись понимающими взглядами. Характер у Кота Василия был, мягко говоря, непредсказуемый. Сегодня он мог одарить тебя золотом, а завтра отправить кормить рыб в Неве.
— Ладно, удачи тебе с коммерсантами, — сказал я, пожимая огромную ладонь Бори. — Надеюсь, они будут более сговорчивыми, чем наши пушистые друзья.
— Не переживай за меня, котенок, — усмехнулся Шрам. —-Лучше думай, как будешь объясняться с боссом. И держи ушки на макушке.
Мы распрощались, и я направился обратно в логово «Невских Котов», чувствуя, как в животе ворочается клубок нервов. Что могло понадобиться Коту так срочно? Неужели он уже узнал о моих маленьких трофеях? Или у него появилось новое задание, от которого зависит судьба всего криминального Петербурга?
Петляя по узким улочкам исторического центра, я не мог отделаться от ощущения, что вот-вот окажусь в эпицентре чего-то грандиозного. Впрочем, так оно и вышло.
Как я уже говорил, логово банды располагалось в старинном особняке на Васильевском острове. Когда-то этот дом наверняка принадлежал какому-нибудь богатому купцу или аристократу, но теперь его фасад, украшенный потрескавшимися лепными узорами, выглядел несколько обшарпанным. Впрочем, это только добавляло ему таинственности.
Я поднялся по скрипучим ступеням и вошел внутрь. Прохладный полумрак вестибюля, пахнущий сыростью и чем-то неуловимо кошачьим, окутал меня. Пройдя через анфиладу комнат, я оказался перед массивной дубовой дверью кабинета Кота Василия.
Сделав глубокий вдох, я постучал.
— Входи, Лёха, — раздался голос изнутри, и я шагнул в логово главного Кота Петербурга.
Кот Василий восседал на своем кресле-троне, как настоящий монарх преступного мира. Это был грузный мужчина лет пятидесяти, с брюшком, которому позавидовал бы любой уважающий себя кот, и хитрым прищуром зеленых глаз. Его лысина блестела в свете старинной люстры, а пальцы, унизанные перстнями, постукивали по подлокотнику кресла.
Увидев меня, он расплылся в улыбке, которая, впрочем, не коснулась его глаз.
— А вот и наш герой! — промурлыкал он. — Ну, рассказывай, как прошла охота?
Я выложил перед ним собранную дань, стараясь не слишком греметь монетами. Все-таки, мы не в казино.
— Василий Котофеич, — начал я, стараясь звучать уверенно, — задание
