Эрнесто не показывался. Неблиссер вообще был чужд дешевой славы, предпочитал постоянно оставаться в тени более известных своих спутников, что прежде просто доставляло ему удовольствие, а сейчас еще и оберегало его здоровье. В том, что за ним продолжают следить, мужчина был убежден, и демонстрировать так уж явно своего присутствия не хотел.
Наконец, все собрались у конюшни. Конюхи вывели лошадей — Аркано и Фредо, как и прежде, намеревались скакать на Вороне и Вихре, Ашет, конечно, путешествовал верхом на пегом Храбреце. Карина выбрала в княжеских конюшнях мирную гнедую лошадку с добрыми глазами, которую самолично окрестила Травинушкой, и на холке которой благополучно устроила Марысю. Травинушка своим живым грузом оказалась не слишком довольна, да и вообще, судя по тому, сколько раз чихнула, имела аллергию на кошек, но возразить новой хозяйке не решилась — крутой нрав шаманки внушал трепет не только людям.
Толя и Шин взяли тех же коней, на которых скакали в прошлый раз — в деревню они их так и не вернули, забрав в свое полное пользование. Шин, который, потрепав жеребца по сильной шее, опять вспомнил, как трясся на нем со сломанными ногами, и как впоследствии был исцелен князем, испытал прилив жгучей благодарности к последнему.
Барт, Мирко и Дэмпер выбрали себе лошадей по нраву. Эрнесто предпочел идти пешком, утверждая, что не отстанет от отряда.
Мерина Мартына решено было оставить в конюшне при дворце князя — доказательств того, что хозяин его будет найден, путники не имели и понапрасну мучить явственно тоскующее животное не хотели. Если найдется отважный пират, возвратится с ними сюда — коню его непременно покажут. Ну, а если нет…
Итак, путь начался.
Фредо скакал во главе отряда, по левую руку от него ехал Аш, по правую скакал Аркано. Карина ехала, лишь чуть отставая от трех братьев, но, судя по всему, не расстраивалась на этот счет.
— Надеюсь, на сей раз путь выдастся не таким неопределенным, как два месяца назад, — заметил чернокнижник, поправляя притороченный к седлу посох, — Теперь нас, как будто, ничто не должно отклонить от курса — мы направляемся в столицу и, я надеюсь, прибудем в нее.
— Надеюсь, когда мы прибудем в столицу, ничего страшного еще не произойдет, — кисло отозвался его младший брат, — Я думал, мы выедем утром.
— Мало ли, кто что думал, — Аркано махнул рукой, скрупулезно поправляя поводья Вороны, — У нас были дела и, знаешь ли, Аш, найти людей, могущих если не подавить совсем, то хотя бы приостановить мятеж, ничуть не менее важно, чем добраться до Тревора!
— Ну да, если забыть о том, что король в любую секунду может вновь превратиться в монстра, и тогда мятеж уже будет не остановить, — сварливо отозвался Аччайо. На сей раз не выдержал уже его старший брат.
— Ашет, мне казалось, не выспался сегодня я. Чем продиктовано твое плохое настроение?
Охотник промолчал и предпочел устремить все внимание на дорогу. Ему не хотелось признаваться, не хотелось сообщать даже родному брату, что этой ночью он тоже спал на редкость отвратительно. Что ему снился сон, кошмарный сон, в котором король Тревор, обратившийся чудовищем, убивал всех окружающих людей, включая и Антона, и Фредо, и Аркано, и даже самого Аша. Он проснулся в холодном поту и, не желая верить в то, что сон может оказаться вещим, чуть было не принялся сразу же собираться в дорогу, но вовремя спохватился, что ночью все-таки никто не поедет. Пришлось ждать утра, а утром поход опять был отложен, и теперь молодой человек изнывал от плохого предчувствия.
Карина, много более чуткая в том, что касалось подоплеки слов и чувств людей, прекрасно слышавшая разговор предводителей отряда, проницательно прищурилась в спину охотнику, однако, промолчала.
Позади послышался стук конских копыт. Один из новичков отряда — Мирко, молодой парень, едва разменявший третий десяток, горячий, бесшабашный и очень увлекающийся, неожиданно прибавил ходу, явственно стремясь догнать князя. Зачем ему это было нужно, девушка не знала — никакой опасности ни впереди, ни позади она не ощущала, — поэтому предпочла немного посторониться, спокойно пропуская парня. В конце концов, поход лишь начался, осеннее солнце по-прежнему стоит высоко в небе, погода царит довольно приятная, теплая, лишь слегка овеянная мягким ветерком — чем не идеальное время для досужей болтовни?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ваша светлость! — молодой страж, наконец, нагнавший правителя Финоры, немного притормозил и, виновато улыбнувшись, покосился на Аркано, — А я… это… разрешите обратиться?
Чернокнижник окинул недавно представленного ему парня долгим взглядом и милостиво опустил подбородок.
— Обращайся.
— Слушайте… Барт говорил, вы колдовать вроде бы как умеете, а? — глаза стража загорелись восторженным интересом, — Даже говорил, будто вы и есть тот чернокнижник, которого все ловили-ловили, да так и…
— Да, — перебил его князь. Скрывать истину от своих спутников он решительно не видел смысла — в конечном итоге, подавляющее их большинство было давно в курсе его небольшой тайны, и кто-нибудь мог случайно проболтаться. Лишних проблем же и объяснений Фредо не хотелось.
— Круто! — Мирко от восхищения едва не свалился с коня, неловко дернув его поводья. Жеребец заржал, мотая большой головой и даже слегка поддал задом, будто пытаясь дать понять наезднику, чтобы тот был поаккуратнее. Парень не прореагировал.
— Слушайте… а меня вы можете колдовать научить?
Князь повернулся в седле, с видимым изумлением оглядывая собеседника. Таких вопросов он, не взирая ни на что, все-таки не ждал. В учителя Фредо никогда не рвался — предпочитал обучаться сам, тем более теперь, когда рядом с ним регулярно крутилась строгая Карина, отслеживающая малейшие его успехи и неудачи.
— Признаться, я… — он на секунду замялся, но тут же неожиданно нашел выход, — Я бы советовал тебе обратиться к Карине. Должен сказать, она весьма сведуща не только в магии, но и в преподавании ее, кроме того… — князь чуть склонился к стражу, понижая голос, — Я и сам пока нахожусь у нее на обучении.
Глаза Мирко загорелись еще большим восторгом.
— Круто! — выпалил он, — Значит, эта девчонка реально такая крутая, может меня обучить?
— Полегче на поворотах, мальчик.
Ледяной голос шаманки быстро остудил энтузиазм ее потенциального ученика, заставляя растерянно обернуться.
— Прежде, чем обучаться магии, попробуй научиться уважению к старшим. К магии нужен талант, так просто взять и начать колдовать не может никто. Впрочем, на привале я проверю твои способности… — девушка неожиданно призадумалась, — Тягу к магии обычно питают люди, имеющие предрасположенность к ней от природы. Прибавьте ходу! Впереди деревушка и лучше бы миновать ее до заката, а то застрянем там на всю ночь!
Скачущий буквально за спиной у девушки Толя, чуть приподнявшись в стременах, вгляделся в близящуюся деревушку, в маленькие домики на ее окраине и покосившийся плетень, отгораживающий стога сена от большой дороги и, глубоко вздохнув, опустился обратно в седло.
— Деревушка… — задумчиво протянул он, — Здесь Антошка жил. Интересно, как-то он там сейчас…
Шин, скачущий рядом с другом, быстро, сочувственно улыбнулся ему и кивнул.
— Я бы тоже хотел знать, как у него дела. Твоя племянник — отличный парень, Толя, мы с ним изрядно подружились. Барт, а ты что думаешь?
Барт, находящийся в арьергарде вместе с Дэмпером, недовольно пожал плечами.
— А что я должен думать? Я вообще не вижу смысла переживать за Антона — парень в столице, под крылом короля, занимается именно тем, за ради чего тогда с нами поехал — учится! Тебе гордиться надо, Анатолий, а не сетовать, что его рядом нет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я горжусь, просто беспокоюсь, — недовольно буркнул страж и, как доселе Ашет, предпочел уделить внимание дороге.
Деревушка все близилась. Замелькали поля по сторонам, обильно поросшие пшеницей и гречихой, кое-где виднелись виноградники, ближе к околице встречались плодоносные деревья — яблони, груши, сливы. Чем ближе подъезжали всадники, тем яснее доносились до их слуха привычные деревенские звуки — квохтание кур, визг свиней, лай собак, ржание лошадей и стук кузнечного молота.
