посторонние люди глядели на Доброго в таком состоянии как на обезьянку в зоопарке.
В: Ясно. Значит, при первой встрече он вас не очаровал, не так ли? Не заставил безгранично доверять себе, как это иногда описывают другие люди.
С. П.: Нет. Ничего такого точно не было. Он мне показался симпатичным, но не более.
В: Он как-то отреагировал на ваш категорический отказ? Может, выразил сожаление или раздражение?
С. П.: Никакого раздражения. Вежливо кивнул и предложил любую помощь, если она вдруг понадобится.
В: На этом вопрос был исчерпан?
С. П.: Не совсем. Я была раздражена. Я спросила у него напрямую, чем он может помочь в этой ситуации. Хотела поставить его на место.
В: И что он ответил?
С. П.: Ничего. Миша перебил его и предложил мне заехать домой, забрать кое-какие вещи. Я раньше ему сказала, что собираюсь следующую ночь провести в больнице, с Добрым.
В: А Добрый — это один из членов мотоклуба, верно?
С. П.: Верно. Вице-президент.
В: Добрый — это ведь прозвище, верно? Так принято называть было среди своих, как говорится? Как его на самом деле звали?
С. П.: Сейчас это уже не имеет никакого значения. Мы ведь собрались здесь сегодня не для того, чтобы поговорить о мотодвижении первой половины века?
В: Хорошо. Вы правы. Давайте вернемся к заявленной теме разговора. Как так получилось, что вы последовали за Даниилом в его путешествии? Раз уж первая встреча, так сказать, не задалась.
(пауза)
С. П.: Я поверила ему после того, как он не дал совершится огромной глупости. Уже потом пришло решение о путешествии.
В: В чем именно эта глупость заключалась?
С. П.: Миша и ребята едва не убили человека. Дело в том, что с самого начала у нас были подозрения, что Доброго на трассе сбила фура. В общем-то так и оказалось: через связи нам удалось найти свидетеля происшествия, у которого был включен регистратор.
В: Получается, будучи свидетелем происшествия и даже имея запись случившегося этот человек не стал общаться в правоохранительные органы? Верно?
С. П.: Да. Все верно.
В: Почему он так поступил? Есть предположения?
С. П.: Есть не предположения, а точное знание, почему так. Свидетель сам был водителем фуры, и не стал обращаться в полицию из чувства корпоративной солидарности. Однако запись оставил — для того, чтобы ее посмотрел юрист и дал заключение, может ли она помочь или напротив навредить виновнику происшествия, если того бы вдруг задержали.
В: Каким образом вашим друзьям удалось убедить его дать показания? Что на него повлияло? Он повстречал Даниила?
С. П.: (улыбаясь) Нет, все гораздо проще. Юрист оказался связан с нами. Он сделал копию записи.
В: Получается, делу не дали официальный ход?
С. П.: Нет. В то время — не дали. Официальное разбирательство произошло позже, уже без моего участия. А тогда парни решили разобраться с этим делом сами.
В: То есть, организовать самосуд.
С. П.: Верно.
В: Скажите, вы одобрили такое решение?
С. П.: Во-первых, меня тогда никто не спросил. А во-вторых — я бы такое никогда не одобрила. Не важно — до встречи с Даниилом или после.
В: Каким образом Даниил предотвратил самосуд? Вы были там?
С. П.: Была. После полуночи в больницу, где я ночевала, приехал один из подручных Миши. Он предложил ехать с ним, но наотрез отказывался объяснять, зачем именно. Сначала я не хотела ехать, но сердце чуяло что-то недоброе и я в конце концов собралась. Мы поехали в Бор, у одного из наших там большая дача, недалеко от берега. Изолированное и уединенное место. Мы остановились возле ворот, подручный позвонил, дождался гудков и сбросил вызов. Мне сказал выходить. Я вышла. Машина уехала, а через пару минут ворота открыл Миша. Он бросил мне: «Заходи».
В: Вы уже понимали, что увидите, когда окажетесь на территории?
С. П.: Понимала. Хотя до последнего поверить не могла. Понимаете, до сих пор ничего такого за нашими ребятами замечено не было. У нас было несколько бизнесов, которые позволяли нам вполне комфортно существовать и развиваться. Собственно, я работала главбухом в ряде наших организаций. Все честно и законно. Да, члены клуба старались поддерживать образ крутых парней. Настоящих «аутло», как было принято говорить в то время. Но это делалось больше для самозащиты. Тогда я тоже искренне считала, что страх — отличная броня. Но, видимо, именно тогда случился тот момент, когда тщательно создаваемая маска приросла к лицу…
(пауза)
В: Если вам тяжело говорить, думаю, без некоторых подробностей можно было бы и обойтись.
С. П.: Нет-нет, я как раз вспоминаю, чтобы не упустить важные детали. Мы спустились в подвал. Там сидел, привязанный к стулу, испуганный мужик лет сорока-сорока пяти. Рядом с ним стояли два парня, из ближнего круга.
В: Даниила там не было?
С. П.: О, нет! Иначе, думаю, это закончилось бы сильно раньше.
В: Что случилось дальше? Там, в подвале?
С. П.: Миша показал мне запись. Потом сказал, что этот человек сидел за рулем фуры.
В: Когда вы смотрели запись, у вас была уверенность, что водитель намеренно сбил мотоцикл? Или же это произошло случайно?
С. П.: У меня не было уверенности до определенного момента, но все же уже тогда мне показалось, что он сделал это намеренно.
В: А когда появилась уверенность?
С. П.: Когда появился Даниил.
В: Вот это интересно! Его пригласил кто-то из членов клуба?
С. П.: О, нет! Его никто не приглашал. Больше того, его появление оказалось огромным сюрпризом для всех присутствующих. Это случилось настолько неожиданно, что ребята отреагировать толком не успели. Хотя он просто открыл дверь и вошел.
В: В запертый подвал?
С. П.: В запертый подвал, в закрытом и охраняемом доме. Это случилось в тот момент, когда Миша дал слово связанному. Сказал, что это его последняя возможность оправдаться.
В: И что он сказал? Водитель, в смысле?
С. П.: Толком ничего. Обозвал присутствующих психами и мясниками и попытался плюнуть в Мишу. Тот навел пистолет ему на голову. Я уже набрала в рот воздуха, чтобы криком попытаться прекратить это.
В: И в этот момент появляется Даниил. Так?
С. П.: Верно. В этот момент он зашел в подвал.
В: Что случилось дальше? Когда у присутствующих пришло осознание, что они зашли слишком далеко?
С. П.: Не сразу. Когда Даниил прошел в помещение и начал развязывать веревки на пленнике, ребята, наконец, вышли из ступора и отреагировали.
В: Каким образом?
С. П.: Они попытались выстрелить, метя Даниилу по ногам.
В: Я так понимаю, выстрелить не получилось, верно?
С. П.: Верно. Пистолеты дали осечку.
В: Как вы считаете, можно ли эти обстоятельства считать одним из
