сюда ходит, с годом — больше. Мы умеем побороть его пока, но думаем этот край бросать.
Выходит, бодрые мертвяки тут регулярно шляются, что ли? Вот радость-то.
— Нет, — коротко ответил я. — Пока один. Потом должны прийти другие. Нескоро.
— Поторапливать бы надо, — беспокойно заглянул мне в глаза абориген. — Зло приходит. Больше приходит. Нельзя дать ему эту землю. Плохо бывать.
— Не оставим, — туманно пообещал я за длинноухих. Лично мне для полного счастья только не хватало на эльфов здесь напороться. В рамках операции по зачистке от нечисти.
— У нас есть своя дорога в жизни, но мы почитаем себя верным другом высокорожденных, — подлил масла в огонь Сартак.
О-о-о, брат, да нам с тобой вообще не по пути! Звитка округлила узкие глаза, но я предусмотрительно ткнул ее локтем в бок. Чтобы не ляпнула что-нибудь в том духе, дескать, мы-то с ушастыми радикалами вовсе не друзья, а совсем наоборот. Нет же, мы просто встретили единомышленника и прогуливаемся с ним по дивным лесам…
Ага, «верными друзьями высокорожденных», вы поглядите-ка. Интересно, кем они вас считают. В лучшем случае — временными союзниками. Или безобидной разновидностью паразитов.
А может, ну его к черту, лучше уж сепсис?.. Может, не так он страшен, как эльфийские допросы? Хотя будь рядом эмиссар длинноухих или их дипмиссия, абориген бы не спрашивал, собираются ли мои «собратья» посетить его родину. Так что сдавать меня некуда, даже если разоблачат. А от людей мы с химерой уж как-нибудь слиняем, пожалуй.
Споткнувшись, я вдруг понял, почему вспомнились гибкие зеленые побеги, оплетавшие чародеев с жезлами. И почему сейчас продираться сквозь подлесок стало непривычно легко.
Кусты на нашем пути слегка раздвигались сами собой. Прямо перед нашим провожатым.
Глава 3
Клуб любителей природы
Селение моих идейных противников расположилось на большой поляне у реки, где лес отступал от берега. Впечатлило оно не особенно. Хотя выглядело довольно странно — будто вписанное в ландшафт так, чтобы даже деревья не рубить лишний раз. Например, прямо посреди улицы росла здоровенная корявая сосна. То и дело встречались деревца поменьше и даже кусты — их тоже не трогали. А так… Все та же грязь и кособокие домишки, обмазанные глиной, даже без изгородей. Кое-где вообще землянки, крытые корой или тростником. Правда, облик некоторых домов, обшитых циновками из травы, оказался все же непривычным. Сумка у нашего проводника, кстати, была сделана по той же технологии, что и циновки.
Улочки-тропинки здесь, соответственно, петляли, словно раненый заяц. Прихотливо огибали каждую кочку или какой-нибудь гнилой пень, выкорчевать который никому и в голову не приходило. На пнях росли мох и грибы, рядом с ними играли чумазые дети в накидках. Спать-то им не пора? Прямо перед нами дорогу с деловитым видом перешел упитанный еж. Я стал единственным, кто обратил на него внимание. Мол, бежит зверь по своим делам, и кому какое дело.
Крохотные размеры убогих лачуг меня не обманули. Судя по всему, тут проживает человек эдак с полсотни. По местным меркам для захудалого лесного поселка, затерянного в глуши, это очень много.
Никак не смог понять, чем же они здесь живут. Поскольку ни огородов, ни хлевов со скотиной не увидел. Да что там — не встретилось ни единой курицы! Можно предположить, что птицы укрылись от дождя, но ведь даже кудахтанья мой тонкий слух не уловил. Пологий берег реки был почти пуст — ни уток, ни гусей, только какая-то баба полощет белье. Ежей они тут разводят на мясо, что ли? Не могут же промышлять только охотой да собирательством. Все-таки не каменный век на дворе. Или это сугубо рыбацкая деревня?
Слегка поблуждав по кривым тропинкам, мы вышли на пригорок. Здесь на широкой, местами вытоптанной лужайке расположилась хибара покрупнее. Пожалуй, здесь она даже считается приличным домом. Вокруг были вкопаны несколько столбов, покрытых причудливой резьбой, — тотемные, что ли? Вот же мрак.
Дом побольше, стоит повыше остальных — явно тут живет какая-то шишка. Мне, конечно, не привыкать к общению с представителями власти в чужом мире, но тем не менее… Уши подрагивали в ответ на каждый посторонний звук, нервы пошаливали. Я несколько раз сжал и разжал кулаки, до боли впиваясь остатками когтей в ладони. Незаметно потянул рукоять меча в петле, проверил, не запутается ли. Напряжение слегка спало. Я не беззащитен, а косатка-скорпион наверняка в пределах досягаемости.
Беспокоило главным образом то, что в гостях я у «друзей природы», чтоб им век мяса не есть. А не найдется ли в поселке кто-нибудь, кто гораздо лучше осведомлен об особенностях эльфов, чем Сартак? Например, об их встроенном автопереводчике, которого у меня и в помине нет?
На завалинке у стены жилища сидел и щурился на зарницы какой-то босоногий дед. При виде нашей компании дед откровенно разинул рот от удивления, но вставать не спешил. Даже позы не поменял. Сартак подвел меня к нему, вежливо поклонился старику, коснувшись земли левой рукой, а потом бодро затараторил на непонятном языке. Ну само собой, объясняет, кто мы такие и при каких обстоятельствах с ним познакомились. Наверняка еще живописует нашу эпическую победу над восставшими мертвецами и свои подвиги. А заодно и мои.
Разговор наконец-то, видимо, дошел до главного. «Татарин» указал на мою шею и что-то коротко спросил, судя по интонации. Дед почесал жиденькую седую бороденку, бросил в ответ пару слов и зачем-то хлопнул ладонью по завалинке. И что это значит?
— Старый… Старший принимал вас гостями, высокорожденный и… женщина, — объявил Сартак, улыбнувшись.
— А сам чего с нами не говорит? — заинтересовался я. Мало ли, вдруг какая-то традиция или знак неодобрения, а я не в курсе.
— Не знавал речь средней земли, — извиняющимся тоном пояснил абориген и еще раз поклонился старику.
Тот благосклонно прикрыл веки и вновь застыл. Экий пижон деревенский, а. И откуда столько пафоса-то.
Будто в ответ на мое недоумение дед вдруг ожил, внимательно глянул на меня, уткнул подбородок в грудь и снова потрогал землю. А это что было?
— Старший вам указал наш почет. — Сартаку опять пришлось брать на себя роль толкователя.
Я уж подумал, дедуля нас послал, а оказывается, даже наоборот. И вроде мое косноязычие его не смутило. Вот и прекрасно. Хотя на всякий случай, конечно, стоит произносить вслух как можно меньше. Тоже прибавлю высокомерия, так сказать. Эльфу можно.
Теперь эколог-самоучка повел
