— Смотрю все уже в сборе?! Тогда приступим, — проговорил Ковалев, тем самым проникновенным голосом, который я слышала не только в гостинице, но и на собеседовании при устройстве на работу. Сразу себя ощущаешь провинившимся ребенком, а не сотрудником выставочного центра «Авантаж». — А для начала, хотел бы представить нашу новую сотрудницу и моего секретаря — Николаеву Екатерину Юрьевну! Прошу любить и жаловать. Все рабочие вопросы в дальнейшем вы будете решать через нее.
— Очень приятно! — широко улыбнулась я и окинула присутствующих взглядом — одни мужчины. Интересно это «политика партии», или женщинам здесь действительно сложно пробиться? Хотя когда нам было где-либо легко? — Вадим Денисович, я вам еще нужна? — уточняю, так как генеральный уже переключился на своих подчиненных, а стоять в роли столба на высоких каблуках меня не прельщало.
— Можете быть свободны, Катерина, — обратился ко мне по имени, и тут же словно опомнившись, что мы не одни, добавил отчество: — Юрьевна.
Я направилась к выходу, чувствуя на себе заинтересованные взгляды коллег, как будто совершала дефиле на глазах самой взыскательной публики, и только когда за моей спиной закрылась дверь, смогла выдохнуть и расслабиться.
Два часа свободного времени, вне глаз моего строгого босса, и можно было бы радоваться, но только не тогда, когда тебя ожидает много работы. Телефон в приемной без перерыва названивал: завершив один звонок, приходилось отвечать на следующий. Хорошо успела документы запустить на печать, еще до всего этого аврала.
За офисной трелью, я еле услышала вибрацию и тихую мелодию своего личного телефона.
«Обязательно сменить мелодию на телефоне и добавить громкости» записала в ежедневнике.
— Катена, рассказывай, как первый рабочий день? — в нетерпении ждала ответа подруга.
— Идет полным ходом, Оль. Если бы не твой звонок, то так бы и просидела, исполняя роль колл-центра.
— Ты время вообще видела? Уже скоро обед! — негодовала подруга.
— Ну и? — никак не могла понять, чего она так переживает.
— Точно время!!! Оль, я тебе перезвоню… — протараторила в трубку и быстро покинула приемную.
Уже пятнадцать минут двенадцатого, а я так и не вспомнила, что мне необходимо получить пропуск!
Миновав холл, направилась к лифту.
Когда моя рука легла на кнопку вызова, голову немного повело в сторону и в глазах заплясали «черные мушки». Скорее всего сказалось обычное волнение и ночной недосып, так ведь часто бывает… Не придала этому особого значения, а зря. Всегда стоит прислушиваться к первым «звоночкам» в плане своего здоровья.
Отдел службы безопасности располагался на втором этаже. Приветливый коллега по имени Костик, пригласил меня пройти и сделать фотографию на именной пропуск.
«Жаль, накануне никто не предупредил, что твоя мордашка будет красоваться на куске пластика».
— Екатерина, ну же улыбнитесь! Все-таки не на паспорт фотографируетесь, — проговорил Константин.
Мое лицо словно одеревенело и ни один мускул не дрогнул, как бы я не старалась мило улыбнуться во время вспышки.
Костик скептически посмотрел на результаты моей фотосессии и произнес:
— Может стоит переделать?
Я посмотрела на часы, стрелка приближалась к двенадцати. Если я не потороплюсь, Вадим Денисович увидит, мое отсутствие. Возможно будет не доволен, из-за того, что я куда-то исчезла не предупредив. Но всячески прогоняла от себя эту мысль. Ничего ведь страшного не произошло, я всего лишь отлучилась по делу на несколько минут.
— Нет, все хорошо. Пусть останется так.
Поблагодарила Костика за оперативность и сразу покинула отдел службы безопасности.
Взглянула мельком на пропуск и тоже была солидарна с Костей, что фото вышло просто ужасное и стоило перефотографироваться. С другой стороны, чего я расстраиваюсь? Мне его не на показ выставлять, а просто прислонять к считывающему устройству электронного турникета. Мысленно себя успокоив, направилась обратно ускоряя шаг.
В дверях приемной натолкнулась на мужчину, который как оказалось являлся заместителем Ковалева. В глаза бросились начищенные мужские ботинки, и судя по их внешнему виду, это не серийное производство, а индивидуальный пошив. Темно-синий классический костюм под цвет глаз, ворот рубашки расстегнут на три пуговицы, идеальная стрелка на брюках, кожаный ремень с позолоченной бляшкой. Вдохнула шлейф его дорогого парфюма с нотками бергамота, мускуса и зеленого чая. Не так давно, я подбирала подобный аромат для мужа, но, как назло, в парфюмерном бутике в наличии его не оказалось, а только были пробники. Так и ушла ни с чем, а мужу приобрела взамен уходовую косметику после бритья.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Куда так спешим? Неужели на рабочее место? — просиял мужчина, уступая мне дорогу.
— Как? Планерка уже закончилась? — обеспокоенно поинтересовалась у Михайлова.
— Уже, как пять минут назад, — иронично произнес заместитель.
Сергей склонился надо мной и чуть слышно прошептал на ухо:
— Дружеский совет, предупреждайте свое начальство, когда собираетесь долго отсутствовать в приемной.
— Но я… — не успела ничего толком на это ответить, как за спиной Сергея появился Ковалев.
— Катерина Юрьевна, сначала думайте, когда покидаете свое рабочее место! — недовольно проговорил он. — Я надеюсь, не стоит напоминать, что вы находитесь на испытательном сроке и желающие занять эту должность, до сих пор стоят в очереди?
«Значит, сегодня без обеда» — сделала выводы для себя.
Дожить бы до вечера, а дома я спокойно смогу продумать планирование своего рабочего времени.
Глава 11
— Вадим Денисович, я на сегодня еще понадоблюсь? — заглянула к боссу в конце рабочего дня.
На мгновение мне показалось, пантера с плаката над его головой недовольно сверкнула глазами. Вадим поднял голову и медленно перевел взгляд на настенные часы. Седьмой час, а я до сих пор на своем рабочем месте.
— И долго вы собирались еще вот так сидеть и ждать моего разрешения уйти с работы? — он снова смотрел на меня по-особенному. Как будто изучал и анализировал каждое мое слово, взгляд, жест.
Невозможный, просто невозможный! Сколько подобных едких высказываний он планирует выдать в мой адрес? Разве сложно быть более миролюбивым и сдержанным в своей язвительности.
— Нет, я…
— Катерина, — прервал мои попытки внести ясность в сложившуюся ситуацию, — запомните: сотрудников в нашей компании никто не принуждает работать сверхурочно, кроме тех случаев, когда это непосредственное распоряжение руководства. Вы свободны на сегодня.
— До свидания, — растеряно проговорила я и, потянула дверь на себя.
— Всего хорошего! — он больше не прожигал меня огнем глаз, а равнодушно переключился на документы, лежащие на его рабочем столе, еще с обеда.
Я покидала приемную в замешательстве. Может я ошибаюсь? Этот мужчина не имел ничего общего с неутомимым и страстным любовником из гостиницы. Воспоминания той ночи, не отпускали: горячие поцелуи и нежные ласки, словно пробудили меня от долгого сна. А что же сейчас? Сдержанность, холодный оценивающий взгляд, неприкрытая язвительность…
Улица встретила меня неприветливо: небо заволокло черными тучами, листва деревьев угрожающе потрескивала и шелестела на ветру, молния электрическим разрядом освещала вечерний город.
Успеваю выудить из сумочки смартфон, чтобы вызвать такси и быстрее оказаться дома. Ноги очень устали и неприятно ныли: еще бы, целый день на каблуках! Сейчас бы имбирного чая и расслабляющей ванны, с морской солью.
Забавный рингтон: «Dance for me, dance for me, dance for me, oh-oh-oh»[1] зазвучал едва слышно, из-за непогоды.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
На экране появилось фото Ольги
— Алло.
— Катен, я, конечно, все понимаю… Работа… Дела… Надеюсь ты ночевать там не собираешься? — с укором в голосе произнесла подруга.
«Я так ей и не перезвонила… А ведь собиралась сделать это, еще в обед!»
— Оль, я уже еду, скоро буду дома.
— Поверю на слово! Жду.
