на ярмарку, а там – аттракционы, выездной зоопарк, всякая вкуснятина… А через недельку папа смылся вместе со всеми сбережениями, оставив маму с новорожденным Петей и годовалым Сашкой на руках. И мной – жутко вредной пацанкай. От грустных воспоминаний на глаза навернулись слезы…
И кой черт меня дернул напиться в чужом теле?
Печаль сменило желание кого-нибудь поколотить.
Уф. Я совершенно спокойна. Вдох-выдох, вдох-выдох.
Карета остановилась. Я подсмотрела, сколько извозчику заплатили мои попутчицы, чтобы как-то сориентироваться в местных расценках. Не хотелось бы показаться еще более подозрительной, чем есть.
Нужные монеты в заимствованном кошеле нашлись. И, кажется, денег у меня было предостаточно.
Я вышла на оживленной улице и не спеша пошла по мостовой. Вроде бы даже не качалась. Теперь мне просто хотелось найти какую-нибудь скамейку и вздремнуть. А можно и без скамейки. На травушке или даже на камушке...
Дурацкий организм!
Я затрясла головой, и, по закону подлости, как раз в этот момент на меня из-за угла выскочил какой-то тип. На ногах мы оба не устояли и каждый со своим национальным проклятьем шлепнулся наземь.
Ох, мой бедный зад! Подозреваю, что нежность кожи Эби обеспечит мне здоровенный синяк. Но зато ударом вышибло и остатки алкогольного дурмана.
– Куда прешь, дурень! – тип, оказавшийся еще молодым светловолосом парнем с внешностью отъявленного мошенника, очухался первым. Но прежде, чем я собралась показать ему, кто здесь дурень, рассмотрел меня и сразу же пошел на попятную: – Ох, простите, миледи, мою неловкость…
А голосок-то как изменился! И взгляд – масляный-масляный. Я привыкла, что мужчины смотрят на меня заинтересованно, особенно, если соизволю нарядиться, но тут я Эби не конкурентка. Таких принцесс хотят все.
Ну что ж, буду этим пользоваться. Шпага и кулаки - оружие на крайний случай, а пока обойдемся красотой.
– Ну что вы, я сама виновата, – я осторожно поднялась на ноги, благосклонно приняв помощь парня. Отряхнула платье. Ну вот, была права, когда думала, что долго оно не продержится. С платьями мне вообще никогда не везло, помниться я и свадебное умудрилась порвать…
– И все же, позвольте загладить свою вину, – не отставал блондинчик.
– Ох… вы знаете приличную гостиницу, где я могу укрыться?
Знать бы еще, чего он хочет – меня или моих денег. И в данном случае лучше первое. Потому что если второе, он, узнав о том, что я сбежала – сдаст. Или сам попытается похитить, чтобы шантажировать родителей. Лицо у парня для таких дел подходящее.
Но пока просто присмотрюсь.
Следующие десять минут на меня лился поток информации. Джонни, как представился мой спутник, жизнерадостно тараторил о том, как он рад помочь, в какую хорошую гостиницу меня отведет, и – главное – как я прекрасна, как судьбоносна наша встреча, как мне повезло наткнуться на такого благородного человека, как он.
Вместе с тем Джонни осыпал меня комплиментами. Неправильными комплиментами. Милая, чудесная, волшебная, словно ангел небесный, и губки мои сахарные, и глазки – озера бездонные. Где он, спрашивается, фиолетовые озера видел?
Бесит.
На самом деле, всех этих восхищений Эби, может, и достойна, но ко мне они ни малейшего отношения не имеют. Зато напоминают о Максе, который тоже любил нести всякую фигню. Я прекрасно, на личном примере знала, чем такие сладенькие речи в итоге оборачиваются.
Гостиница, к которой привел меня Джонни, выглядела в меру невзрачно, в меру прилично. Ну, насколько я могла судить. Этот мошенник благородно снял мне номер, заказал обед и, пообещаа вернуться через часик, оставил одну. Я только молчала и кивала, чтобы не ляпнуть что-нибудь оскорбительное. Скандал мне пока ни к чему. И кушать хотелось.
Правда хотелось мяса, а не принесенной мне травы с картошечкой. К тому же еда была пресной, я-то привыкла сыпать кучу приправ, а здесь едва посолено.
Обеденный зал не слишком отличался по оформлению от стилизованного кафе в моем мире. Массивная мебель, полумрак, люстра-колесо над головой. Только люди были совсем по-другому одеты, и друг с другом разговаривают, а не с мобильниками.
Лениво тыкая вилкой в салат, я вдруг услышала знакомое имя из уст мужичка за соседним столом и насторожилась.
– Чего это Джонни такой довольный? Опять подцепил какую-то дуреху?
Его собеседник, высоченный парень со шрамом на пол лица только неопределенно выругался.
– Да брось, вы же приятели. Наверняка он тебе все рассказал! Кто на этот раз? Сбежавшая от мужа бедняжка? Искательница приключений на свой зад из строгой семьи? У него же просто нюх на таких девиц. Всегда удивляюсь, как они друг друга находят…
– Мне почем знать… Мое дело их сторожить и клиентов припугивать, ежели что…
Хреновый из тебя сторож, дружок, раз меня под боком не заметил.
Я как можно тише встала из-за стола и поднялась наверх в свою комнату. Вот чувствовала же, что Джонни тип крайне подозрительный, не подвела интуиция! Но вместо того, чтобы расстроиться или испугаться, я буквально тряслась от странного возбуждения. Я просто мастер вляпываться во всякие дурно пахнущие истории.
Если речь о клиентах, то искать моих родственников и возвращаться за награду Джонни не намерен. Уже хорошо. А вот перспектива быть проданной мне совершенно не нравилась. Можно было бы попытаться потихоньку уйти, но у меня появилась идея поинтереснее.
Подожду-ка я Джонни.
***
К счастью, он был один. Весело насвистывая вошел в комнату, и тут же получил по башке табуретом.
О, да! Я сегодня в ударе!
Кажется, мне давно была нужна такая разрядка – провести день, вырубая всяких мудаков.
Заперев дверь изнутри на засов, я крепко связала Джонни порванной на лоскуты простыней. В рот кляп запихнула. Прислонив парня к кровати, я села на корточках напротив, положив рядом шпагу.
Пока дожидалась парня, я немного поработала с чудным личиком Эби. Добавила зловещих красок – не зря же захватила с собой местную косметику. Я обвела черным глаза и губы, нарисовала на щеке замысловатый символ, весь из себя такой магический, растрепала волосы – та еще ведьма получилась. Эби стало бы дурно, увидь она, что я с ней сотворила. И куда только делась та милая куколка?
Подумав, я еще и разделась для пущего эффекта, просто накинула на обнаженное тело плащ, естественно, чтобы все ценное было скрыто.
Скорчив рожу отпетой злодейки, я с силой дала Джонни пару пощёчин. Он застонал и открыл глаза. Узрев меня парень аж дернулся, а потом затрепыхался, как муха в паутине. О да, он мерзкая муха, а я - прекрасная паучиха.
