и ручку, расписавшись вернула бумагу мне.
– Хорошо. Не смею вас пока что задерживать. Но мы еще увидимся.
Она встала, споткнувшись об ножку стола повернула голову в мою сторону и резко на дверь. Она ушла. Что-то с ней не так. Может у этих двух была связь? Или что-то не поделили? Или то и то. Вошел Ваня, сев на место где минуту назад была девушка.
– Ну?
– Ничего, директор ничерта не знает.
– Уверен?
– Да.
– А я так не думаю. Надо с этим всем разобраться и не затягивать.
Интуиция подсказывает, – 《Они замешаны, скоро будет буря》.
Глава 3. Бурая смесь.
Отмывая свои костяшки от бурой смеси, задаюсь вопросом как все так вышло? Выбрав путь дороги назад нет дружище, и ты сам это знаешь. Либо ты сожрешь этот мир, либо он тебя. Отражение в разбитом зеркале полностью показывает мою раздробленность на куски. Стук в дверь.
– Да.
Дверь чуть приоткрылась, это один из моих подчиненных.
– Вы в порядке?
Я набираю в ладони холодной воды, промываю свое лицо. В отражении ничего не поменялось. Уже не отмыться.
– Я в порядке. Идем.
Каждую неделю мы стали посещать этот ангар пыток. Мое начальство постоянно на такое дело звало меня. Они что-то готовят, очередное повышение возможно. Вышел из уборной, заметил на своем пиджаке капли крови. Остановился, снял пиджак и внимательно посмотрел на них. Рано или поздно моя бурая смесь попадет на чью то одежду, жизнь бумеранг. Я отдал пиджак подчиненному.
– Сожги его.
Он без лишних вопросов отнес к бочке, полив розжигом, закинул туда спичку. Пламя осветило ангар. Мой клиент связанный на стуле стал виден четче. Голова его свисала вниз. Пот, дрожь, вонь – вот что с такими в итоге становиться. Я подошел ближе, он услышал звуки шагов. Подняв голову, его глаза были заплывшими от синяков. Он толком ничего не видел. Думаю уже перестал надеяться на освобождение и урегулирование вопроса. Тяжело в такое верить когда вырваны ногти, и отрезаны пальцы на ногах. Он попробовал плюнуть в мою сторону, но не рассчитал что его организм в таком измождении что даже слюны не накапливается – только бурая смесь.
– Заканчивай, – прохрипел он.
– Мне жаль, правда. Ведь, чтобы идти против таких людей нужны стальные яйца, только почему ты этим воспользовался не в их сторону, а наоборот против.
– Они ублюдки, все. Ты стал таким же, выполняешь их всю грязную работу. Я помню как ты пришел в организацию, ты сался каждый раз когда тебя куда-то брали. А теперь ты машина этих сукиных детей.
– Мы меняемся, мир меняется.
Он снова сплюнул сгусток.
– Мне интересно посмотреть, когда твой сын вырастет и поймет что его вырастил такой монстр как ты, что он сделает.
Я тоже об этом думал, и меня пугает эта мысль. Я не смогу завязать, либо буду на месте этого кретина. Я не смогу сказать ему правду, но он начнет задавать вопросы когда подрастет. Вынести себе мозги ближе к старости и с концами? Поможет это вряд ли, но этот вариант не отпадает.
– Я тут недавно пересмотрел 《Бешенные псы》. Может сделаем оммаж на великий фильм?
Он поднял голову выше, он понял о чем я…
– Включи музыку, – сказал я подопечному.
Достав телефон, покопавшись, в аудио заиграла музыка. Я достал нож, мой пленник готовился к танцу. Его не было. На припеве я подошел к нему, ухватив одной рукой ухо, другой лезвием начал отрезать ухо. Рок заглушил крики этого страдальца. Получал ли я наслаждение – нет. Грызет ли меня совесть – нет.
Кровь хлестала с места где у него было ухо. Я держал ошметок в руке. Корчась от боли, он нашел силы взглянуть на творение искусства в моей руке. Я швырнул в него этот кусок.
– У тебя бурая кровь, проблемы с толстым кишечником или поперечной кишкой. Тебе бы в больницу, проверится.
– Ты сволочь, я с удовольствием буду смотреть как твои же будут рвать тебя на куски.
– Закажи в аду место в первом ряду, чтобы это увидеть.
Я достал пистолет из кобуры, мне надоело. Наставил ствол на него.
– Стреляй! – закричал он. – Давай!
– Не надо было кидать тебе этих людей.
Мой палец сдавил курок, шум выстрела разлетелся по ангару. Голова пленника с дырой, повисла окончательно. На этом оммаж окончен.
– Кидай его в бочку, и звони чистильщикам, – сказал я подопечному убирая пистолет в кобуру.
Он просто кивнул, лишние слова испортят всю тишину после случившегося. Мы наслушались, нам хватило на сегодня. Я вышел из ангара и закурил сигарету. Звезды на небе не видны, тучи все скрыли. Скоро пойдет дождь, он успокаивает и разгоняет лишние тела по своим домам. Я стал бесчувственным, холодным как стена. Если начну становиться таким к своей жене и сыну, пиши пропало. Мне точно пора будет уйти. Подопечный вышел, нас освещал только один фонарь над дверью.
– Все сделал, – сказал он.
– На этом твоя история оканчивается.
Он вопросительно уставился на меня, выхватив пистолет пуля досталась ему прямо в то же место что и пленнику. Вот так просто, не зная его – чем жил, что любил, любили ли его? Неважно, его жизнь это лишнее для меня. Мне никак. Я сел в машину, включив 《Мэнсона》 мой путь вел к моему начальнику. Город полупустой, завтра всем на никчемные работы за никчемные деньги. Я был таким же муравьем, и я хотел их защищать. Все меняется когда твоим желаниям говорят – нет. Ты ищешь альтернативу для выживания. Свет от дорожных фонарей мелькает по салону, я закуриваю еще одну сигарету. Надо купить торт, завтра сыну уже двенадцать. Он спит, надеюсь видит красочные сны, а не те что похожи на эту реальность.
В офисе никого кроме секретарши, в ее амплуа входить все что захочет босс. От крепкого кофе с утра, до всего вида секса который он пожелает. Он живет прямо в офисе, отдельное крыло под его усадьбу. Утром приходит другая секретарша, в ее уполномочия входит только отвечать на звонки и таскать кофе. Ну и зарплата естественно меньше, зато она уже тут года три. А вот ночные не задерживаются и месяца, боюсь представить что он с ними делает. Они в итоги исчезают, никто не знает куда. А вопросов
